опасно! Вдруг кто-то захочет тебя украсть? Как я потом буду жить?
Я погладил таракана по бронированной спине.
– Нет – братьф, нет – братьф, нет – братьф!
Он так страшно шипел, просясь в дорогу, что это тронуло моё сердце. Ну, куда я без него? Хозяин же не бросит свою собаку дома, если ему предстоит длительная прогулка на свежем воздухе? Вот и я не смог.
– Хорошо, Снурфи, ты меня уговорил, только не отходи от меня ни на шаг! Договорились? Если я потеряю твои усы из поля зрения хоть на секундочку, то задам тебе трёпку! У меня намечается серьёзная работа, и я не хочу отвлекаться от неё по пустякам!
Я повернулся к Птикалю.
– И ещё, мой дорогой друг! Пока меня не будет, я разрешаю тебе иногда забираться на мою Башню Заката и баловаться с волшебной палочкой погоды. Разумеется, это не заменит тебе наших увлекательных бесед, но хоть как-то скрасит одиночество.
Я подмигнул дурачку.
– Ну, как тебе мой прощальный сюрприз?
Захлопав в ладоши, Птикаль запрыгал в диком танце. Тарелки затряслись в такт бившихся об стол кулачков. Один из стеклянных стаканов, слетев со своего места, разбился вдребезги. На счастье!
– Мастер очень щедр! Я буду с нетерпением ждать его возращения! Привези что-нибудь вкусного из столицы! Привези мармеладных червячков!
Я пообещал. Доев обильный ужин, мы приготовились покинуть Шато. Я закрепил свою сумку на спине Снурфа. По виду ему это не слишком понравилось, но он смолчал. Однако, когда Грешем попытался проделать то же самое, таракан лишь увернулся и прошипел:
– Нетьф!
Вампиру пришлось тащить свой рюкзак на плечах. Так как он нёс бутылки, его сумка была не в пример тяжелее моей. Я усмехнулся, глядя на его расстроенные красные глаза. Из оружия я взял длинный меч Альдбриг и посох Ночь Всех Усопших. Грешем, облачившийся в полный комплект кожаной брони, по обыкновению заткнул за пояс два коротких клинка. Опыт подсказывает мне, что дороги не так безопасны, как об этом говорят королевские следопыты. Разбойники, а иногда и кое-кто похуже, с радостью лишат жизни зазевавшегося путника только из-за пары приглянувшихся сапог. У меня хорошие сапоги, поэтому я решил вооружиться.
Когда мы покидали Шато, к нам вышли все его немногочисленные обитатели. Пару десятков зомби махали подгнившими руками (это у кого они были), а кто конечностей не имел – просто кивал нам в след. По щекам Птикаля катились слёзы. Дурачок достал из кармана красный платок и с ожесточением принялся тереть им пухлую физиономию. Он непрерывно всхлипывал и сопел. Катуб в свойственной ему манере открыл рот. Прощаясь, капитан ударил рукой по своим чёрным доспехам. Даже Тина соблаговолил вылезти из кухни, чтобы напоследок засвидетельствовать нам своё почтение. Он вытер испачканные в муке лапки о грязный передник и громко квакнул пару раз.
По моему плану наш путь лежал через Лунные Врата. В этом лесу жила моя старая подруга Эмилия Грэкхольм; я намеривался её навестить. Колдунья увлекалась приготовлением различных ядов и любила заманить к себе какого-нибудь недалёкого лиходея. Она поила и кормила его, а потом смотрела как… ну, как он отправлялся в мир иной. Когда я сказал Грешему о том, как мы пойдём, то он расстроено вздохнул.
– Понимаете, – проговорил мой ученик, – сравнительно не так давно, да вот прям перед приходом к вам, меня занесло в Лунные Врата. Я побродил по чаще и вышел на прекрасную полянку, где моему взору предстала очень аппетитная девушка! Ножки, ручки, бочка и розовая шейка – всё это моментально пленило меня! Я поддался чарам и как шмель на цветок полетел к ней. Тогда я и не подумал – как все это странно и подозрительно! Почему молодая девушка живёт одна среди мрачного леса? Она сидела на порожках милого домика, и я остановился пожелать ей хорошего дня, а заодно перекусить её кровушкой. Разговорившись с девушкой, я получил любезное приглашение на чай, которое тут же принял. Внутри дома меня ждал накрытый стол с горячими пирожками.
Сглотнув комок в горле, Грешем продолжил:
– Румяные, с зажаристой корочкой и восхитительным ароматом, таких не испекут ни в одной пекарне Соединённого Королевства! Я взял пирожок исключительно из вежливости, но лучше б я этого не делал! Кто же знал, что она окажется колдуньей? Только я откусил маленький кусочек, как меня стошнило прямо на чистый пол. Не будь я вампиром, то клык даю – умер бы в мучениях. Надо сказать, колдунья тоже весьма удивилась, что я не покрылся страшными язвами и не развалился по частям. Расстались мы с ней не самыми близкими друзьями. Я цапнул её когтями за руку, а она огрела меня половником и наподдала тростью. Всюду сыпались искры, клубился зелёный пар, да такой густой, что я чуть не задохнулся. Чихая и кашляя, я из последних сил выбил дверь и был таков. Потом я три дня в себя приходил, а есть вообще не мог – организм не принимал ни белок, ни зайцев – думал помру, – на такой ноте Грешем окончил свой небольшой рассказ о знакомстве с Эмилией.
– Вот так хохма! Значит, вы не смогли поделить друг друга? Ай-ай-ай, от этого пикантного нюанса встреча станет только более приятной! Я уже предвкушаю, как посмотрю на ваши счастливые лица!
Я искренне расхохотался:
– Вампир, колдунья и некромант, отличная компания получится! Раскупорим бутылочку мухоморного вина!
Я почесал подбородок.
– Да! Моя подруга великолепно готовит не только сдобу – быстродействующие яды всегда были её фирменной карточкой. В алхимии она мне сто очков форы даст, причём профессиональный отравитель – это всего лишь одна из сторон её личности. Эмилия – мудрая женщина, искусная колдунья и надёжный друг. А такие очевидные вещи, как сногсшибательная красота и острый ум я вообще в расчёт не беру. Уверен, узнай ты её поближе, то влюбился бы по уши.
Последние слова я сказал безотносительно к Грешему. Тем не менее, они произвели на него впечатление. С изумлением я проследил за реакцией ученика. Он быстро вздохнул, поджал губы и отвернулся. Готов поклясться, что если бы вампиры могли краснеть, то кое-кто был бы сейчас пунцовый. Значит, ему понравилась колдунья? Ну и ну! Стоп. А что я так поражаюсь? Эмилия – очаровашка, обычно мужчины тают, когда видят её.
Мы миновали ворота Шато и пошли по тропинке вниз. Луна высоко поднялась на небосклоне. Её свет хорошо освещал путь. Я зевнул. Мне хотелось очутиться в своей тёплой постельке. Вот уж мне эта королева со своим непонятным вызовом. Тащись теперь к ней, тролль знает сколько. Хотя, с другой стороны, я слишком засиделся дома. Лёгкое приключение мне совсем не повредит. Разомну косточки, пообщаюсь
