— Очень хорошо, — ответил Стюарт. — Гравировка очень мелкая, я взгляну на нее позднее через увеличительное стекло.
Он взял вещицу у Данбара, который снова ее развернул, открыл ящик письменного стола, в котором он хранил свою чековую книжку и несколько драгоценностей, положил туда это странное золотое изделие и запер ящик.
— Я провожу вас до стоянки такси, — сказал он, поймав себя на том, что чем-то встревожен. Затем они оба вышли из кабинета; по пути Стюарт потушил свет.
Не прошло и двух минут после их ухода, как перед домом остановилась машина, и миссис Мак-Грегор ввела в комнату, недавно покинутую Стюартом и Данбаром, молодую леди и включила свет.
— Доктор только что вышел, мадемуазель Дориан, — сказала она холодно. — Я очень сожалею, что вам не везет. Но я полагаю, он через несколько минут вернется.
Девушка, к которой обратилась проницательная старая шотландка, по ее мнению, принадлежала к тому типу женщин, от которых могут быть только одни неприятности. Это была стройная восточная красавица, которая переняла элегантность Запада. Черты ее лица напоминали европейские, но в то же время в них чувствовалось что-то восточное. У нее были продолговатые миндалевидные глаза египтянки, свои волосы она носила в свободной живописной манере, что напоминало прически, принятые в гареме. Когда на волны ее пушистых волос падал свет, то они светились бледно-желтоватым цветом.
Она носила плащ из пурпурного вельвета с воротником из песца, крепившимся на золотых шнурках. Под плащом на ней было надето двухцветное платье, сшитое из белой и золотистой ткани и отличавшееся классической простотой линий. На поясе оно было стянуто затейливым восточным пояском. Белые чулки и бледно-золотистые туфли демонстрировали наилучшим образом ее очаровательные маленькие ножки и стройные щиколотки. При себе она имела сумочку индийской работы, вышитую бисером. Мадемуазель Дориан выглядела так, что была способна разжечь воображение любого мужчины и навсегда запечатлеться в его памяти.
В поведении миссис Мак-Грегор, когда она провожала гостью к креслу, чувствовалась некоторая напряженность.
— Вы очень любезны, — сказала посетительница после недолгого колебания. При этом в ее голосе можно было уловить очаровательный, едва заметный акцент, отличавшийся музыкальностью. — Я подожду, если вы не возражаете.
— Кеппел, Кеппел, — пробормотала миссис Мак-Грегор, начиная орудовать кочергой в камине, — он, конечно, позволил пламени погаснуть! Пламя потухло? Нет… я вижу искорки!
Когда пламя начало разгораться, она поставила кочергу вертикально и с триумфом повернулась к мадемуазель Дориан, которая смотрела на нее с легкой улыбкой.
— Через несколько минут пламя разгорится, мадемуазель, — сказала она и направилась к двери.
Но девушка задержала ее, спросив:
— Не могу ли я поговорить недолго по телефону? Поскольку доктор Стюарт отсутствует, то я должна предупредить, что я задерживаюсь.
— Конечно, мадемуазель, — ответила миссис Мак-Грегор, — телефон в вашем распоряжении. Но я думаю, что доктор скоро вернется.
— Я очень вам благодарна!
Миссис Мак-Грегор направилась к выходу, не преминув напоследок взглянуть на элегантную фигуру в кресле. Мадемуазель Дориан сидела, уперев подбородок в руки, опиравшиеся локтями на ручки кресла, и пристально глядя на дым, поднимавшийся от красных угольков в камине. Дверь закрылась, и шаги удаляющейся по коридору миссис Мак-Грегор смолкли.
Мадемуазель Дориан соскочила с кресла и достала из сумочки несколько небольших ключей, соединенных кольцом. Крадучись, она пересекла комнату, все время внимательно прислушиваясь, и скинула свой плащ на спинку стула, который стоял перед письменным столом.
Бело-золотистое платье плотно облегло ее стройную фигуру, когда она склонилась над столом и попробовала три ключа, чтобы открыть замок ящика, в котором лежала чековая книжка Стюарта и куда он недавно положил фрагмент загадочного золотого украшения.
Третий ключ подошел, и мадемуазель Дориан открыла ящик. Она увидела сначала чековую книжку, рядом с которой лежала бухгалтерская книга, а затем вынула находившийся в глубине ящика конверт размером тринадцать на семнадцать дюймов, запечатанный красным воском, на котором рукой Стюарта был написан адрес:
Отделение потерянных вещей
Столичная полиция
Скотланд-Ярд
Она издала приглушенное восклицание, когда что-то блеснуло рядом с чековой книжкой, и с изумлением пристально посмотрела на неожиданно ею замеченное небольшое украшение. Она взяла его в руки, и в ее глазах мелькнул ужас. Мгновение она колебалась, затем положила эту золотую вещицу и большой конверт на стол и взялась за телефон. Не сводя глаз с закрытой двери кабинета, она назвала номер Ист 89512 и в ожидании, пока ее соединят, нервно прислушивалась. