Милдред в ужасе смотрела на него, не в силах оторвать взгляд.
«Нет в этом никакого смысла, — сердито сказала Милдред сама себе. — Что толку сидеть здесь и реветь, как дура? Это ничего не изменит. Нужно идти за помощью».
Она прыгнула обратно на кровать, и тут заметила, что на подушке что-то лежит. Это был огромный пучок щавеля — таким способом Этель, очевидно, давала ей понять, кто именно и за что ее заколдовал.
Милдред спрыгнула на пол и посидела там немного, обдумывая, как здорово уметь прыгать на такие большие расстояния, нисколько не ушибаясь. Это напомнило ей её плачевное выступление во время школьных соревнований по прыжкам с шестом, когда Инид, желая ей помочь, заколдовала шест, но ненароком перестаралась, и Милдред вместе с шестом влетела прямо в окно комнаты мисс Хардбрум.
Но, как бы то ни было, обретённая способность прыгать была, пожалуй, единственным преимуществом нынешнего положения Милдред. Она чувствовала себя как в ловушке в этом маленьком, скорченном лягушачьем теле. Коленки торчали под неудобным углом, руки казались слишком короткими, а самым страшным было то, что вместо нормальных слов у нее все время получались хриплые квакающие звуки.
Дверь в комнате Милдред не плотно прилегала к порогу, между ними была довольно большая щель. Она решила вылезти через неё наружу и отправиться на поиски кого-нибудь, кто смог бы ей помочь.
Провожаемая озадаченным взглядом кота, Милдред протиснулась сквозь щель под дверью и поскакала вдоль по коридору, совершенно уверенная, что ничего не может быть хуже, чем беспомощно сидеть в своей комнате.
Как потом выяснилось, лучше бы ей всё же было остаться на своей подушке, потому что тогда её обязательно нашли бы Мод или Инид. Наверняка кто-нибудь из них в конце концов догадался бы сложить два и два и понял, почему кот Милдред и неизвестно откуда взявшаяся лягушка так мирно сидят рядом на кровати. Но за пределами своей комнаты Милдред немедленно стала самой обыкновенной лягушкой, одной из тех, которые время от времени заскакивали в школу. Никому даже в голову не могло прийти (кроме, конечно, той злобной особы, которая все это натворила), что перед ним не лягушка, а заколдованная ведьма-второклассница.
ГЛАВА ПЯТАЯ
Хуже и быть не могло. Как только Милдред завернула за угол, она сразу же столкнулась с мисс Хардбрум.
— Ну-ка, ну-ка, — произнесла та, наклоняясь и подымая маленькую лягушку. — Что это у нас тут такое? — Без дальнейших рассуждений она засунула Милдред в карман и отправилась дальше.
В кармане было не слишком приятно. Милдред, болтаясь в неуютной темноте, все-таки умудрилась немного оглядеться и обнаружила рядом с собой свисток, блокнот, перетянутый резинкой, и огромный носовой платок.
Потом с ней произошло следующее.
Мисс Хардбрум вытащила её из кармана и, не церемонясь, затолкала в глубокий стеклянный кувшин. Сквозь стекло Милдред было отлично видно, что кувшин стоит на полке в лаборатории зелий, а высокая фигура классной дамы исчезает за дверью.
Милдред чувствовала себя ужасно. у неё, совершенно очевидно, не было никакого выхода, а если бы он вдруг и нашёлся, она всё равно не знала бы, что ей делать. Интересно, Этель может когда-нибудь передумать и расколдовать её, или же она настолько злобная, что оставит её в лягушках насовсем? И заметит ли мисс Хардбрум или кто-нибудь из одноклассниц, что она исчезла? И заинтересуются ли, где она? И как скоро они это сделают?
Они интересовались, где она, именно в эту минуту. На самом деле мисс Хардбрум подобрала лягушку как раз по пути в комнату Милдред. Выйдя из лаборатории, она довольно скоро обнаружила, что Милдред в комнате нет, и начала искать её по всей школе, где, естественно, не нашла не только пропавшей ученицы, но и никаких её следов. Когда она спросила о ней в классе, никто из девочек тоже ничего не знал. Милдред загадочно исчезла.
— Как ты думаешь, может, она сбежала? — спросила тихонько Инид у Мод, когда девочки направлялись обедать. В конце концов, Х-Б так наорала на неё из-за несчастного кота.
— Нет, не думаю, — ответила Мод. — Если бы она это сделала, она захватила бы кота с собой.
— Ну, тогда я уж даже и не знаю, что и подумать, — пожала плечами Инид.
— И я не знаю, — согласилась Мод. — Но, между прочим, мне кажется, что Этель имеет к этому какое-то отношение. У неё с утра такой вид… Ну, знаешь: «Я кое-что знаю, а вы дураки».
