наследник сильного и богатого клана. Под моими лапами деньги и власть.
— Зато у тебя их стало слишком много. Ты даже не замечаешь своего отношения к ним.
— Да что ты мелешь? С каких пор ты стал моей совестью? — злость постепенно начала разгораться, жутко захотелось врезать другу и спустить пар.
— Зачем ты позволил Марго унижать Рину? Мог бы расстаться более цивилизованным способом.
Я нахмурился. Да с фига ли я вообще должен слушать этот бред?
— Не твое дело. И с каких пор ты стал защитником человечек? Она сама чуть ли не прыгала на меня и лезла в штаны. С какого я должен был отказывать себе в удовольствии? А потом еще думать, как бы лучше от нее отвязаться? — прорычал я и толкнул друга в плечо, затем прошел к бару и взял из холодильника газировку.
Думал, может быть, она поможет мне остыть, потому что если нет, то придётся вызванивать Марго, чтобы она поработала, как следует, своим болтливым языком.
— Ты снова злишься, — не отреагировал на мою грубость Ромыч, а меня это взбесило еще больше.
— Заткнись.
— Что ж, я хотел по-хорошему, — этот гад достал пистолет с транквилизатором и направил на меня.
Признаться, я прифигел.
— Ах ты… — не успел рвануть в его сторону или применить силу, как вырубился и кулем упал на пол.
«Вот приду в себя, и кому-то, ой, как не поздоровится», — это было последней светлой мыслью.
Когда я пришел в себя, голова раскалывалась, словно меня били битой по башке. Хотел поднести руку к голове, да только не тут-то было. Вот драконий случай. Этот дружок-упырь, похоже, привязал меня. Огляделся. Так и есть. Я сидел в кресле, примотанный скотчем к спинке. Что за игры? Вокруг никого. И чем дольше я так сидел, тем сильнее закипал. Мне хотелось убивать медленно и со вкусом, а еще жрать и пить. Пожалуй, последнее сильнее всего. Снова дернулся. Да где он вообще взял такой крепкий скотч? Но тут в комнату вошел хмурый Ромыч и развалился напротив меня на низком диване. Он сложил руки на груди и уставился, как будто это я накосячил. А я зарычал, ведь неровен час трансформируюсь и разнесу здесь все к чертям драконьим.
— Ты, блин, фильмов, что ли, пересмотрел? Какого хрена ты творишь? — зарычал я, а от этого мою голову снова прострелила боль.
Ну все, гад. Ты у меня нарвешься, как только я освобожусь.
— Ты снова закипаешь, друг, — бросил осуждающий взгляд на меня Ромыч.
Осуждающий, блин. Да он гонит?
— «Закипаешь»? — я хрипло рассмеялся. — О-о-о, дорогой бывший друг, — я специально сделал ударение на слове «бывший» и, увидев, как поморщился Ромыч, проложил скалиться. — Я уже в гневе.
— Вот видишь. Вспомни, когда мы последний раз с тобой нормально летали, без твоих агрессивных выпадов?
— Ты снова за старое. Ищешь проблемы на ровном месте. Нормальный я.
И только хотел разразиться гневной тирадой, как в квартиру вошел мой дядя. Я аж выдохнул с облегчением. Ну все, Ромыч, тебе пришел конец.
— Дядя, скажи этому парнокопытному, чтобы размотал меня, — усмехнулся я.
Только вот то, что Ромыч никак не напрягся от появления дяди, заставило меня задуматься. Я прищурился, оценивая статного, высокого и темноволосого дракона. Арни никогда не улыбался. По крайней мере, я даже не знаю, способен ли он на это. Вечно серьезный, собранный и жесткий дракон. Сейчас он был в костюме, как будто его только что оторвали от очень важной сделки или выдернули с совещания. В его руке были листы, которые он передал почему-то Ромычу.
— Да вы издеваетесь! Арни, ты что, с этим психом, якобы моим другом, заодно? — взревел я, уже переставая контролировать своего дракона, который и так находился в заведенном состоянии и эмоциональном напряжении.
Дядя нахмурился. Было видно, что он не в духе. Пока Ромыч изучал документы, Арни подошел к панорамному окну, заложил руки за спину и молча смотрел на огни вечернего города. Спустя минуту, услышав ругательства Ромыча, он повернулся и сложил руки на груди, прожигая моего друга гневным взглядом.
А я рассмеялся. Все же Ромыч нажил себе еще одного врага.
— Я был уверен, что что-то обнаружится, — Ромыч согнулся на диване и запустил руки в волосы, нервно проведя по ним, а потом виновато посмотрел на дядю и меня.
Я злобно сверкнул глазами.
— С чего ты вообще решил, что Макса одурманивают? — дядя, несмотря на недовольство, все равно решил разобраться в ситуации.
Ромыч начал излагать ему такой бред, что мне даже не снился. Он при этом припоминал все мои грешки и не всегда джентельменские расставания с девушками.
— Это здесь каким боком? — снова зарычал я и дернулся. — Ты еще расскажи, что я с ними в постели делаю. Какого драного дракона, Ромыч?
— Что, говоришь, сказала эта… Рина? — как ни странно, Арни заинтересовался словами человечки.
Только я вспомнил о ней, так сразу мой гребаный дракон облизнулся. Да, она была вкусной, но не более того. Я даже повторил бы, только вот Марго не вовремя вернулась. А я слишком давно не видел ее.
— Она почувствовала запах… — ответил Ромыч и начал просвещать Арни в свой очередной бред.
— Ты тупица, Ромыч, — подвел я итог беседе, и дядя согласился со мной.
— Да. Определённо, твой друг не блещет умом. Скорее всего, она говорила о парфюме. Надо проверить. Если то, что говорила эта Рина, правда, то у нас вырисовываются большие проблемы, — подвел итог Арни.
— Ясно. Психоз — это заразно. Меня кто-нибудь вообще собирается развязывать? Я жрать хочу и пить.
— Потерпишь. Мы еще не закончили, — безапелляционно заключил дядя. — Твое поведение и мне не нравилось в последнее время.
— Да тебе-то откуда знать? Ты два года как в Штатах пропадал, — я снова дёрнулся.
— Но это не значит, что я за тобой не присматривал.
— Да ты чокнулся! — выругался я.
— Я не хотел, чтобы с тобой случилось то
