Я ощущаю, как внутри нарастает безумие. Возвращаюсь к брусу, хватаюсь за него и подтягиваюсь до тех пор, пока руки не дрожат так сильно, что не могу больше держаться.
Музыка к этому времени наверху затихла, а значит, уже далеко за полночь. Я знаю, что именно в это время ночи могу покинуть клетку, в которую сам себя запер. Избегать людей любой ценой — таков был мой грёбаный план сегодня, но кое-кто решил нарушить его, и теперь мне нужен свежий воздух.
Я накидываю кожаную куртку, достаю сигарету и убираю пачку в карман. Прикуриваю и затягиваюсь, проходя через тёмный дом, и выхожу на улицу, где припаркован мой «Харли».
Впервые за последние двенадцать часов я позволяю дыму заполнить мои лёгкие. Я обхожу свой байк, проверяя его на отсутствие повреждений. Не доверяю я этим мудакам, которые приходят в мой дом, но ради Джакса терплю его вечеринки. Порой он бывает безрассудным, но он довольно хорошо поработал, поддерживая мои дела и здесь, и в баре, будь они прокляты. Я должен быть ему благодарен.
Отметив, что повреждений нет, я выбрасываю сигарету, завожу байк и мчусь в тёмную ночь. Встречный ветер, дующий мне в лицо, — одно из двух наслаждений, которые у меня остались. Второе — это секс, пусть я им и не часто наслаждаюсь. Он помогает мне убежать от грёбаных мыслей в моей голове.
Подъезжая к своему бару «Дикарь и чернила1», я паркуюсь, вытаскиваю ключ из зажигания и захожу в бар через заднюю дверь. Это местечко пропитано сигаретным дымом. Проходя к барной стойке мимо тату-салона, я слышу голос Блейна и как минимум ещё четверых ребят.
Блейн кивает головой в мою сторону, когда замечает, что я присоединился к ним.
— Привет, Ройял! Что нового, сукин сын?
Я киваю в знак приветствия и сажусь на один из старых кожаных стульев. Достаю всё из карманов, кладу на соседний стул и устраиваюсь поудобнее.
— Виски. Всю, блядь, бутылку.
Бар закрылся примерно сорок минут назад: трое парней и какая-то блондинка в маленьком, плотно облегающем платье сидят за одним из столиков, явно далеко уже не трезвые. Я ожидал, что бар будет пуст. Не хочу сегодня иметь ничего общего с людьми. Всё, чего мне хотелось, — это один грёбаный вечер, чтобы оплакать Райли, но не могу получить даже это дерьмо; ни в своем доме, ни даже в собственном грёбаном баре.
— Кто, чёрт подери, это такие? — спрашиваю я Блейна, когда тот возвращается с бутылкой виски и пустим бокалом.
Он обходит барную стойку и отвечает на мой вопрос, пока я наливаю себе долгожданный виски:
— Мой приятель Джейк с друзьями. Я разрешил им потусоваться тут, покуда они платят и ничего не ломают. Они приносят хорошую выручку, мужик. Не думал, что ты приедешь сюда сегодня. Извини.
Косо на него взглянув, я опрокидываю в себя виски, опустошая бокал.
— Чтобы духу их здесь не было, когда я буду уходить. И никакого дерьма, как в прошлой раз.
— Понял, мужик. Они нормальные. Клянусь. Просто наслаждайся проклятым виски и отдыхай.
Я облокачиваюсь на спинку стула и наблюдаю за ними, ни хрена им не доверяя. Никогда в жизни не видел их, а значит, они понятия не имеют, кто я такой, и мне это абсолютно не нравится: особенно когда они в моём баре в такое позднее время.
Блондинка смотрит в мою сторону, покусывая нижнюю губу, будто только сейчас заметила меня. Слегка раздвинув ноги, она садится прямо, нарочно выпячивая свои сиськи.
— Чёрт, — шипит Блейн, — похоже, Келли тебя приметила. Эта сучка делает неплохой минет, причём далеко не каждому.
Он хлопает меня по плечу и поправляет свой член в штанах, наблюдая, как она облизывает губы.
— Я кончил за три минуты, а для меня это просто неслыханно.
Я ничего не отвечаю. Просто наблюдаю, как она смотрит на меня, будто хочет, чтобы я стал её полуночной закуской.
Когда она мне наскучила, я отворачиваюсь и наливаю себе ещё бокал. Только подношу его к губам, как чувствую лёгкое прикосновение к своей руке и нежное поглаживание.
