Лагерем этот район назвать нельзя. Здесь стоят нормальные городские дома, построенные из бетона, высотой в 4–5 этажей, некоторые выше. В них живет исключительно много людей: палестинский народ живет на тесном пространстве. На первых этажах находятся довольно простые магазины, в них продают продукты питания, одежду, предметы обихода. Между магазинами расположены кафе и скромные рестораны, специализирующиеся на палестинских блюдах.
На улице теснятся машины, в основном устаревшие. Неожиданно много «мерседесов». Между ними мелькают машины повышенной проходимости типа «лендровер», принадлежащие боевым организациям. Движение настолько сильное, что можно ехать только в темпе ходьбы. Зная, что этим они ничего не добьются, водители все же давят на гудки. В первые минуты пребывания в этой части города шум кажется непереносимым.
На юго-востоке дома становятся ниже. Здесь находится лагерь Шатила, где бараки из листовой стали давно уступили место настоящим зданиям. Центром здесь является базар, на котором за сравнительно низкую цену можно купить овощи, лепешки хлеба и мясо. Слышна музыка из кассетных магнитофонов, европейские и арабские звуки смешиваются с криками продавцов. Пять раз в день над площадью раздается возглас: «Алла акбар!» — «Аллах превыше всего!» Постоянно ощущается присутствие Организации освобождения Палестины. Военная полиция ООП регулирует движение на самых оживленных перекрестках. Вооруженные люди заботятся о порядке на базаре. Невооруженные контролируют цены у торговцев: если кто-либо запросит слишком много, вмешивается контролер ООП.
Количество людей, проживающих в этом палестинском квартале Западного Бейрута, поддается лишь примерной оценке. Статистические данные о населении в Ливане получить трудно. Капитан Ахмед Джебриль, командир организации «Народный фронт за освобождение Палестины — генеральный штаб», поручил своим советникам, среди которых есть ученые различных направлений, провести для ООП исследование о палестинской части населения Ливана. Исследование показало, что в Ливане живет 510 тысяч палестинцев. Более четверти из них, то есть около 150 тысяч, проживает на территории Бейрута. Это объясняется тем, что почти все палестинцы предпочитают Западный Бейрут христианским окрестностям.
Эти 150 тысяч человек, хотя они и проживают в замкнутом пространстве, все же не образуют независимого общества. Даже рынок в палестинской части города доказывает эту зависимость: овощи и фрукты выращиваются в долине Бекаа и в Южном Ливане, то есть в тех областях, где проживают ливанцы-мусульмане. Без обеспечения извне владения Арафата нежизнеспособны. На контрольных пунктах при входе в палестинский квартал видно, что поток товаров устремляется только в одну сторону — внутрь. Ремесленные предприятия в квартале ООП производят продукцию почти исключительно для собственных нужд. Лишь мебельная фабрика, принадлежащая ООП, поставляет свои изделия в остальной Ливан и арабский мир.
Исследование, проведенное Палестинским исследовательским центром в Бейруте, показывает, что хотя образовательный уровень молодых палестинцев выше, чем ливанцев, но и безработица среди них выше. Безработных палестинцев существенно больше, чем безработных ливанцев. Причины этого следует искать в той сдержанности, с которой ливанские предприниматели относятся к найму ищущих место палестинцев: даже при более высокой квалификации палестинцу откажут, если на это же место претендует ливанский кандидат.
Организация Арафата уже больше десятилетия озабочена тем, чтобы обеспечить молодым людям возможность обучения. Она помогает стипендиями; она сама создает фирмы, которые могут предложить учебные места. Политическим руководителям ООП многие палестинцы обязаны тем, что смогли стать квалифицированными рабочими и инженерами.
Эти образованные люди являются резервом для набора молодых бойцов и укомплектования политических органов ООП. Две решающие причины имеет наплыв в бюро набора: тяжелое экономическое положение всего Ливана и желание внести свой вклад в то, чтобы палестинскому народу вновь дали родину. Арафат давно понял, что только надежда может спасти народ от удушья в летаргии. Он особенно хочет сохранить для молодежи надежду на то, что возвращение возможно, причем в обозримом будущем.
Поскольку он мало говорит о проблемах, которые придется преодолевать после этого возвращения, то он создает впечатление, что с прибытием изгнанных палестинцев в Иерусалим начнется время безоблачного счастья. Взгляд направлен на тот день, когда произойдет это событие. Примером такого мышления, направленного лишь на одно это событие, является речь, которую Арафат произнес перед выпускниками подготовительных курсов для офицеров:
«Победа придет, независимо от того, признают ли наши враги эту историческую необходимость или нет. История хочет нашей победы. Она — это воля нашей крови и наших кулаков. Она — это воля арабской нации. Это воля всех прямых, честных и справедливых среди прогрессивного человечества. Это следует понять всем тем, кто верит, что может распоряжаться этим районом мира по своему усмотрению. Они не должны забывать, что их планы, которые они измыслили в Кэмп-Дэвиде, лопнут по воле истории. Только через трупы борцов за свободу, революционеров и честных людей-арабов они смогут достичь своей цели — поработить и ликвидировать нас. Путь, которым мы должны идти к победе, тяжел, долог и утомителен. Но это путь по направлению к свободе, жизни, славе и достоинству. Мы будем идти плечом к плечу, пока мы не достигнем стен Иерусалима, пока мы не поднимем над стенами святого города ислама флаг нашей революции и нашей арабской нации!»
Молодые люди в оливково-зеленой форме, слушавшие Арафата, вскакивают со своих мест. Они скандируют: «Революция до победы! Революция до победы!» Арафат нашел слова, которые выражают их эмоции. Никто не спросит скептически, достигнет ли он когда-нибудь вместе с Арафатом стен Иерусалима. Освободить святыню из рук израильтян — для них эта задача разумеется сама собой.
На стене позади Арафата висит цветная фотография. Виден сверкающий золотом купол скального храма Иерусалима. Каждый в этом помещении знает, что под ним находится скалистое плато 15 метров в длину и 12 метров в ширину, священное для мусульман. Нога пророка Магомета некогда касалась этой скалы, так гласит исламское предание. Отсюда пророк поднялся на небо, чтобы воспринять вдохновение для Корана. Для многих мусульман, и в первую очередь палестинцев, непереносима мысль, что это место находится в руках израильтян. Мусульмане дали го-, роду Иерусалиму название «Аль Кудс» — священный.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
