гнев друга Максим, и не дожидаясь ответа рявкнул. — Вот и помолчи лучше. Поможешь, или нет?
— Зачем тебе столько? Только не говори, что тот ненормальный шаман, такую плату за услуги запросил. — Выдохнул возмущением Сергей.
— Шаман все сделал бесплатно. Он, конечно, дед странный, но путь к Насте нашел. Необычный правда путь, поверить трудно, ну а деньги мне на рубины нужны. Камешки купить хочу. — Пояснил Гвоздев.
— Это-то тебе зачем? Чем рубины в поисках Насти помочь могут? Ты что, бредишь с перепоя что ли? Или я чего-то не знаю? — Даже в дали от друга, Максим словно увидел, как у Сереги выкатились из орбит удивленно-возмущенные глаза.
— Не по телефону. Приеду, все расскажу, при встрече... Ну так что? Поможешь с продажей, или самому заниматься? — Гвоздев не сдержался и улыбнулся в трубку.
— Что с тобой болезным делать. Помогу, конечно. Вот только быстро, и в то же время дорого, продать не получится. — Вздохнул друг. — Не нравится мне твоя спешка. Может подумаешь?
— Плевать. Мне на рубины, и того, что выручишь с продажи хватит. Сейчас я к тебе подъеду, и все обсудим. Я скоро, домой только за документами заскочу. — Максим выключил телефон.
Серега парень пробивной, и у него все получится быстро, и наиболее выгодно. Побухтит немного, повозмущается, но машину продаст. Талант у него к торговле. Ему, в свое время, надо было не в военное училище поступать, а куда-нибудь в институт, где финансами распоряжаться обучают. Вот только не было бы тогда у Гвоздя друга, который бы его двое суток раненного, по лесам тащил, да и самого Максима не было бы уже.
***
Каменная река, и летом-то не подходит для пеших прогулок по серым камням, а уж зимой, только больной на голову человек, рискнет попрыгать по обледенелым, покрытым снегом валунам. Но Максиму отступать было некуда, надо идти. Хорошо хоть объяснять никому ничего не понадобилось, ни посетителей, ни дремлющего, то-ли спасателя, то-ли любопытного вахтера в будке у перехода через каменную реку, в национальном парке Таганай, не было, не сезон для посетителей. Если только какой особо любознательный турист забежит фотографии необычные пощелкать, но и того сейчас нет. Повезло, никто не мешает.
Сергей довез его до заснеженной вывески, кричащей:
«Куда б не завели меня дороги,
Пусть в самый на земле далекий край.
Я все равно вернусь в твои чертоги,
Мой сказочный, былинный Таганай».
— Да уж. Зловеще в нашем случае звучит. — Нахмурился Серега. — Может одумаешься?
— Нет. — Максим упрямо сжал губы. — Я должен Настю найти. Она моя жена, и я ее не брошу. — Он неожиданно улыбнулся. — А звучит не зловеще, а ободряюще. Читай: «Вернусь». — Так что все хорошо будет.
— С тобой пойду. — Решительно заявил друг, и то, что он это сделает, не вызывало ни малейшего сомнения.
— Нет. — Мотнул головой Гвоздев. — Я должен это сделать сам.
Как не пытался настойчиво проводить до места, или вообще вместе нырнуть в мир Полоза (если вообще, весь этот мир, не развод сбрендившего старика), Сергей, но Максим настоял на своем.
Он должен быть один, и иметь при себе только нож, флягу с водой, и рубин. Он и так переживал, что драгоценных камней у него перебор, лишних шесть штук, в мешочке, на веревочке на шее висит, вдруг это противоречит правилам, и его не пустят, а уж провожатый тем более лишний, да и рисковать ради себя другом, он ни за что не стал бы.
Максим аккуратно перепрыгивал с одного валуна на другой, сохраняя шаткое равновесие, и едва не соскальзывая в расщелины меж камней, перемещался все выше, и выше по склону, мечтая в душе только об одном, не переломать рук и ног, что было вполне возможно, и не замерзнуть тут, по пути неизвестно куда. Искать его никто не будет, ведь никто не знает кроме друга, а тот будет уверен, что у Гвоздя все получилось, и он уже ищет свою пропавшую жену.
Максим не знал, где находится это проклятое место перехода. Как рассмотреть, в покрытых снегом камнях, нужный ему, черный, когда все они одеты в белые шляпы сугробов? Попробуй, рассмотри. Оставалось надеется только на чудо. Он поднимался все выше, и выше, сгребая руками с камней снег, пытаясь рассмотреть цвет, и ругался про себя, каждый раз при неудаче, вспоминая все нецензурные выражения, которые знал.
— Какого дьявола, ты позвал меня в гости, когда я не могу найти ведущих к тебе дверей. Пиявка ты болотная, а не Полоз. — Выругался наконец в слух уставший Максим, и сел на один из выпирающих особенно сильно валунов. — Может и прав Серега, и все это только бред сумасшедшего старика, а я как придурок поверил. Еще и машину продал. Рубины купил. Точно дурак. — Он вздохнул, и автоматически смахнул под ногами снег с камня, на котором сидел. — Черный! — Гвоздев возбужденно подпрыгнул, едва не свалившись в расщелину между другими валунами. — Нашел! — Он суетливо вытащил из-за пазухи мешочек, развязал, и достал самый большой рубин.
Все, назад хода больше нет. Он или сгинет где-то там, в неизвестности, или вернет домой жену, свою Настеньку.
— По приглашению владыки, добровольно, требую проводить в мир его. Плату принес рубиновую, ей и поклон бью за переправу. — Прокричал Максим в черную поверхность, остервенело стуча по ней драгоценностью.
Он и сам не понял, что произошло. Вот только, что стоял на камне, и вот уже намокшая одежда, тянет его куда-то в пучину темного, мутного омута. Тело обжигает холодом ледяной воды, которая пытается влезть в сдавленное удушьем горло, ворваться в разрывающиеся легкие.
Не так просто скинуть с себя мгновенно намокшую куртку, гирей тянущую вниз, и не запаниковать при этом, не забиться в истерике, хлебнув, радующейся скорой жертве темной воды. Путешествие рисковало закончится так и не начавшись, утопив главного героя.
Но Гвоздь прошел через такое, в своей недолгой жизни, что заставить его не думать, и поддаться панике, даже в трудной ситуации невозможно. Несмотря на удушье, он неторопливо расстегнул молнию, проверил на поясе в ножнах взятый с собой охотничий нож, потрогал мешочек на шее, скинул прилипающую к телу куртку, и двумя быстрыми гребками поднялся на поверхность.
Серый полусумрак вокруг. Темная, практически черная вода. Неторопливо течет подземная река, по тоннелю вдоль отвесных, гранитных скал,
