Читаем без скачивания Unknown - admin

— Просто должны захватить кое-что, — Он выскочил и захлопнул дверь.

Сара молчала, пока мы ждали Ретта, и я внимательно посмотрела на нее, задаваясь вопросом, знала ли она, что он оградил меня от встречи с моей мамой до ее смерти.

Я в этом сомневаюсь.

Она была слишком чистой, невинной для него, чтобы позволить ей узнать что-то вроде этого.

Несколько минут спустя Ретт залез обратно в машину. Он больше не хромал. Я ухмыльнулась. В следующий раз я ударю его сильнее. Он обернулся и бросил небольшой бумажный пакет в меня

— Что это? — Я хмуро посмотрела на него.

— Это твое лекарство.

Я встретила его расчетливый взгляд в зеркало заднего вида.

— Лекарство? Но мы уже получили гормоны, которые врач прописала мне.

— Это не гормоны. Это лечить ЗППП. — Со зловещим блеском в глазах он посмотрел на меня. — У тебя есть хламидиоз. И тебе охренительно повезло, что это все что нашли.

Я побледнела.

— Ч-что? — Разве я заикалась?

— Ретт! — Сара воскликнула, прикрывая рот рукой.

Я отрицательно покачала головой.

— Но она сказала, что нам ничего не будет известно в течение нескольких недель. Как ты смог…

— Я юрист в одной из лучших юридических фирм в стране. Если я хочу, чтобы результаты теста пришли, я их получаю срочно, без лишних вопросов.

— Ретт, это личное, что должны обсуждать только она и ее врач, а не ты…

— Заткнись, Сара. — Он даже не посмотрел на нее, но пристально смотрел на меня, наблюдая за мной в зеркало заднего вида.

Сара начала реветь на пассажирском сидении, лихорадочно вытирая свое лицо. Я чувствовала себя как-то странно тронутой тем, что она пыталась прийти мне на помощь.

Я вытащила маленький пузырек с лекарством и уставилась на него. Там внутри была только одна таблетка. Подхватила ли я что-то венерическое? Я никогда по-настоящему не рассматривала этот вопрос раньше. Глупо, но после того, как я уехала, я действительно не заботилась, или не думала, что я собиралась сделать в тот день, даже в самом начале, до того как я начала принимать наркоту, я по-прежнему наклонялась для тех безликих мужчин. Их твердые члены давали мне цель и после того, как наркотики пришли, они дали мне еще больше.

— Хламидиоз не имеет симптомов и излечим, если принять эту таблетку, — сказал Ретт. Сара принялась хватать ртом воздух между всхлипами, ее руки дрожали на коленях.

— Спасибо за информацию, доктор мудак.

— Я не был бы мудаком, если бы ты не была шлюхой, — рявкнул он.

— Ты действительно хочешь сделать это, Ретт? Прямо сейчас? Прямо здесь, перед Сарой? — Я метнула в него испепеляющий взгляд. Если он хотел играть — я бы сыграла. Я не собиралась сидеть, сложа руки и подставляться больше. Он был тем, чей член врезался в его брюки на кладбище, пока я ласкал его.

Он кинул свой взгляд подальше и направил джип в обратном направлении. Я улыбнулась. Это то, о чем я подумала.

Прогулка вверх по подъездной дорожке до моего старого дома, дома, где я жила с 9 до 16 лет, не оказалась такой долгой, как до места, где лежало тело моей мамы. Прогулка внутрь не была настолько эмоциональной, как я это себе представляла. Глядя на дом, который был практически идентичен тому, каким он был, когда я ушла, я ожидала, что почувствую что-то большее, но, вероятно, я растеряла все эмоции.

— Ах, Ретт, ты все-таки сделал это! — Мамина сестра, Джина, бальзаковского возраста, подбежала к ним, укутываясь в объятия Ретта. Она не выглядела сильно изменившейся. Ее волосы были так же окрашены в ярко-красный, и она не добралась до замены переднего зуба, который она потеряла несколько лет назад. Трудно было вспомнить, что моя мать происходила из семьи бедного быдла, потому что она всегда старалась держать себя на расстоянии от них.

— И, о мой Бог! — Она прижала руку к груди. — Это она? — Она снова перевела взгляд с Ретта ко мне.

— Как вы думаете, тетя Джина?

— Ну, черт возьми, я бы везде вспомнила эти глаза! — Она шагнула ко мне и рванула меня к своей груди. — Фэй Джейн, я никогда не думала, что увижу тебя снова! — Я могла чувствовать запах марихуаны на ее коже, и на миг у меня возникло искушение спросить ее, не желает ли она еще подымить. Если я это сделаю, то в сочетании с небольшим количеством кокса, который я оставила в сумочке, этого было бы достаточно, чтобы провести меня через это ужасное испытание

— Я не думала, что увижу тебя снова, — сказала я вежливо.

