мысли, что девчонка далеко. И рядом хватает экстремалов, которые к ней протянут руки.
Моя.
Никто другой не тронет.
Я держался в стороне, выжидал. Просто знать, что в порядке, в безопасности. Всё хорошо, под контролем. Знаю, чем дышит и с кем гуляет. Это ведь просто, ничего такого. Позаботиться.
А потом понеслось по накатанной. Знать, какой кофе пьет. О чем болтала. Во сколько вернулась домой, чтобы никуда не уезжала без разрешения. Завесила от меня.
Была моей.
И когда я доберусь до Кристины…
Долгое воссоединение будет. Не слезу с девчонки, пока не утолю голод. Лютый, серьезный. Который сидит под кожей, зудит. Найти и трахнуть, пометить. Брать раз за разом, пока не начнет хрипеть подо мной. Пока закончатся стоны и всхлипы.
Вот тогда… Тогда можно будет идти на второй заход.
– Развлекайся, златовласка, - разрешаю, сцепив зубы. – Я вечером позвоню. И расскажу, что ты должна сделать.
Звонок девчонке поднимает настроение. Кручу телефон в руках, гоняю мысли. Хороша златовласка. Смогла удивить. Сама себе хуже сделала, но постаралась.
Только ещё не поняла.
От меня не уйти.
Не отпущу.
– На выход, - дверь открывается, мент нетерпеливо постукивает по стене. – Давай, Лютый, гости у тебя.
– Время для посещений закончилось.
Не спешу подниматься, обломается. Мне и здесь неплохо. Связей хватает, чтобы ни в чем себе не отказывать. Даже шлюх могут привести. Но мне другая девка нужна.
Которая сейчас далеко.
Сжимаю челюсть до зубного скрежета, злость охватывает. Далеко, но все ещё на привязи. Только поводок дернуть, и тут окажется. Но пусть поверит, что можно сбежать.
И тогда я нанесу удар.
– Лютый, двигай.
– Не забывайся, сержант, - подрываюсь, кожа зудит. Не хватает боя, чтобы пар выпустить. Сокамерников отселили, не рискнули. А жаль. – Базар фильтруй.
– Или? Лютый, с той стороны тоже давят. И мне ни от чьей руки подыхать не хочется. Поэтому двигай и сам со своим другом разбирайся.
– С кем хоть?
– Саид Хаджиев.
Присвистываю. Не думал, что друг найдет на меня время. Но если приехал, значит, дело есть. Хорошо, у меня уже крыша едет от скуки. Нет, сюда бы златовласку, и можно вообще не выбираться.
Сука редкостная.
Дрянь.
Любая мысль к ней возвращается. Плавно перетекает, перекрывает кислород. Я ведь держался на расстоянии. Нормально было, так, только присматривал время от времени.
Но попала в мои лапы…
И всё, финиш.
Перемкнуло окончательно.
– Удивлен, - усмехаюсь Саиду, падаю на стул. – Я думал, ты занят Никой.
– Занят. Но для тебя время найду. Или ты решил сам всё разгребать?
– Да можно и самому, плевать.
Выдыхаю. Сейчас не тянет рвать и разбираться со всем. Весь фокус на златовласку сместился. И пар выпустить хочется. Бой с удовольствием бы устроил. А копаться в делах и адвокатов напрягать – нет, не моё дело.
При хорошем раскладе, можно было выйти сразу. Но я не спешу. Выжидаю. Пока крысы полезут, когда пойму, кому было выгодно меня посадить. Не государству уж точно.
Пусть скалятся, радуются, что прокатило. Лютый и за решеткой – событие века. Успех ослепляет. Не заметят, как подберусь и глотки разорву. Разберусь с каждым, кто захотел меня убрать.
А потом приду за златовлаской.
И пусть молится, чтобы к тому времени гнев поутих.
Иначе ей не понравится наша встреча.
– Я к твоей Кристине охрану отправил, присмотрят.
Жду каких-то нотаций. Это ведь Хаджиев, он не из тех, кто будет за девчонкой бегать. Но знаю, что друга тоже помотало. Сильно и крепко, как меня зацепило.
Он изначально косо смотрел на мою одержимость Кристиной. А теперь нечего сказать. Потому что и он, и я – попали основательно. И попали девчонки, которые нам понравились.
С Саидом странные отношения. Я не работаю на него, ни на кого не работаю. Но именно Хаджиеву тянет помогать. Такой же долбанутый, как и я. В своей манере.
– Только пусть златовласку не пугают, - киваю, мои люди тоже рядом с ней. Но подкрепление не помешает, спокойней. Дышать получается. – У меня на неё свои планы.
– У неё тоже планы. В клинику записалась, мои безопасники откопали.
– Что за клиника?
– Без специализации, но запись достали. Кровь пойдет сдавать, проверятся.
– Зачем?
– На ХГЧ. Я тоже не знал, что это такое. В общем, поздравляю, - Саид щурится, вена на шее вздувается. Не от души, злится почему-то. Но по плечу меня хлопает. – На беременность идет проверятся.
Сука.
Новость глушит.
Бьёт молотом по голове. До звезд, до стиснутых кулаков.
Кровь бурлит, закипает. В голове мысли смешиваются. На беременность, значит? Нет, златовласка не дура. Не легла бы под первого встречного. Знает же, что после такого смельчака найдут мертвым на свалке.
А её ко мне дернут.
И всё закончится плохо.
Значит…
Умолчать решила? Плохой ход. Откровенно плохой, потому что я такое не прощу. Попытку скрыть ребенка или чего похуже. Это у других прокатывает, забывается.
А я спрошу за каждый день, когда она знала.
Беременна значит. Или подозревает. Но промолчала сегодня, когда говорили. И…
Блядь.
Моменты с Кристиной вспыхивают в голове, кинолентой проматываются. Быстро, резко. Оглушая и разрывая. Выпуская зверя наружу, гневом приправляя.
Мы трахались, но в неё я не кончал. Не успел ещё пометить так, как хотелось. Сначала бы защиту организовал, а потом уже полностью подчинил себе.
Не успел, златовласка быстрее оказалась.
А ещё…
Залететь от меня не могла.
– Саид, дело есть. Нужно, чтобы ты кое-что для меня организовал.
Глава 3. Кристина
– Лапочка, нельзя всё время сидеть в номере.
Валя шагает по моей комнате, недовольно фыркает, когда я в тысячный раз отказываюсь куда-то выходить. Лютый звонил, говорил со мной, угрожал! Как я вообще могу куда-то выйти?
Мне хочется спрятаться под одеяло, как маленькой. Даже на расстоянии мужчина умеет пугать, загонять в краску. Чувствовать трепет по всему телу, желание исчезнуть.
Он говорил, а у меня душа замирала. От воспоминаний и предупреждения. От того, что от сталкера не сбежать. Сколько раз я пыталась и получала обратный эффект.
Так почему я решила, что в этот раз получится?
– Ты не понимаешь, Валь, - вздыхаю, пальцы дрожат последние несколько часов. – Он мне звонил!
– Ну, позвонил. Тебе парни никогда не звонили? Я скажу своему, завтра найдут телефон при обыске и всё.
