— Не говори глупостей, — сказал Фред дрогнувшим голосом. — Элизабет себе этого не позволит… Она хорошая девочка, она не такая.
Циничный смешок.
— Ты в самом деле сущее дитя, Фред. Неужели ты еще не понял, что все девушки одним мирром мазаны? Что все они скроены по одной мерке? Тебе бы лучше прикинуть, что ты будешь делать, пока она не взялась за тебя.
— О, черт, черт… черт… черт, — застонал Фред, — как все запуталось. А что мне ей сказать, Тед?
Тед! Наконец-то она поняла, кто был вторым собеседником. Тед Джеймс, председатель и управляющий «Джеймс и сыновья», кому принадлежали помещения на верхнем этаже и кого почти никогда не видели в главной конторе. Ну, теперь-то она сможет присмотреться к нему поближе. Ее словно подкинуло. Не в силах больше слушать все это, она, вскочив с кресла, предстала перед ними.
— У тебя нет необходимости вообще что-либо говорить, Фред, — спокойно сказала Элизабет. — Ты уже все сказал. — Она перевела взгляд с Фреда на другого мужчину, который стоял, небрежно прислонясь к книжному шкафу, со стаканом в руке и на его лице ясно читалось, насколько его все это веселит.
— Бетти! — Щеки Фреда зарделись. Он смотрел на нее с таким видом, словно вот-вот разразится слезами. — Бетти! — он сделал шаг к ней. — Я не хотел… я не…
— Ты этого не хотел?! — резко спросила Элизабет. Ее лицо в обрамлении блестящих золотистых волос, выражало такую решимость, словно она готовилась к ответственному сражению. — Не собираюсь извиняться, что невольно подслушала, — продолжала она, — ибо с первых же слов поняла, что мне представляется случай услышать правду, как говорится, из уст самой лошади. — Она в упор посмотрела на Фреда и добавила: — Или точнее — из кроличьих уст? — Она услышала, как от книжного шкафа донесся смешок, но не повернула головы в ту сторону. — Буду искренне благодарна, если кто-нибудь из вас вызовет мне такси, чтобы я могла добраться до станции.
— О чем речь, я сам довезу тебя, — попытался было возразить Фред.
В этот момент Тед подошел к Элизабет, теперь она могла разглядеть его. Он был даже выше, чем мог показаться на первый взгляд. Его темные глаза обрамляли густые длинные ресницы, а впалые щеки придавали лицу аскетический вид. Под пиджаком хорошего покроя чувствовались широкие плечи. Не было сомнений, что он справится с любой ситуацией.
Элизабет слегка поежилась. Какое-то тревожное чувство сжало ей грудь.
— О’кей, кузен, — сказал он, презрительно скривив губы, — твоя роль в этой небольшой драме подошла к концу. Мне все равно надо еще набросать кое-какие письма, так что я отвезу Элизабет домой. Идемте, — сказал он ей, — вам, наверное, еще надо найти пальто или шаль для бегства? Мы выйдем через боковую дверь — так мы ни с кем не столкнемся.
Элизабет была не в состоянии возражать. Кроме того, одного лишь взгляда на этого человека было достаточно, чтобы понять, что ее возражения будут тщетны. Он принял решение, и все остальное не имело для него значения. Но она ни в коем случае не позволит ему подвозить ее к самому дому. Он подвезет ее до вокзала, и не дальше.
— Благодарю вас, — сказала Элизабет и вышла из комнаты, даже не взглянув на Фреда.
2
Машина Теда оказалась одним из тех лимузинов, что стояли на дорожке. Он усадил Элизабет на переднее сиденье, стянул пиджак, бросил его назад и, захлопнув дверцу, устроился рядом с ней. Во всех его движениях чувствовалось с трудом скрываемое нетерпение. Видно было, что он без большой охоты взял на себя эту неприятную обязанность — подвезти ее.
Когда они пристегивали ремни, его рука коснулась ее, и к ужасу Элизабет, тело ее моментально отреагировало, откликнувшись на тепло, которое ее обнаженная рука почувствовала под тонкой тканью его рубашки. Она резко отодвинулась. После романа с Гарольдом, который закончился два года назад, она еще не встречала мужчину, который затронул бы в ней какие-то чувственные струнки. Тед Джеймс, несомненно, был из тех мужчин, которые без всяких усилий притягивали к себе женщин. Но к ней, скорее всего, он не испытывает никакого интереса. Он довезет ее до станции, и она больше никогда не увидит его. И слава Богу.
— Где ваш дом? — коротко спросил он, как только они выбрались на дорогу.
— Меня вполне устроит, если вы подвезете меня до станции, — торопливо сказала она.
— Где ваш дом? — настойчиво повторил он, словно не услышав ее.
Грубое животное, подумала Элизабет.
— В Уотфорде, — ответила она в надежде, что отдаленность заставит его отказаться от мысли довезти ее до дома.
— Уотфорд? И как вы себе мыслите добраться туда?
— Несложно. Поезд, метро, трамвай, а там всего несколько минут ходьбы.
Они уже были на окраине деревушки, и машина сбросила скорость. Элизабет заметила, что они миновали указатель к станции, и поворачивать он явно не собирался.
— Это, — саркастическая улыбка тронула губы Теда, — самый идиотский маршрут. Надеюсь, вы не думаете, что я позволю вам тащиться ночью одной через весь город?
— А почему бы и нет? — ответила она, пропустив мимо ушей властные нотки в его голосе. — Да я и не собираюсь, как вы выразились, «тащиться», — сухо сказала она.
— Еще бы, тем более что я этого не допущу. В этом платьице вы привлекаете слишком много голодных взглядов.
Теперь он решил ей польстить? Должно быть, он вспомнил, что она может усложнить жизнь Фреду и запятнать безукоризненную репутацию фирмы «Джеймс и сыновья».
— Я хорошо знаю Уотфорд, — сказал он. — Какой адрес?
С этим человеком не имело смысла спорить, к тому же она чувствовала себя очень утомленной. Элизабет назвала адрес, и он удовлетворенно хмыкнул.
— Да, это место я отлично знаю. Здесь недалеко есть вполне приличная закусочная. Мы можем остановиться и перекусить.
— Я не…
— Не голодны? А я вот проголодался. У меня крошки во рту не было после завтрака, и мне будет куда легче ехать, если я что-нибудь закину в желудок. Потому, что я собираюсь отвезти вас домой, мисс?.. Боюсь, я запамятовал вашу фамилию.
— Стентон.
Ей оставалось только поблагодарить его, ибо он со свойственным ему высокомерием просто не обратил бы внимания на ее возражения. Кроме того, семейство Джеймсов должно было ей обед до того, как она расстанется с фирмой.
В придорожной закусочной было светло и чисто. Сосиски были в меру прожарены, чипсы золотистыми и хрустящими. Элизабет поймала себя на том, что проголодалась.
Обед завершился кофе и мятным напитком, после чего они вернулись к машине.
— Благодарю вас, — вежливо сказала Элизабет. — Мне все очень понравилось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
