— Тебе нужны деньги, тебе нужны деньги, не развалишься, Вера, — успокаивающе бормотала себе под нос, борясь с раздражением.
Пока стояла у бара, ожидая напиток, меня несколько раз толкнули, будто не замечая. Естественно, никто и не подумал извиниться. Конечно! Кто эти хозяева жизни, а кто я? Правильно — никто. Букашка, которую можно раздавить и не заметить.
Получив наконец виски, понесла поднос обратно. Бородатый осушил стакан одним глотком и нагло велел:
— Повтори.
Я тихо кипела. Он что, сразу не мог сказать?
Примерно час прошел в суете. Я уже сбилась со счета, сколько раз сбегала до бара и обратно. Хорошо хоть Миша взял на себя общение с этими двумя. Хотя общение сводилось лишь к щелчку пальцев, после которого Миша менял тарелки, и я приносила выпивку. А эти двое пили и даже не пьянели. Из разговора за столом поняла, что громилу в татуировках называют Горой, а бородатого — Барсом.
«Еще и клички уголовные!» — мысленно фыркнула я, отметив, что бородатому прозвище очень подходит. Он действительно напоминал дикого кота, особенно глазами — с прищуром и хищной ноткой.
Стоя позади него, не могла удержаться, чтобы не рассматривать его движения, не следить за повадками. Курили прямо в зале, и я завороженно наблюдала за тем, как он, прищуриваясь, затягивается и выпускает кольца дыма.
Подавая очередной напиток, прислушалась к разговору:
— Саяр приехал, — сказал Гора.
— Ну пошли, встретим, что ли, блудного сына, — протянул бородатый, вставая.
Они ушли, а ко мне подошел Миша.
— Ну что, пока вроде все неплохо. Пить они, конечно, горазды! И ни в одном глазу, заметь! — восхитился он. — Слушай, Вер, скоро устрицы подавать будут. Умеешь их открывать?
— Вот черт! Нет! А надо?
— Вообще надо, но ладно, возьму на себя. А ты тогда все остальное. Скоро еще должны за наш стол подтянуться.
— Договорились.
Я собрала грязные тарелки и направилась в помещение, где мыли посуду. Неожиданно где-то снаружи раздались крики, шум бьющейся посуды и мат. Многие повскакивали со своих мест и потянулись к выходу, привлеченные криками.
«Только бы никого не убили», — подумала я и тут меня кто-то толкнул. Я растянулась на полу, тарелки и поднос грохнулись кучей около моего лица.
— Вот черт!
Присев, я принялась собирать обломки, молясь, чтобы управляющая унеслась на тот, другой шум, но моя удачливость так далеко не распространялась.
— Вера! — услышала шипение управляющей сверху и мысленно застонала. — Это что такое?
— Меня толкнули, — пробормотала я, поднимаясь. Осколки на подносе теперь ничем не напоминали тарелки из далекой Англии.
— Безобразие! Мало того, что такая неловкая, так еще и виноватых ищешь! Позор! Штраф я вычту из твоей оплаты, — больно ткнув меня острым ногтем в спину, припечатала она. — И смотри у меня, чтоб больше ни одной оплошности, иначе вообще без денег останешься!
Стараясь не разреветься, я поспешно юркнула на кухню, где постаралась взять себя в руки. Ничего-ничего, Миша ведь говорил про чаевые. Просто буду улыбаться, и может быть кто-то из этих «бизнесменов» не поскупится на вознаграждение.
Пытаясь обрести спокойствие в этой мантре, я проглотила подступающие слезы и взяла чистые тарелки.
4. Талгат
Саяр приехал в компании охерительной красотки. Видно, что не элитная шлюха, а обычная красивая девка. Глаза большие. Наивные даже. Невольно засмотрелся, чем выбешивал Саяра.
— Как тебя земля носит? — спросил его.
— В смысле?
— Эгоист хуев! — сказал, показывая глазами на его спутницу. Саяр горделиво заулыбался, прижимая её к себе. Та опустила глаза, стесняясь всех и вся.
