проветривания и по академии гулял приятный ветерок. Я подошла к тяжелым дубовым дверям. Одна створка оказалась открыта. Изнутри доносились едва слышное шипение горелок и бульканье, а еще знакомые едкие запахи, свойственные для всех лабораторий. Собравшись с духом, я прошла внутрь и словно пересекла невидимый барьер. В лаборатории академии было прохладно. Зелья и настойки любили стабильную невысокую температуру, поэтому внутри все время работали охлаждающие артефакты. Большинство лабораторных столов пустовало и только на дальнем, практически у самой кафедры работала горелка и в медном котелке варилось зелье. Я попыталась определить какое именно, но цвет и консистенция выглядели незнакомыми. Внутри тут же вспыхнул азарт и жажда чего-то нового, неизведанного. Я тряхнула головой. Нет, зелье подождет. Сначала нужно решить проблему.
Лир Фенимор стоял около кафедры. Едва он меня заметил, как его глаза забегали. Плохой знак. Очень плохой.
– А, адептка Блум. Чем могу быть полезен? – спросил он, надевая защитную мантию.
Простой черный халат из хлопка придавал лиру Фенимору вид колокола. Преподаватель зельеварения был невысокого роста и едва доставал мне до плеча. Узкие плечи, округлый выступающий живот и короткие ноги с маленькими ступнями, указывали на то, что в роду Фенимора были гномы.
Я сцепила руки и подошла к преподавателю. Звук моих шагов звонким эхом разносился по большой аудитории, отделанной неказистым камнем. Я отметила, что и вотчину лира Фенимора к новому учебному году обновили. Где-то на стенах и полу виднелись островки свежей керамической плитки, которые смотрелись точно заплатки на одеяле. Здесь пять дней в неделю с утра до вечера молодые неопытные адепты варили, разрабатывали и тестировали зелья. Так что ремонт лаборатории требовался часто. Иногда даже несколько раз в год.
Я остановилась около кафедры и как можно доброжелательнее улыбнулась.
– Пришла уточнить, можно ли будет дополнительно пользоваться лабораторией?
Он замялся, явно подбирая слова для отказа.
– У вашего курса есть строго отведенное для работы время. Я не могу выказывать кому-то из адептов особое расположение, это будет непрофессионально, – затараторил преподаватель, промакивая носовым платком выступивший на лбу пот.
– Но лир Фенимор… – начала я, складывая ладони в умоляющем жесте.
– Нет-нет, ни слова больше, – он покачала головой и принялся застегивать мантию.
Делал он это второпях, пропустив одну из пуговиц. Я же почувствовала, как сердце ухнуло куда-то вниз. На глаза навернулись слезы. Речь ведь шла не о глупых тщеславных экспериментах. Мне требовалась лаборатория прежде всего для выживания.
Я рано осиротела. Наследства, оставленного родителями, едва хватило, чтобы покрыть дядины расходы на мое содержание до восемнадцати лет. Меньше всего мне хотелось доставлять неудобство его семье. Я стремилась как можно скорее уехать, стать самостоятельной. Так я получила грант на бесплатное образование в академии Мерканда. Это было чудом, за которое я заплатила долгими бессонными ночами над учебниками.
Тариду, столицу клана людей, покидала без сожалений. Там остались болезненные воспоминания. А в Мерканде я быстро освоилась. Во время первых каникул нашла подработку в одной из аптек, и когда набралась достаточно опыта и знаний начала варить на заказ зелья. Заработок получался не очень большим, но жила я скромно и умудрялась даже что-то откладывать на будущее. Теперь же все было под угрозой. Без лаборатории я не смогу варить зелья, а значит и зарабатывать. Сложные микстуры не сваришь в кастрюльке на походной горелке.
Я попыталась успокоиться и взглянуть на ситуацию со стороны. Четыре года в свободное от занятий время лир Фенимор пускал меня в святая святых зельевара, а на пятый вдруг передумал? Может быть его больше не устраивает сумма, которую я плачу?
– Лир Фенимор, – я предприняла еще одну попытку уговорить наставника пойти на уступку, – вы один из самых лучших преподавателей Мерканда. Никто не посмеет сомневаться в вашем профессионализме. Тем более наш факультет души в вас не чает.
– Что, правда? – заинтересованно спросил он.
И по блеску в глазах, я поняла, что лесть достигла своей цели.
– Конечно! – горячо заверила я. – Скажу вам по секрету, все факультеты нам завидуют.
– Вот как. И даже артефакторы? – Он пытливо уставился на меня.
Я приложила все усилия, чтобы не улыбнуться. О том, что лир Фенимор не ладит с деканом артефакторики знала вся академия.
– Тем более артефакторы.
Он подобрался и пригладил несколько жидких прядей, что прикрывали лысину на макушке.
– Что ж, я не удивлен, – заявил лир Фенимор.
Волк был задобрен, а значит пришло время аккуратно попросить еще раз подумать о том, чтобы пустить меня в лабораторию.
– Вы всегда внимательно относились к нуждам своих адептов, – с волнением начала я. – Поэтому, пожалуйста, помогите мне в последний раз. Мое будущее в ваших руках.
Я с надеждой и мольбой посмотрела на преподавателя.
– И что прикажете с вами делать? – недовольно проворчал он и обвел глазами лабораторию, словно хотел еще раз убедиться, что внутри нет никого, кроме нас, а затем куда громче добавил. – Не по уставу позволять адептам заниматься в лаборатории невесть чем. Правила есть правила и нарушать их я не собираюсь.
Мои плечи поникли. Ком застрял в горле, губы задрожали, но гордость не позволила мне расплакаться прямо при лире Фениморе. Он имел полное право отказать. Он был прав. Мои действия нарушали правила, ведь я не просто экспериментировала или оттачивала навыки. В казенной лаборатории я варила зелья на продажу, что было строжайше запрещено. Но обстоятельства… Боги, ведь все это делалось ради продолжения обучения. Тетради, справочники, некоторые травы, одежда в конце концов – все стоило денег.
Сглотнув, я взяла себя в руки. Нельзя отчаиваться. Нужно посидеть одной. Успокоиться. Может быть что-то и придумаю, а пока нужно сохранить лицо. Дрожащей рукой, я достала из кармана ключ от лаборатории – дубликат, что когда-то дал лир Фенимор – и протянула его преподавателю. Тот отчего-то медлил. Он смотрел на мою раскрытую ладонь, а затем вдруг вздохнул и отвернулся.
– Действуйте на свой страх и риск, – едва слышно произнес он и не оборачиваясь ушел в подсобку за кафедрой.
Медленно до меня доходил смысл происходящего. Получается, я все же могу пользоваться лабораторией? Сердце радостно подпрыгнуло.
– До свидания! – крикнула я и, дабы не испытывать судьбу, побежала на первое занятие.
Вот только мысли о разговоре с лиром Фенимором не давали мне сосредоточиться на новых знаниях. Преподаватель вел себя странно. Словно боялся, что нас могут подслушать. Может в академии идет проверка? Точно, Таврос же говорил о странном назначении нового декана боевого факультета. Вот лир Фенимор и перестраховывается, снимая с себя все риски. Еще повезло, что удалось его уговорить. Я нащупала
