— Что-то ужасное? — Гризельда поглядела на неё с испугом. — Что ты имеешь в виду? И потом, чего это я буду лазить под твоей кроватью, если я даже не знаю, что именно там может оказаться? Полезай сама, если тебе так надо.
— Да нет, это… Это просто жук! — нашлась Милдред. — Я просто, знаешь, ужасно боюсь жуков. Когда я была маленькой, один такой, коричневый, с усами, как-то забежал мне в пижамную штанину, и я с тех пор их просто не выношу. Пожалуйста, Гризельда, ну помоги мне. Я иначе всю ночь глаз не сомкну.
— Просто жук! — засмеялась Гризельда. — И всего-то? Я-то думала, у тебя там как минимум паук-птицеед, такой шум ты тут развела. Ладно, пошли. Где твой жук?
Пока Гризельда шарила под кроватью, наполовину скрывшись под ней, Милдред очень крепко связала вместе шнурки на её ботинках.
— Я что-то ничего не нахожу, — сказала Гризельда, выбираясь из-под кровати и подымаясь на ноги.
Милдред быстро, как молния, выхватила верёвочное лассо, которое она до поры до времени прятала у себя в шкафу, накинула его на остолбеневшую третьеклассницу и сильно затянула на уровне локтей, так что руки Гризельды оказались крепко прижаты к бокам. Прежде чем несчастная жертва успела хотя бы вскрикнуть, Милдред заткнула ей рот тряпкой.
Последним усилием Гризельда попыталась пуститься бежать, но, так как её шнурки были связаны, она тут же споткнулась и рухнула на пол.
— Честное, честное слово, мне очень-очень жаль, что приходится делать с тобой всё это, — неловко извинялась Милдред, быстро связывая ноги Гризельды её же поясом. — Но у меня на самом деле очень-очень важная причина, и я тебе потом всё объясню, когда вернусь. Ты уж прости меня, ладно? Я обычно такого не делаю, но в этот раз мне просто ничего не осталось. Ты ведь не будешь злиться на меня так уж страшно?
Гризельда в ужасе смотрела нa нее с полу.
— Ммммммммм! — только и могла промычать она сквозь тряпку. — Мм-ммм, ммммм-мм, мм, ммм, мммм, мммммммм!
Милдред сняла с кровати покрывало и аккуратно накрыла им Гризельду.
— А вот кричать совершенно бесполезно, — заметила она, подкладывая Гризельде под голову подушку. — Всё равно тебя никто не услышит. Все уже собрались на школьной площадке и готовятся к отлёту. Я возьму твою кошку, если ты не против. Мой Полосатик совсем не умеет летать на метле, и потом, его уж слишком легко узнать.
Милдред быстро сменила свою ежедневную школьную форму на парадный наряд, который полагалось надевать только в особых случаях. Она расплела косички И распустила волосы по плечам. (Все в школе, включая учителей, всегда распускали волосы, надевая парадные одежды.) Она накинула плащ, подняла воротник и надвинула шляпу на глаза как можно ниже.
Со шкафа раздал ось тихое «мяу».
Милдред посмотрела туда, и увидела, что её полосатый кот грустно наблюдает за тем, как она собирается уходить без него.
— Ой, Полосатик, — вздохнула Милдред, протянув руку и почёсывая его под подбородком. — Ну я же не могу взять тебя с собой, а то вся школа сразу нас узнает.
Она подобрала коробку с лягушкой-волшебником и засунула её в карман плаща. Затем поймала кошку Гризельды за шкирку и вытащила из-за шкафа метлу.
— Пока, Гризельда, — сказала Милдред, выскальзывая из комнаты и чувствуя себя настоящей преступницей. — Я скоро вернусь и всё-всё тебе объясню, и тогда ты больше не будешь на меня сердиться.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Окно винтовой лестницы выходило на развалины старой крепости, где всегда проводились празднования Хэллоуина. Торопливо сбегая вниз по ступенькам, Милдред бросила случайный взгляд в окно и увидела, что там, вдалеке, уже разожгли костры. С сильно бьющимся сердцем она присоединилась к остальным девочкам, уже собравшимся во дворе. С распущенными волосами, в длинных чёрных плащах и островерхих ведьминских шляпах все они выглядели просто потрясающе.
«Какое счастье, что уже стемнело», — подумала Милдред, пробираясь между ними и пристраиваясь в конец шеренги третьего класса, пока классные дамы пересчитывали своих учениц.
— Ну что, все в сборе? — спросила мисс Кэкл.
Все классные дамы по порядку ответили: «да», и ученицы по команде отправились в полёт к крепости.
