Отчет не был закончен. Некоторая неясность мысли, отмеченная им при пробуждении, несколько его портила. Его воспоминания об этом сновидении отличались неточностью. Даже теперь, признавая, что некоторые детали этого сна отсутствовали в отчете, он не мог определить, какие именно. Из памяти выпали события, предшествовавшие обнаружению за занавесями человека в рясе. Необходимо было получше сосредоточиться. К нему вернулся его извечный скептицизм, и он начал методично исследовать содержимое ящиков стола. Вскоре он нетерпеливо прервал свое занятие.
— Какого дьявола, что, достойное того, чтобы быть украденным, может прятать в своем столе бедный доктор, — сказал он громко. — В будущем мне лучше не есть на ночь холодного лосося и огурцов.
Он перестал думать о ночном происшествии и занялся своей научной работой. В дверь постучали.
— Войдите, — сказал Стюарт раздраженно и в следующее мгновение живо посмотрел на вошедшего слугу.
— Пришел инспектор Данбар, сэр.
— Хорошо, — сказал Стюарт, подавив еще один вздох. — Проводите его сюда.
Вскоре вошел человек огромного роста, сухощавый, с квадратной фигурой и прямоугольным лицом. Одет он был небрежно, а его седые волосы — взлохмачены. Его жесткий рот был едва прикрыт усами На его чеканном лице выделялись темно-желтые, как у льва, глаза, которые могли быть яростными, задумчивыми, а часто и доброжелательными.
— Добрый вечер, доктор, — сказал он. У него был приятный, неожиданно мягкий голос — Надеюсь, что я не помешал.
— Ну что вы, инспектор, — заверил его Стюарт — Пожалуйста, располагайтесь в кресле поудобнее и набейте себе трубку.
— Благодарю, — сказал Данбар. — Я так и сделаю. — Он достал трубку и протянул руку к табакерке. — Я пришел к вам, чтобы узнать не могли бы вы нас проконсультировать.
— Что-нибудь по моей специальности? — спросил Стюарт, и мгновенно его взгляд приобрел профессиональную сосредоточенность.
— Полагают, что мы имеем дело с отравлением, хотя этот случай мне и непонятен, — ответил детектив, которому превосходная осведомленность Кеппела Стюарта о ядах уже помогла в прошлом. — Но даже если это и не так, то все равно — это очень важный случай.
Отложив наполненную табаком, но не зажженную трубку, инспектор Данбар достал из внутреннего кармана своего твидового пальто туго набитый бумажник и извлек из него небольшой предмет, завернутый в папиросную бумагу. Развернув бумагу, он положил предмет на стол.
— Доктор, скажите мне, что это такое, — попросил он, — и я буду вам очень признателен.
Стюарт склонился к предмету, лежавшему перед ним, чтобы получше его рассмотреть. Это была золотая вещица замысловатой формы с искусной гравировкой, сделанной каким-то необыкновенным способом. Она была меньше дюйма длиной и состояла из шести овальных сегментов, соединенных один с другим так, что они образовывали полумесяц, шестой сегмент заканчивался спиралью с острием на конце Первый и самый большой сегмент имел неровный край, очевидно, в этом месте украшение было разорвано, если, конечно, этот предмет составлял часть украшения Стюарт поднял глаза и нахмурился, размышляя.
— Это — часть очень странного украшения, возможно, изготовленного в Индии, — сказал он.
Инспектор Данбар прикурил трубку и бросил спичку в огонь.
— Но что оно из себя представляет? — спросил он.
— О, я не случайно сказал, что это — часть странного украшения, потому что я не могу себе представить, чтобы какая-нибудь женщина надела такую ужасную вещь. Это — хвост скорпиона.
— А! — воскликнул Данбар, и в его желтых глазах промелькнуло волнение. — Хвост скорпиона! Я так и думал! А Сауэрби полагал, что это — шип кактуса или опунции!
— Не такое уж плохое предположение, — ответил Стюарт. — Имеется некоторое сходство — не в размерах, конечно, в которых они встречаются в природе, но в форме, особенно в том уменьшенном виде, в каком эта часть сделана. Однако он не прав. Могу я спросить, откуда у вас эта вещь?
— Доктор, должен вам сказать, что теперь, когда я знаю, что это — хвост скорпиона, то я знаю также и то, что это дело недоступно моему пониманию. Вы путешествовали по Востоку и жили там, это две очень важные вещи. Когда вы были в Индии, Китае, Бирме и в других странах Востока, случайно не слышали о религии или о культе, почитающих скорпионов?
Стюарт глубокомысленно нахмурил брови и потер подбородок мундштуком своей трубки. Данбар не спускал с него глаз.
— Угощайтесь виски с содовой, инспектор, — сказал Стюарт рассеянно. — Вы все найдете на столике для закусок, вон там.
Инспектор Данбар кивнул, поднялся, пересек комнату и взял в руки графин и сифон. Затем он вернулся с двумя полными бокалами и поставил один из них перед Стюартом.
— Что вы скажете, доктор? — спросил он.
— Мне нечего ответить. Я не знаком с какой-либо сектой, почитающей скорпиона, инспектор. Но однажды, в Китае, в Су-Чау, со мной случилось странное происшествие, которое я никогда не был способен объяснить, но которое может вас заинтересовать. Как-то раз, когда до заката солнца оставалось несколько минут, я торопился попасть домой до наступления сумерек. И поэтому я поторапливал своего боя, тянувшего рикшу. Я велел ему переехать через канал по мосту Ву-Мен. Он быстро побежал в этом направлении, и мы как раз находились на подъеме, ведущем к мосту, когда внезапно бой опустил оглобли, упал на колени и закрыл лицо руками. «Господин, закройте крепко глаза! — прошептал он. — Скорпион идет!»
Я изумленно уставился на боя, что было вполне естественно, не на шутку рассердившись за его неожиданный поступок: я едва не вывалился из коляски головой вперед. Но он припал к земле и замер; я поднял глаза на дорогу и увидел, что на ней никого нет, за исключением странной фигуры человека, который в этот момент проходил под сводами моста, направляясь в нашу сторону. Это был человек высокого роста, с величавой поступью, китаец, а возможно, и нет, но одетый в китайскую одежду. Во внешности незнакомца была одна чрезвычайно необычная особенность: он был закутан в плотное зеленое покрывало!
— Скрывавшее лицо?
— Да, оно совершенно скрывало его лицо. Я изумленно уставился на него, и бой, кажется, угадав, что незнакомец приблизился, прошептал: «Отвернитесь! Отвернитесь!»
— Он имел в виду человека с покрывалом?
— Несомненно. Конечно, я не стал этого делать, но было совершенно невозможно различить черты лица незнакомца за материей, хотя он прошел близко от меня. Он не успел отойти от нас и на три шага, а бой уже схватил оглобли и устремился через мост с такой скоростью, словно за ним черти гнались! Однако была в его поведении одна странность: мне никогда впоследствии не удавалось склонить его к разговору об этом происшествии! Я запугивал его и предлагал деньги, но все было бесполезно. И несмотря на то, что я, должно быть, спросил более чем у сотни китайцев, от мандаринов до нищих, что из себя представляет этот «Скорпион», но все без исключения выглядели непонимающими и вежливо заверяли меня в том, что они ничего об этом не знают.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
