гораздо раньше, чем я долечу до земли.
Вся моя игра строилась на запугивании и понимании того, что души слишком ценны, чтобы ими вот так разбрасываться. Сейчас, конечно, для меня сложилась отличная ситуация. Руки у меня оказались развязаны. Могу делать, что угодно. Главное, что теперь эти души выведены из серой зоны. Отныне они принадлежат мне, и никто не сможет на них претендовать. Мои требования не выполнили, я в своем праве. А кто решит забрать их у меня силой, познают гнев.
Я покрутил головой, выискивая Таню и Арчи. Пес не упустил своего шанса. Сейчас он в обнимку с девушкой кувыркался в воздухе под защитой ее поля. Хитрец — еще и лапами её за шею обнял. И ведь не ко мне под прикрытие кинулся, а к девчонке. Ну ладно, это я ему еще припомню.
«Дальнейшее ускорение может повлечь…»
«Да, сам знаю, — перебил я. — Отпускайте!»
Меня крутануло, перевернув дважды через голову.
Лена врезалась в меня. Наши поля разошлись, признав друг друга, пропустили девушку внутрь моего пузыря. Она оказалась лицом ко мне и вцепилась руками и ногами. Точно второй Арчи. В глазах была смесь страха и восторга. Еще бы! Выжить во взрыве — буря эмоций.
Нас швырнуло в бетонную плиту. Спиной я принял всю тяжесть наших тел.
Из легких выбило воздух. Что-то слишком часто у меня стали появляться такие «тесные контакты» с женщинами — то Таня с балки упадет, то Лену взрывом придавит.
— Аххх! — вдохнула девушка, потеряв на секунду сознание.
Я придержал ее, не дал упасть.
Видел, как вдалеке грохнулась Таня, покатилась по земле, инстинктивно прижимая Арчи к груди. Отлично! Оба целы. Поле все еще мерцало. Значит выдержало.
Вал земли катился в нашу сторону. Я попытался вскочить и отпрыгнуть, но вес Лены не позволил этого сделать. Девчонку бросить я не мог.
Земля ушла из-под ног, и мы ухнули куда-то вниз.
Над головой пролетели обломки плит. Одна из них: огромная, плоская, как еще не разломило ее, накрыла провал, где мы оказались заперты.
Сразу стало темно. Потоки тусклого света еще пару секунд пробивались сквозь крохотные щели, а потом их засыпало землей. Вал докатился то этого места, погребя нас под слоем бетона и земли.
Сверху посыпались какие-то камни, куски грунта. Забарабанили по полю.
Лена пришла в сознание, крепче вжалась в меня. Я машинально погладил ее по голове, успокаивая.
Гул взрыва доносился еще некоторое время, потом все стихло.
Я прислушался. Других взрывов не последовало. Я был прав. Никто не собирался убивать всех. Стреляли по мне, и то, полагаю, кто-то сглупил. Что ж, этой ошибкой я воспользуюсь по полной, едва выберусь отсюда.
Земля перестала содрогаться, и град камней прекратился.
Тишина. Я прислушался.
Сверху доносились какие-то звуки, но это точно были не взрывы и даже не выстрелы. Скорее кто-то кричал, звал. Может быть, искал нас.
Я создал маленький шарик плотного поля. Из такого были лезвия магических клинков. Шарик слабо засветился ровным светом. По ощущениям включили небольшой фонарик, но этого было достаточно, чтобы видеть все вокруг.
— Надо как-то подать сигнал, что мы здесь, — произнесла Лена, все еще обнимая меня за шею и, кажется, не собираясь отпускать.
Близость ее тела была приятна. Несмотря на ситуацию, я вдруг почувствовал, что от Лены просто восхитительно пахнет. Запах смешивался с привкусом гари и влажной земли, но легко перебивал их, заставляя втягивать воздух чуть сильнее. Хотелось вдыхать этот легкий аромат, сохранить его. Я повернулся к девушке, ткнулся носом в волосы, втянул воздух. Голова закружилась. Тело стало немного ватным, зато где-то внизу все налилось кровью.
— Нравится? — прошептала Лена, чуть наклонив голову, позволяя мне добраться до основания шеи. Здесь запах усиливался, начинал будоражить. — Меня возбуждает опасность, — произнесла она, склонившись к самому уху.
Ее горячее дыхание обжигало, а тембр голоса заставил слегка подрагивать от предвкушения.
Да что же это такое? Где-то на краю сознания билась мысль: там наверху боевые товарищи, они ищут нас, переживают. Странно, но едва я попытался подумать о Тане, как ее образ тут же уплыл, растворился, превратился в горячие податливые губы Лены. Девушка тяжело дышала, грудь ее вздрагивала. И я только сейчас понял, как плотно она прижата ко мне.
Лена высвободила руку и провела ладонью по моим волосам, запустила пальцы в волосы. А потом вдруг резко впилась губами в мои и закрыла глаза.
Мы целовались, лежа на обломках камней, врезающихся мне в бок, на холодной земле, которую я сразу перестал ощущать.
Я понимал, здесь что-то не так, но Лена наседала, страстно и немного агрессивно целовала меня, не давая опомниться и вдохнуть.
Наконец девушка чуть отстранилась, и я смог втянуть воздух полной грудью. Я полулежал на куче обломков, а Лена сидела на моих ногах, упираясь коленками в землю. Я видел, как камешки впивались в плотные кожаные штаны, но девушка даже не подумала их убрать. Я молча дышал, не отрываясь смотря в глазе Лене. Она, чуть разжав губы, закусила нижнюю, но тоже смотрела на меня. Еще пару секунд я думал о том, что происходит наверху, но осознал лишь одно — там все тихо: ни выстрелов, ни взрывов, ни криков.
— Да какого черта! — хрипло произнес я и притянул девушку к себе.
Лена с тихим выдохом отдалась в мои объятья, принялась ласкать шею, гладить меня по рукам. Раздвинула ноги, плотнее прижавшись ко мне, начала едва заметно двигаться взад-вперед. Затем выпрямилась, изящно прогнув спину, осталась сидеть верхом. Начала стаскивать с себя куртку. Осталась в одной полупрозрачной блузке, ничуть не скрывающей шикарную грудь.
Лена улыбнулась, наклонилась надо мной и вновь принялась целовать. Ее губы скользили по шее, щекам, глазам, потом возвращались к моим губам, и я начинал чувствовать такой прилив сил, что готов был свернуть горы.
«Зафиксировано влияние биохимических веществ», — запоздало заверещали наниты.
«Плевать! Захлопнитесь!»
Я зарычал, стянул с Лены блузку стал ласкать. Девушка запрокинула голову и несколько секунд сидела так, затем быстро поцеловала меня и вскочила на ноги.
— Я больше не могу… Хочу… — говорила она, стягивая с себя штаны.
Тоже поднявшись, я снял остатки плаща и бросил на землю — будет хоть немного мягче. Стащил майку через голову и добавил к плащу.
Лена подошла ко мне вплотную. Тонкая паутинка кружева, казалось, едва держится на ней.
Я позволил девушка стянуть с меня штаны и тут же почувствовал ее