Она подняла спину и ее темные глаза скользили вверх и вниз по моему телу. Глаза, которые были так сильно похожи на мои. У всех девушек нашей семьи были одинаковые глаза. Какой-то доминантный ген, который не передался только маминому брату.

— Джессика и правда сделала ставку на тебя или не сделала?

Я нахмурилась и наклонила голову в шоке — это было последнее, что я когда-либо ожидала, что она скажет о моей маме. Я думала, что она, наряду со всеми остальными, будет выбирать какие-нибудь убийственные слова для меня.

Слезы заполнили ее глаза, делая их стеклянными.

— Но ты вернулась. Теперь ты здесь и я люблю тебя так, как я любила тебя перед отъездом. — Она потащила меня обратно в объятия. Мой подбородок задел верхнюю часть ее уха. Она была едва пяти футов в высоту, что делало мой метр шестьдесят пять гигантскими. Слезы давили на веки, чувство облегчения прошло через мою нервную систему.

Семья моей мамы не хотела выдавать ее замуж за Тейлора Хейла, они не верили, что деньги были равны счастью, но она сделала по-своему, так или иначе. Было приятно чувствовать, как у меня, наконец, появился союзник.

— Расскажи мне, чем ты занималась, дорогая, — сказала Джина, направляя меня в сторону дивана в гостиной, на белый кожаный диван — тот, где я обнажила мое сердце Ретту четыре года назад, где он меня отшил.

— Я…

Холодная рука коснулась задней части моей руки.

— Мы собираемся направиться в зал, туда, где остальная часть семьи, — сказала Сара спокойно. Ее лицо было опухшим и красным от плача в автомобиле, но она успокоилась, как только Ретт взял ее руку в свою. Я смотрела с отвращением, когда он с любовью гладил ее бледную кожу.

Я кивнула и повернулась к Джине.

— Ну, я…

Чтобы я не сказала, это останется неизвестным, так как большинство людей присоединилось к нам в гостиной, с громкими иностранными акцентами и большим количеством выпитого вина. Две другие сестры моей матери, Бетти и Луна, и ее брат, Джордж.

— Джина ты пробовала некоторые вина, что они подают? Я клянусь, это похоже на дерьмо. — Бетти небрежно подняла бокал, проливая немного на плюшевый белый ковер. Если бы моя мама была жива она бы орала на всех них и вытолкала бы их через парадную дверь. Пузырь смеха вырвался с моих губ, обратив их внимание ко мне.

— Ну, колокола ада. — Дядя Джорджи шагнул ко мне, большая часть его волос выпала. — Я думал, ты собираешься убивать ее снова и снова. — Его взгляд оценивал меня, также как Джина. — Ты в порядке, Фэй? Тяжело потерять маму.

Сердце мое сжалось в комочек, делая боль в моих костях почти несуществующей, когда он обнял меня. От других моих теток, к примеру, последовали бурные речи обо мне и о том, как они скучали по мне. Ни один из них не упрекал меня за вещи, которые я сказала в похоронном бюро. И я ненавидела, что я не дала им больше шансов, когда я была моложе. Моя мама никогда не отбрасывала их полностью в качестве членов семьи, но она не тратила много времени на них. Ее связь с ними была строго через Facebook и редкие телефонные звонки здесь и там, хотя они все жили в маленьком городке едва ли в часе езды друг от друга. Временами мы видели их на свадьбах, или когда мы ходили навещать моих бабушку и дедушку, но тоже нечасто.

Она легко списала их со счетов, как только нашла Тейлора и больше не нуждалась в их благотворительности. Мне было всего девять лет, и я не знала, что было лучше, когда она сказала мне, что они были ниже нас. Или что мы были лучше. Курам на смех.

Через несколько минут мы все сидели за столом на различной плюшевой мебели, мои тетки и дядя кричали наперебой, пытаясь перекричать друг друга, чтобы рассказать о своей жизни, о своих детях, внуках. Ни один из них не пришел сегодня, потому что Тейлор потребовал, чтобы они не приходили. Я предположила, что он не хотел присутствия и братьев и сестер, но он не мог сказать им, что они не могли прийти на ее похороны.

Я действительно не чувствую себя плохо, что мои родственники не смогли прийти и попрощаться. Моя мама была средняя тетя, и никто не любил ее в любом случае.

— Вы знаете, теперь моей маленькой Бетти четыре и она на пути к номеру пять, — хмыкнула Джина.

— Боже правый, разве нет закона, что вы люди не должны иметь возможность размножаться? — Я ухватилась за звук этого холодного голоса. Лорин голос, голос, моей несостоявшейся бабушки, матери Тэйлора. Она была одета в платье, которое, наверное, стоило больше денег, чем я заработала в течение последних трех лет, обслуживая, блядь, незнакомцев. Сверкающие черные драгоценности свисали с ее ушей. Ее волосы были покрашены в черный цвет и собраны в замысловатый водоворот на голове. Просто потому что она скрыла седину, но это не значит, что она спрятала свой возраст. Ее кожа была старая и на коже были излишки загара.