— Давай-ка мы лучше будем приглядывать за ней, на всякий случай, — сказала Инид.
А в это время Милдред в лаборатории зелий отчаянно пыталась опрокинуть кувшин, забираясь как можно выше на его стенку и толкая её изо всех сил. К сожалению, у неё получалось вскарабкаться совсем невысоко, а потом она просто падала на спину. У кувшина было толстое дно, так что опрокинуть его было практически невозможно. После нескольких неудачных попыток Милдред сдалась и расплакалась горькими слезами от страха и безнадёжности. Все, что ей оставалось, это надеяться на милосердие Этель. А милосердие, как известно, не было её отличительным качеством. И ещё, с ужасом осознала Милдред, даже если Этель окажется достаточно милосердной, чтобы признаться в содеянном, вряд ли кто-нибудь догадается, что заколдованная лягушка именно эта, сидящая в кувшине.
После обеда лаборатория наполнилась второклассницами, пришедшими на урок изготовления зелий. Мод и Инид продолжали ломать голову, куда же могла подеваться Милдред, а она чувствовала себя совершенно беспомощной, наблюдая, как они проходят мимо её кувшина, и слыша слова Мод: «Может быть, она действительно сбежала, Инид. Потому что я просто не могу себе представить, где она может быть. А она ведь прекрасно знает, что если она не появится прямо сейчас с какой-нибудь уважительной причиной, то у неё будут такие неприятности…»
— Я здесь! — пыталась прокричать несчастная Милдред, но у неё выходило только неистовое кваканье.
— Это самая громкая лягушка из всех, которые у меня были, — недовольно заметила мисс Хардбрум, бросив на кувшин пронзительный взгляд.
Милдред тут же замолкла и только смотрела неотрывно на Мод, надеясь, что ей каким-нибудь образом удастся дать понять своей подружке — может быть, послав телепатическую волну, — кто она такая. И это ей почти удалось.
— Инид, — сказала Мод, когда они раскладывали нужные ингредиенты для зелья невидимости, — я уверена, что эта лягушка на меня смотрит. Она не отводит глаз от нашего стола вот уже десять минут.
— Не говори глупостей, — ответила Инид. — Лягушки не смотрят на людей. — А эта смотрит, — не согласилась Мод. — Сама погляди!
Инид обернулась. Маленькая лягушка в кувшине действительно упорно смотрела в направлении Мод, и, когда она заметила, что Инид глядит на неё, то начала подскакивать на месте и квакать, как сумасшедшая.
— Мод, — сказала мисс Хардбрум, — будь так любезна, достань, пожалуйста, лягушку из кувшина и убери её в коробку в шкафу. Невозможно весь урок слушать это кваканье.
— КВАА-АК! — умоляла Милдред. — КВАА-АК! КВЛА-АК! КВА-ЛАК!
Мод осторожно приблизилась к полке, достала кувшин и вытащила Милдред.
Милдред последний раз посмотрела Мод прямо в глаза, но она и сама понимала, что надежды на то, что Мод узнает в полусумасшедшей лягушке свою лучшую подругу, практически не было. Оставалось спасаться бегством.
Милдред подпрыгнула в воздух так высоко, как только ей позволяли её новые, сильные ноги, и с мягким чмоканьем приземлилась на парту Инид и Мод.
— Девочки, не стойте столбом! — вскричала мисс Хардбрум. — Ловите её, ловите!
Весь класс пустился в погоню за лягушкой, которая ловко перепрыгивала с парты на парту. Руки хлопали, лица мелькали вокруг, и внезапно Милдред вспомнила, что на сегодняшнем уроке они должны были учиться изготавливать зелье невидимости. (Мисс Хардбрум сама напоминала им об этом во время завтрака, чтобы они получше подготовились.) Тогда Милдред кинулась к парте Этель, зная, что у той наверняка получилось самое лучшее зелье. И точно, там в котле уже булькал тёмно-зелёный настой, а рядом на парте лежала опрокинутая мензурка, из которой так кстати натекла на скамейку небольшая лужица. Милдред выстрелила в неё своим лягушечьим языком и постаралась всосать как можно больше.
— Ой, мисс Хардбрум! — услышала она крик Этель. — Лягушка исчезла!
Со вздохом облегчения Милдред тихонько спрыгнула со скамейки на пол, спряталась под книжный шкаф возле двери и замерла там, не издавая ни звука.
— Очень странно, — заметила мисс Хардбрум. — Это не только самая шумная, но ещё и самая сообразительная лягушка, которую мне когда-либо приходилось видеть.
— Я уверена, она пыталась мне что-то сказать, — прошептала Мод Инид. — Может быть, она знала что-то про Милдред?
— Что может знать лягушка? — не поняла Инид.