Гора тоже, походу, психовал, ожидая приезда своей соски. А я, как обычно, ждал только того, когда мне нальют бухло. Честно, был рад, что ни одной бабе никогда не удавалось меня окрутить. Чтоб я вот так же стоял, прижимая к себе с таким трепетом девку? Нет. Никогда такого не будет, это знаю точно! Я не создан для отношений, тем более таких, чтобы башню сносило от одного вида. Мне это и не надо. Хорошо было бы, чтобы она появлялась, когда мне надо, и исчезала, когда не нужна. Идеально. К тому же ещё одна безумная бывшая будет чересчур…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Усевшись за стол, подняли бокалы за встречу. Наша официантка крутила своим маленьким задом около меня, и я каждый раз клал на него свою пятерню. Заметил, что она пялится на меня, думая, что не вижу. Разглядывает. Изучает. Обычно не реагирую на прислугу, но тут взгляд невольно блуждал по ней в ответ. Вроде ничего особенного, но поймал себя на том, что интересно наблюдать за ней. Какая-то вся дёрганая, нервная. Смешная, одним словом.
Нравилась её реакция на мои подкаты. По глазам видно, что готова взорваться, но уверен, что на самом деле ей нравится. Странно то, что она заливается краской каждый раз. Не много ли о ней думаю? Осадил себя. По-любому, же такая же шлюха, как и все. Знаю этих баб. Надо ей присунуть, как найдётся время.
Когда Саяр спровадил свою соску, начали говорить о делах.
— Ты до сих пор занимаешься оружием? — спросил Саяр.
— Ясен хер. Зачем мне огромный автодром, если не для хранения и продажи стволов? — ответил ему.
— Действительно! — подтвердил Саяр. — Короче, на меня вышел один хер и предложил интересные пути сбыта. Хочешь в дело?
— Мне своих хватает, брат. На гонках неплохо берут, да и помимо этого… Могу подкинуть винтовки, которые никто не берёт. Может, у тебя получится их втюхать куда-то, — ответил ему.
— А хер ли ты мне не предложил? — встрял Гора. — Я тебе, бля, два часа просто так рассказывал, что моих ребят недавно подстрелили и теперь готовлю ответку для Терехова?!
Заржали, выпив еще раз за встречу. Скучал по этим бродягам.
— Для тебя у меня лучшие автоматы припасены. Эти винтовки оставь лохам, которых найдёт Саяр! — ответил, хохотнув.
— Заебись ты придумал, хули! — ответил тот, показывая мне фак. — А ты у меня закупись, Гора! У меня есть образцы сорок первого!
— Коммерсант хуев, смотри, как запел! — сказал ему.
Гора ржал на нас, заверив, что ему нужно большое количество, так что никого не обидит. Саяр поскакал за своей соской, боясь, видимо, что уведут. Не прошло и двух минут, как по крикам и ударам поняли, что началась драка.
Обожаю. Наконец-то какая-то движуха.
Саяр наебашил одному херу, который пристал к его бабе. Смотрю на Гору, а он тоже сам не свой стал. Проследив направление его взгляда, увидел ещё одну соску. Они че, бля, сговорились? Женишки! Нашли время любовь крутить! Хорошо, что хотя бы я сегодня не похож на влюблённого оленя.
Оценил и его бабу. Хороша. Тоже природная красота и видно, что с мозгами. Она начала хлопотать из-за драки. Типа она врач и всё такое. Пиздец. Надо почаще с ними видеться, если они теперь мастера таких девок искать.
Они пошли внутрь, а я остался перекурить. Звонил батя, сообщивший о большом заказе. Он частенько подкидывает неплохие варианты. Ему по должности положено заебатые связи иметь — депутат, одним словом. Вот его херам и сбагрю ушлёпские винтовки.
Разговаривая, прогуливался вдоль ресторана, дойдя до угла. Услышал чей-то звонкий, задорный смех, а потом торопливый разговор. Отметил, что смех был такой заразительный, что сразу выглянул из-за угла, чтоб посмотреть на источник шума. Там, в курилке для прислуги, стояла наша официантка. Она разговаривала с кем-то по телефону, озираясь на дверь. Убрал свою трубу от уха, вслушиваясь в её разговор. Официантка опять засмеялась, а я таращился на неё как идиот. За ней было интересно наблюдать. Хер знает почему. Мимика. Голос. Будто что-то знакомое, но потерянное.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Походу, она разговаривала с каким-то мужиком, ласково его называя, даже успокаивая. Вдруг, увидев кого-то в дверях, пулей забежала обратно. Затушил сигарету, вспоминая о своём разговоре.
— Ты меня слушаешь, ёпа мать?! — верещала труба.
— Не ори, бать. Да. Позже всё решим, — отключился, пока не начал покрывать меня отборным матом.
