подобрали артефактора, который впоследствии сможет снимать излишки моей энергии по мановению руки. Это им обошлось в круглую сумму, и все мое солидное приданое перекочевало во владение семьи Мрок, испытывающей на тот момент денежные затруднения.
Сейчас-то Нортон явно забыл о финансовых проблемах. Его артефакты стоили баснословных сумм.
Я спустилась по лестнице и заметила притаившегося в темном углу кота. Точно плотный ком пыли с желтыми лунами глаз.
– Я тебя вижу, – сказала я.
Кот не шелохнулся.
Он явно имеет что-то против меня. Сперва подстава с мышью, теперь слежка. Это наталкивало на очевидную мысль – мне нужны союзники. Куда легче выиграть битву, если у тебя есть воины, и они сильны и преданны. В глубине дома что-то забренчало, и я пошла на кухню, откуда доносились звуки.
Крепко сбитая тетка раскладывала припасы по шкафам, а я воспользовалась моментом, чтобы ее рассмотреть и прикинуть возможные варианты вербовки. На затылке светлый жеребячий хвостик, платье синее без рисунка, но в ушах покачиваются романтичные сережки-колокольчики. По-видимому, передо мной простая душевная женщина, которая легко проникнется состраданием к девушке, если надавить на правильные места.
– Доброе утро, – произнесла я чуть более высоким голосом чем обычно.
Кухарка быстро на меня глянула, и я смущенно потеребила юбку, добавляя детали внешности в мысленное досье. Глаза голубые, с хитрым прищуром, нос в веснушках, на висках седина.
– Вам помочь? – предложила я. – Меня зовут Мариэль. Господин Мрок нанял меня в качестве помощницы.
Я специально не стала называть себя домоправительницей, чтобы не возвышать себя над служанкой. Мне нужны сочувствие и жалость.
– Мы и без помощницы неплохо справляемся, – заметила тетка, закрыв шкаф и поворачиваясь ко мне. – Фрида.
– Давно работаете на господина Мрока?
Я присела за стол, взяла свой недоеденный бутерброд, который слегка заветрился, но был все еще вкусным.
– Достаточно, – сказала Фрида.
Она явно не спешит откровенничать. Что ж, придется воздействовать сильнее. Что может тронуть сердце женщины, если не любовь?
– Он… такой красивый, – заставила я себя произнести. И даже вздохнула мечтательно.
У Нортона Мрока были красивые руки. С длинными ровными пальцами, которыми он так нежно погладил мои. Вроде легкое прикосновение, а я словно до сих пор его ощущаю.
Фрида насмешливо на меня посмотрела.
– Заботливый. Щедрый. Добрый, – перечислила я.
Накормил меня бутербродом, чаем напоил.
– И такой умный, – добавила с придыханием.
Как же он вчера меня застукал? Я старалась не шуметь. Может, тоже проделки кота, который запрыгнул на подоконник по ту сторону окна и вновь уставился на меня не мигая.
– Сволочь, – брякнула я, и Фрида удивленно на меня посмотрела. – Кот, – пояснила я. – Он мне вчера мышь приволок.
– Наверное, у соседей поймал, – сказала она. – У нас не водятся. Норт поставил какие-то артефакты против кротов, заодно и всех мышей распугал. Ты о нем забудь.
– Как я о нем забуду, если он сидит и смотрит на меня так, словно я должна ему денег, – пожаловалась я и замахала на кота, но тот даже не шелохнулся.
Такое чувство, что он посещал лекции по моральному давлению на противника и экзамены сдал блестяще.
– Да я не про кота, а Норта, – пояснила Фрида. – Он помолвлен.
– Вы, наверное, знаете его лучше, чем кто бы то ни было, – польстила я. – Расскажите, какой он, что любит, с кем дружит…
Что противозаконного совершает…
– Я не собираюсь сплетничать о хозяевах, – отрезала Фрида. – А ты найди кого попроще.
– Не могу, – покачала я головой.
Конечно, я пыталась расторгнуть помолвку, но отец и слушать не стал, а мать заявила, чтобы я не дурила, ведь Нортон Мрок – отличный вариант для брака, подходящий по всем параметрам. Вот только я прекрасно знала, как выглядит изнанка семьи по договору, – я в такой росла.
– Только о нем и думаю, ночей не сплю, не ем…
Фрида с сомнением глянула на пустую тарелку, где недавно лежал бутерброд.
– Если не Нортон, то лучше смерть, – патетически произнесла я.
У этой женщины вообще есть сердце?
Фрида только пожала плечами.
– Наш садовник, Дирк, как-то вещал об угрозе перенаселения. Хотя по мне, это сомнительно. Вон сколько полей да лесов, еще кучу народу можно натыкать. Но если решишь себя убить, то будь добра, сделай это на соседнем участке – во-он там, за белым забором, – она даже повеселела. – У них и дерево есть подходящее, и запруда.
– Вы серьезно? – спросила я.
– А что? Они нам как-то куру дохлую подкинули, – пожаловалась Фрида. – Вилли вроде умный кот, а тут ошалел. Перья разнес по всему дому, сам измарался, я намаялась, убирая. А если потом станешь призраком, из-за неутоленной любви, то тоже не посрами. Вой там во всю голосину, греми посудой по ночам – у них в доме, не у нас.
– Вы издеваетесь, – уверилась я.
– А ты разве нет? – спросила она. – Пришла тут, кровь с молоком, а блеешь как овца. Хочешь Норта – так соблазни. Благо есть чем.
Она отвернулась, словно давая понять, что разговор окончен.
– Если вы мне поможете и расскажете всю полезную информацию, я вам заплачу, – предложила я.
Многие великие полководцы не гнушались использовать наемников. Главное – следить, чтобы противник не заплатил больше.
– А вот это уже интересный поворот, – Фрида хмыкнула и села напротив – точно как Нортон этой ночью. К счастью, она была одета и рук моих не гладила. – Сколько?
***
В итоге мы сторговались, и обе остались довольны собой. Фрида – потому что я клятвенно пообещала удвоить ей жалованье, если стану женой Мрока, я – потому что теперь у моего воина была мотивация на победу. Ну и, что скрывать, душу приятно грело осознание, что я обвела ее вокруг пальца.
Кот спрыгнул с окна, и я, выглянув, увидела Нортона. Он шел откуда-то со стороны леса и снова был без рубашки. В солнечном свете мой жених выглядел ничуть не хуже, чем ночью, и я задумчиво разглядела и широкие грудные мышцы, и жесткий пресс.
– Я ведь не ради денег согласилась, – заявила Фрида, хотя у нее даже лоб взмок – так яростно она торговалась. – А потому, что Норта с детства знаю. Он заслуживает женщину, которая будет смотреть на него вот как ты сейчас.
– Что? – удивилась я. – Ах, да. От него глаз не оторвать, верно?
Скорчив умильное выражение лица, я вновь посмотрела в окно. Из оранжереи, что поблескивала стеклянными гранями точно бриллиант, вышел садовник – приземистый небритый дядька в клетчатой рубахе, и загородил мне весь обзор на кубики Нортона.
– Договорной брак – дело обычное, – продолжила со вздохом Фрида. – Особенно