Чёрт…
Я смотрю перед собой, но боковым зрением оглядываю её. Она, может, и не так горяча, как та красивая брюнетка, ворвавшаяся в мою комнату сегодня ночью, но она определенно не против помочь мне снять напряжение. Прекращаю выдумывать разную чушь, встаю и, посмотрев ей прямо в глаза, ухожу, на ходу опрокидывая в себя еще одну порцию алкоголя, чтобы дойти до необходимого мне состояния бесчувственности.
Разминая шею, я опускаю пустой стакан на ближайший стол и исчезаю в офисе, зная, что она последует за мной. Они всегда следуют.
Я оборачиваюсь, и Келли, как назвал её Блейн, входит следом, соблазнительно меня осматривая.
— Закрой дверь, — требую я, — но не запирай на замок.
Ненавижу запертые двери. Я предпочитаю оставлять пути открытыми на случай, если возникнет проблема, с которой надо будет разобраться.
Келли делает, как велят, подходит и встаёт передо мной, пока я прислоняюсь к столу. Зажигаю сигарету, делаю затяжку и кладу свою руку на её горло, сжимая его. Она удивлённо вздыхает, но затем улыбается, глядя мне в глаза. Не желая начинать беседу и перекидываться пустыми фразами, я опускаю её голову вниз, пока она не встаёт передо мной на колени и протягивает руку к моему ремню. Учитывая, до чего меня довели несколько часов назад, это дерьмо сейчас мне просто необходимо.
Я хватаюсь одной рукой за стол, а другой держу сигарету у рта. В этот момент я ощущаю её язык, извивающийся вокруг головки моего члена, потом она берёт его в рот полностью, задыхаясь, приспосабливаясь к его размеру. Блейн был прав. Она действительно делает неплохой минет, но нет никакой вероятности, что эта цыпочка заставит меня быстро кончить.
Вот уже двадцать минут мой член у неё во рту, но я так и не кончил. Она продолжает посасывать быстрее и сильнее, беря меня глубже, задыхаясь и впиваясь ногтями мне в бёдра, но я по-прежнему не получаю того, что мне нужно.
Тут без стука открывается дверь, и в дверном проёме возникает голова Блейна.
— Чувак, какого хрена? Прошло уже двадцать минут.
Я хватаю Келли за волосы и беру дело в свои руки, удерживая её голову в неподвижном состоянии и входя в её рот.
— Убирайся, придурок. Живо!
Блейн с секунду наблюдает за нами, постанывая, и наконец, закрывает дверь и исчезает. Он всегда находит какое-нибудь грёбаное оправдание вломиться, когда я шалю в своём, блядь, офисе. Сексуально озабоченный ублюдок. Он использует в своих интересах тот факт, что я ненавижу запертые двери.
Как только он отвалил, я встаю прямо, хватаю Келли за волосы и вхожу в неё ещё раз, удерживая её и заполняя её рот своей горячей спермой.
Сглотнув, она вытирает рот, затем встаёт, поправляя беспорядок на голове.
— Чёрт… у меня рот онемел, — жалуется она.
— Ага, и мой член тоже.
Она улыбается, игнорируя мой комментарий, и соблазнительно кладёт руки мне на бёдра.
— Сколько времени тебе нужно на восстановление, чтобы трахнуться? Меня хватит на всю ночь, милый.
Я указываю головой в сторону двери.
— Мне через пару минут надо уходить. Скажи Блейну, пусть сделает тебе коктейль за мой счёт, — отвечаю я, отвергая её.
На её лице мелькает тень разочарования, но в последний раз поправив волосы, она направляется к двери, что-то бормоча на ходу.
Я сижу в темноте хороших минут пятнадцать, прежде чем отправиться в бар к Блейну и остальным. Мне очень не нравится, что они здесь, но пробуду тут столько, сколько смогу.
Блейн слишком занят разговором с Джейком за барной стойкой, чтобы заметить происходящее за столом, но это первое, что бросилось мне в глаза. Стол усыпан полосками с белой хренью, завален наличкой и небольшими полиэтиленовыми пакетами. Парень в зеленой фланелевой рубашке наклоняется над столом, готовясь опробовать товар.
— Собирайте свой мусор и валите на хрен отсюда, — строго говорю я. — Занимайтесь этим дерьмом в другом месте.
Я не доверяю ублюдкам, которых не знаю.
Парень во фланелевой рубашке смеётся и отвечает:
