в последующие пять десятилетий удерживавшие лидерство по доле населения с университетскими дипломами, теперь упали на 14 место среди развитых стран по этому показателю.[3]
США действительно осуществляют избыточные расходы в двух секторах — здравоохранении и обороне, однако на протяжении десятилетий их относительное положение в обеих этих сферах ухудшалось. На сегодняшний день Соединённые Штаты занимают 34 место среди стран мира по ожидаемой продолжительности жизни.[4] Как указывают Джейсон Бекфилд и Кэтрин Моррис:
«В сравнении с жителями любой другой богатой демократической страны сегодняшние американцы могут рассчитывать на менее продолжительную и менее здоровую жизнь. Этот “разрыв в здоровье” между США и сопоставимыми с ними странами со временем увеличивается, поскольку в Канаде, Великобритании, Австралии, Франции, Германии и Швеции уровень смертности среди людей в возрасте от 45 до 54 лет продолжает снижаться, а США неспособны идти в ногу с подобными изменениями… В США уровень неравенства [в здравоохранении] гораздо выше, чем тот, что наблюдается в большинстве европейских стран, а преобладание плохого здоровья сопоставимо с бывшими государствами советского блока в Центральной и Восточной Европе».[5]
Так обстоит дело, несмотря на тот факт, что расходы на медицину в США в 2013 году составляли 17,1% ВВП, или почти на 50% больше, чем в следующей по этому показателю стране — Франции (11,6% ВВП). В пересчёте на душу населения с корректировкой на различия в стоимости жизни в США в 2013 году тратилось на здравоохранение 9086 долларов — на 44% больше, чем во второй стране по этому показателю, Швейцарии, где соответствующие расходы составляли 6325 долларов (данные Фонда Содружества 2015 года).[6]
Почему расходы Соединённых Штатов на здравоохранение оборачиваются столь неудовлетворительными результатами — или, поставим тот же самый вопрос иначе, почему обеспечение худшего медицинского ухода в сравнении с тем, что получают люди в других богатых и не столь богатых странах, обходится так дорого? Так происходит не потому, что американцы пользуются слишком большим объёмом услуг здравоохранения: в действительности они ходят к врачам реже и проводят в больницах меньше дней, чем жители других стран ОЭСР. Вместо этого американцы платят гораздо больше за услуги врачей, лекарства, медицинскую технику и госпитализации, чем где-либо ещё на планете, поскольку Конгресс неоднократно отказывался установить контроль над издержками и не разрешает федеральному правительству вести ценовые переговоры.[7] Кроме того, на административные издержки в США приходится более чем вдвое большая доля расходов на здравоохранение, чем в любой другой стране ОЭСР.[8] А всё потому, что многочисленным коммерческим страховым компаниям, каждая из которых имеет собственный набор процедур и графиков компенсационных выплат, требуется нанимать полчища администраторов для обработки своих специфических формуляров. Одновременно больницы и органы управления здравоохранением нанимают медицинских «кодировщиков», которые стремятся создать такие классификации предоставленной пациентам помощи, чтобы максимизировать компенсационные выплаты, и это заставляет страховые компании нанимать ещё больше администраторов, чтобы проверять и оспаривать счета, выставленные им больницами и отдельными врачами. Разумеется, всё это никак не способствует здоровью и долголетию пациентов.
Вооружённые силы США оказались в ситуации, когда они ещё менее способны выигрывать войны, даже несмотря на то, что их перевес в финансировании, а также в количестве и сложности вооружений над актуальными и потенциальными соперниками достиг беспрецедентного в мировой истории уровня. Единственные несомненные военные победы Америки после завершения Второй мировой войны состоялись в ходе первой Войны в Заливе 1991 года, чётко обозначенной целью которой было изгнание Ирака из Кувейта, а также различных «полицейских акций» против до жалости мелких и слабых противников в Доминиканской Республике (1965), Гренаде (1983) и Панаме (1989). Корейская война увенчалась для США неоднозначным результатом, тогда как Вьетнам был очевидным поражением. В обеих этих войнах Соединённые Штаты столкнулись с серьёзными противниками, имевшими поддержку конкурирующей сверхдержавы, а в Корее ещё и сражались сотни тысяч китайских солдат. Подобные условия отсутствовали в ходе войн в Ираке и Афганистане, но, несмотря на то, что они не завершились прямым поражением США, большинство целей, ради которых велись эти войны, достигнуты не были. Каждое отдельное поражение можно отнести на счёт частных и ситуативных обстоятельств, однако на фоне держав, обладавших мировым господством в последние пять веков, уникальность Америки заключается в том, что на протяжении десятилетий ей регулярно не удавалось достигать военных целей. Эти провалы оказываются ещё более колоссальными в связи с тем, что они случались в отсутствии восходящего военного соперника, а возможность и готовность США производить необходимое для военного превосходства оружие и платить за него при этом не снижалась.
Перспективы мрачны и за пределами обильно, пусть и неэффективно финансируемых военной и медицинской сфер. В тот самый момент, когда необходимы новые вложения в инфраструктуру,[9] научные и промышленные исследования и разработки,[10] образование и улучшение окружающей среды, способность федерального правительства, властей штатов и муниципалитетов к мобилизации соответствующих средств ослабевает. Вслед за снижением налогов Бушем-младшим поступления в федеральный бюджет в 2004 году упали до 16,3% ВВП — самого низкого уровня начиная с 1951 года.[11] Для того чтобы не допустить резкого снижения расходов в ситуации, когда налоговые поступления падают, начиная с 2000 года необъятно возрос государственный долг — а одновременно к кредитным средствам прибегали американские семьи для сохранения своих расходов в условиях стагнирующих доходов. С 1981 по 2008 годы отношение федерального долга к ВВП более чем удвоилось — с 31,7% до 67,7%, а затем, после Великой рецессии, федеральный долг продолжил расти, достигнув уровня 101,8% ВВП в 2015 году.[12] Частный долг физических лиц и компаний в эти три десятилетия рос в отношении ВВП ещё быстрее — непосредственно перед финансовым кризисом он вчетверо превосходил федеральный долг.[13] «B промежутке между 2000 и 2007 годами совокупный [долг домохозяйств] удвоился, достигнув 14 трлн долларов, а отношение долга домохозяйств к их доходам подскочило с 1,4 до 2,1».[14] Ho самый быстрый рост долга наблюдался в сегменте финансовых компаний — в 1979–2007 годах он увеличился с 19,7% до 117,9% ВВП.[15]
Упадок Америки описывали многие наблюдатели — многие предлагали и решения.[16] Утрата Америкой её военного и экономического превосходства при продолжающемся выпадении её граждан с первых мест в образовании, здравоохранении и благосостоянии сопровождались множеством предложений политических решений, которые могли бы обернуть этот процесс вспять. Но чем дальше, тем чаще подобные предложения выдвигаются с фатальной уверенностью в том, что
