Какой надо быть идиоткой, чтобы так глупо упустить шанс пообщаться с представителем самой известной и многочисленной в наше время тайной секты, члены которой соблюдают строгую конспирацию и чужакам свою принадлежность к секте не открывают. Да еще и не самым последним в иерархии, судя по одежде и по отвратительной манере раздавать направо и налево бесплатные советы, больше похожие на указания.
Никакого сомнения не оставалось. Тайна плыла ей прямо в руки, а она не отличила золотую рыбку от жирных юрких карасей. Прозевала возможность выпросить даже корыто.
Теперь-то все неуловимые несовпадения стали явными. Теперь, когда поздно.
Вот почему он так не походил на обычных посетителей.
Вот почему его присутствие настораживало.
Потому что к ней приходил аквель.
И она его упустила!
2
Наташка не любила осень - за вечную слякоть и зябкий ветер. И зиму не любила - за горы спрессованного с мусором грязного снега. Впрочем, лето она не любила тоже - за вонючую духоту и спертый воздух. Разве что весну любила. Совсем чуть-чуть. Ну, не то чтобы любила, но весна, по крайней мере, ее не раздражала.
А утро как раз выдалось по-настоящему осенним, то есть за окном завывал ветер и время от времени впечатывал в оконные стекла мокрые грязные листья.
Выползши на кухню, Наташка щелкнула пультом и под чеканный голос телеведущей новостей поплелась заваривать кофе, две ложки на чашку - утренняя норма. Хотелось добавить третью, уж больно много в голове ваты, но будет хуже. Проблема похмелья решается только с помощью сна и отдыха, завтра, к счастью, выходной, потому сегодня придется просто потерпеть. Жаль, конечно, времени, которое она напрасно потратила на вчерашней презентации очередного альбома новомодной музыкальной группы, но Наташка обещала себе проверять все, даже самые шаткие шансы достигнуть цели и проверяла с завидным упорством, временами переходящим в баранью твердолобость.
Кто ж знал, что очередной хозяин турагентства, по его утверждениям заключивший с аквелями контакт на проведение экскурсий в Ракушку, на деле окажется очередным мошенником? За последние три месяца Наташка встречалась с подобными дельцами раз двадцать, потому после долгих отступлений от темы, услышав слова о первоначальном взносе 'за визу', вскочила со стула и с фанатичной уверенностью пообещала перевести бабки прямо немедленно, после чего бегом удалилась из зала. Пускай ждет!
Кстати, можно статью попробовать написать про очередную форму мошенничества, судя по названной сумме риск попасться на горячем финансово себя полностью оправдывает. Хотя... кому это интересно, хроника актуальных событий желает все больше про многомашинные аварии с обязательным смертельным исходом и футбольные массовые побоища. Ну и тухлая клубничка с педофилией, так что даже если она напишет статью о мошенничестве, то только для того, чтобы упрятать в стол, где таких невостребованных статей уже целая пачка.
Как говаривал редактор, просматривая первые ее творения: 'Обклей этим стены вокруг толчка'. Теперь Наташка их и не носила.
Сегодняшнее утро оказалось таким серым, что Наташка позволила себе небольшую слабость в виде недолгой, но беспросветной хандры. Три месяца поисков впустую! Три месяца ловли неуловимых аквелей и ни одного мало-мальски положительного результата! Вначале Наташка пыталась найти Маринку и через нее выйти на остальных, но Маринка как в воду канула. Вернее она наверняка под землей, раз собралась стать 'цельной'. Наташка даже не переломилась позвонить ее родителям и два часа слушала всхлипывания Маринкиной матери, по утверждению которой полгода назад дочь перестала отвечать на телефонные звонки и с тех пор они не виделись, хотя регулярно получают письма с уверениями, что все прекрасно. Быстро отовравшись, что позвонит еще разок позже, Наташка отключилась и в очередной раз пожалела, что упустила такую роскошную особь, как принесший письмо аквель. Надо было хватать теплым, но кто ж знал?! Сейчас Наташка бы не отказалась и от особи куда более тщедушной и неприглядной, лишь бы тот имел хорошо подвешенный язык.
Честно говоря, желание найти аквелей уже переходило все разумные границы. Две недели назад Наташку даже вызвал Пектусинин и сообщил, что его задолбало выслушивать от сотрудников намеки и смешки в сторону ее озабоченности пещерниками. С какого перепугу Наташка в рабочее время пускает слюнки на кучку вшивых сектантов?
Она, конечно, привычно отовралась, причем звучало правдиво - хочу, сказала, проникнуть в их среду в виде очередной последовательницы и такую статью об их установках о всеобщей всепоглощающей свободной любви забацать, чтобы мы отхватили годовую премию репортеров и журнал занял первое место рейтинга по продажам. Заливалась, в общем, как говорливый жеманный певец на сцене перед толпой малолетних поклонниц. С воодушевлением и самолюбованием, возвышено подняв глаза к небесам.
- Да что после хиппи ты из этой философии свободной любви нового выжмешь? - прервал ни разу не впечатленный представлением редактор.
- Слушай, ну я сообразительная? Ты сам говорил...
- Ну и?
- Значит, выжму! И потом, любовь любовью, но аквели не шатаются по улицам и не заселяют пустующие дома, а живут глубоко под землей, да и вообще о них толком никто ничего не знает. И главное - хиппи ведь не секта, так, субкультура, у них не было ни одного гуру. А у аквелей...
- Не заводись! О них ничего путного неизвестно, потому что они нафиг никому не нужны, - привычно твердо отрезал Пектусин. В любом другом случае Наташка бы посчитала целесообразным отступить. В любом другом... Но не сейчас.
- А что ты думаешь про слухи о поисках военными входа в их норы? - закинула она очередную удочку.
- Блеф! Попытка саморекламы, провальная. Подумай, ну кто захочет тратить деньги, чтобы найти лаз в какую-то пещеру, где вповалку ночует кучка фанатиков?
Наташка нервно покусала губу. Те подозрения, что приходили в голову озвучивать бесполезно, потому что Пектусин принимает в расчет только факты или чисто сделанную подделку, а подделка понятное дело не требует беготни и поиска свидетелей. Подделка создается за столом в мягком кресле с чашечкой кофе по правую руку.
- Слушай... Просто дай мне немного времени. Обещаю - не пожалеешь, - смотря ему прямо в глаза, попросила Наташка. Она редко о чем-то просила, предпочитая покупку или хотя бы обмен. Но аквели сейчас для нее стали не просто целью, это было нечто большее. Вот только что? Азарт? Боязнь за судьбу бывшей подруги? Чисто женское, бессмысленное, но неистребимое любопытство?