Они быстро набрали высоту и поднялись над верхушками деревьев, а школа осталась далеко позади. Милдред тихонько радовалась, что все разговоры во время полёта строго запрещены, так что никто не задаст ей никаких ненужных вопросов. Кошка Гризельды отлично держала равновесие, и Милдред даже стало стыдно перед Полосатиком, когда она на минутку представила себе, как было бы здорово всегда иметь такую обученную, красивую чёрную кошку, которой можно гордиться.
А в это время Этель сидела в постели, кипя от злости и наблюдая через окно, как все остальные ученицы, словно стая летучих мышей, поднялись над землёй и устремились на праздник без неё. Она зажгла свечу и решила сходить в комнату к Милдред, чтобы поругаться с ней немного, всё легче станет.
Подойдя к комнате Милдред, Этель прижалась ухом к двери и прислушалась. Изнутри доносились какой-то странный шум и пыхтение.
— Милдред? — спросила Этель, тихонько постучав в дверь. Шум стал громче.
— Ммммммммм! Мммммм, ммм, мм!
Этель открыла дверь и подняла свечку повыше, чтобы разглядеть, что же там происходит. Глазам её предстала корчившаяся на полу несчастная жертва Милдред.
— Какой ужас! Что такое с тобой произошло?! — ахнула Этель, развязывая Гризельде рот и пытаясь поскорее распутать узлы на её руках и ногах.
— Это всё Милдред Хаббл! — прокричала Гризельда, едва не плача. — Она совсем спятила, не иначе. Заманила меня сюда какими-то дурацкими выдумками, накинулась. связала, украла мою кошку и отправил ась вместо меня на праздник. Честно, Этель, она была совсем как сумасшедшая, всё бормотала что-то про жуков в пижаме и всякое такое. Что нам теперь делать?
— Лететь за ней, конечно! — ни секунды не раздумывая, ответила Этель. Она уже предвкушала радость от тех похвал, которые ей достанутся, когда она раскроет всем глаза на отвратительное поведение Милдред. — Пошли скорей, Гризельда. Я только переоденусь, и встречаемся через пять минут во дворе, с метлами. Надо торопиться. Кто знает, что ещё она замышляет.
— Ладно, — согласилась Гризельда. — Я тоже побегу за метлой.
Тем временем все ученицы академии подлетели к развалинам крепости и были встречены там Верховным магом и остальными волшебниками и ведьмами. Верховный маг, мистер Хеллибор, в своём лиловом плаще, расшитом звёздами и месяцами, и высокой остроконечной шляпе, выглядел очень величественно. Если бы Милдред от страха не бросало в жар при мысли о той задаче, которая ей предстояла, она была бы в полном восторге от этого зрелища.
До начала представления ещё оставалось немного времени. Мисс Кэкл и остальные учителя приветствовали своих друзей и знакомых, а девочки просто стояли кружком, стараясь хорошо выглядеть и примерно себя вести, чтобы создать самое лучшее впечатление о школе.
Вдруг в воздухе возникло какое-то движение, все подняли головы и увидели подлетающих Этель и Гризельду. Они быстро снижались на своих мётлах, размахивая руками и крича.
— Милдред Хаббл! Она здесь, внизу! — кричала Этель.
— Она похитила меня! — вопила Гризельда. — Похитила и связала, а сама прилетела сюда вместо меня!
— Довольно, девочки, спасибо! — приказала мисс Кэкл. Она совсем не обрадовалась, услышав эти неожиданные вопли своих учениц.
Мисс Хардбрум решительным шагом пошла вдоль рядов учениц, и Милдред натянула шляпу как можно ниже на лицо. Из-под полей ей был виден Верховный маг, который стоял неподалёку, весьма озадаченный всеми этими криками.
— Если ты здесь, Милдред, — произнесла мисс Хардбрум, — я бы порекомендовала тебе немедленно сделать шаг вперёд и объясниться.
Все девочки стали приглядываться друг к дружке, и Милдред поняла, что не пройдет и пяти минут, как её обнаружат. у неё не было других вариантов, кроме как попытаться подбежать к Верховному магу, прежде чем её успеют поймать. Милдред решилась, растолкала ряды учениц и бросилась к мистеру Хеллибору.
— Пожалуйста, простите меня, Ваша честь, — выговорила она, протягивая коробку со своим лягушечьим приятелем. — Я знаю, что вы не хотели, чтобы я прилетала сюда сегодня, но тут у меня в коробке один заколдованный волшебник, и я обещала ему, что принесу его к вам, чтобы вы могли его расколдовать. Мне очень стыдно, что я причиняю столько беспокойства, но я совсем не знала, что еще мне делать.
— Ничего не понимаю. Что это всё за чушь? — недовольно спросил Верховный маг. — Я ошибаюсь, или же ты и есть та самая юная ведьма, которая испортила представление на метлах в прошлом году?
— Мы приносим наши глубочайшие извинения, Ваша честь, — загремела мисс Хардбрум, схватив Милдред, как клещами, за руку повыше локтя. — Эта девочка просто не в себе…
