кто-то первым искупается в озере или в речке, но эта версия была разбита в пух и прах соседом Катьки – дядей Мишей, который в этом году провалился под лёд на зимней рыбалке. К счастью, тогда всё обошлось и незадачливый рыбак отделался легким испугом, но своим провалом он ещё больше запутал следствие.
Вторую версию выдвинула Катька, предположив, что лето начинается тогда, когда начинаются каникулы, но Ромка тут же раскритиковал это предположение, сославшись на то, что взрослые не ходят в школу, а значит, не могут ориентироваться на это событие, определяя время года. Следующая гипотеза пришла в головы детективов практически одновременно, когда они сидели вечером на скамейке у Катькиного дома. Ее суть состояла в том, что лето может начинаться тогда, когда ночью можно выйти на улицу в одной футболке и не замёрзнуть. Версия была замечательной, но её снова разрушил вездесущий дядя Миша, который прошлой осенью, отмечая свой день рождения, уснул во дворе своего дома вообще без футболки.
С каждым днём расследование обрастало всё новыми и новыми предположениями, но каждое из них в конце концов опровергалось тем или иным новым фактом, заводя следствие в тупик и расстраивая юных сыщиков. Непоследнюю роль в запутывании расследования сыграл дядя Миша, которого Ромка и Катька стали за глаза называть Профессором Мориарти, – ведь каждую новую версию он, сам того не зная, легко отметал очередным примером из своей жизни.
Однажды вечером, когда сыщики шли домой после очередных посиделок у костра, Ромка вдруг остановился и, хлопнув себя по лбу, посмотрел на Катьку:
– Придумал! – выкрикнул он. – Лето начинается после первого укуса комара!
– А вот и неправда, – покачала головой девочка, – меня комары ещё в апреле покусали, когда мы с родителями в парк ходили.
– Тогда не придумал, – вздохнул Ромка.
– Может быть, лето начинается после того, как кто-нибудь съест первую клубнику? – предположила Катька.
Мальчик ненадолго задумался, но потом отрицательно махнул головой:
– А почему не первое яблоко? Или первый помидор? Нет, это не считается, тем более я видел, что клубнику и зимой продают.
– Тогда я не знаю, – вздохнула Катька, – мы уже целую неделю думаем и никак не можем ничего придумать. Выходит, что лето начинается само по себе.
– Нет, так не бывает. Ничего само по себе не происходит.
Ромка остановился у забора Катькиного дома и, опершись на него, посмотрел на небо, на котором яркими огоньками рассыпались звёзды.
– Может быть, лето начинается тогда, когда становится виден Млечный Путь?
Катька запрокинула голову, и вдруг кое-что произошло. Ромка, стоявший у забора, неуклюже шагнул к ней и, опустив голову, быстро поцеловал её в щёку. Она даже не сразу поняла, что случилось.
– Ладно, я пойду домой… – опустив глаза, тихо произнесла она. – Давай завтра ещё подумаем?
– Да, – кивнул Ромка и густо покраснел, – нужно уже раскрыть это дело.
Катька махнула рукой и, скрипнув калиткой, исчезла во дворе, а Ромка, сунув руки в карманы, побрёл к своему дому. Оба понимали, что дело уже раскрыто и даже вездесущий дядя Миша не смог им помешать.
У каждого человека лето начинается в разное время, но для них двоих оно началось несколько секунд назад.
Ужасы энциклопедий, или «Многие знания – многие печали»
Вера Гамаюн
© Вера Гамаюн, текст, 2021
© Юлия Межова, ил., 2021
На каникулах все оставляли Свету в покое. Дядя Стас или мама могли отвести разок в кино, в кафе или в торговый центр. Разрешалось гулять во дворе. Но большую часть времени Света проводила дома за просмотром фильмов и сериалов, которыми снабжал её дядя, и читая книги. А всем книгам Света предпочитала энциклопедии.
Главное отличие энциклопедий от художественных книг – всё, что в них написано, происходило, происходит или могло бы произойти на самом деле. По этой причине за то, о чём говорилось в энциклопедиях, Света переживала гораздо больше, чем за героев вымышленных историй, и безоговорочно верила каждому написанному слову.
Для энциклопедий нет запретных тем, даже если они называются «детскими». Никто не напишет в энциклопедии, что ты слишком мал, чтобы знать о том или ином понятии или явлении, не будет выбирать выражения и не станет стесняться в иллюстрациях. Правда, ты можешь не понять прочитанное. А ещё возможны приступы паники, нарушение сна, навязчивые мысли, боязнь самых простых вещей, на которые раньше ты не обращал никакого внимания.
Вот некоторые ужасы энциклопедий, которые произвели на Свету самое большое впечатление.
Геология – наука о планете Земля. О её устройстве, рождении, месте во Вселенной.
Земля под ногами только кажется неподвижной. На самом деле это огромные куски тверди, которые медленно плавают в океане раскалённой мантии. Куски называются литосферными плитами. Они постоянно сходятся или расходятся, сдвигаясь на несколько сантиметров в год. Например, Африка разваливается на две части. Учёные считают, что через пять миллионов лет между ними образуется новый океан. А другие учёные думают, что континенты, наоборот, слипнутся обратно в один большой материк, как случалось в истории планеты уже не раз. Они слипаются, а потом снова расползаются. Слипаются – и расползаются. И, хотя ты этого не чувствуешь, Земля, на которой ты стоишь, всё время куда-то движется у тебя под ногами, а не только вращается вокруг Солнца.
Учёные спорят, куда направляются литосферные плиты. Пишут, что Крым движется к России, Россия едет в сторону Японии, а Санкт-Петербург плывёт в Иран, но это не точно. Всё происходит очень медленно, а то можно было бы бесплатно путешествовать в страны, на поездки в которые, по словам Светиной мамы, «в жизни не напасёшься».
На стыках литосферных плит случаются землетрясения и извержения вулканов. «Катастрофы несут гибель городам, людям, растительному и животному миру» — гласит надпись под картинкой, на которой из большой дыры в асфальте торчит автобус, а на заднем плане полыхает лес.
Фото вулкана помещено на обложку энциклопедии по геологии. Он может уничтожить целый город. Сначала поток лавы неудержимо бьёт из жерла вулкана на высоту пятнадцать-двадцать километров, а то и больше. Это длится не один час, и лучшее, что можно сделать в это время, – свалить как можно дальше. Во время выездного урока в Русском музее Света видела картину Карла Брюллова «Последний день Помпеи», герои которой заняты именно этим, – они сваливают как можно дальше от вулкана
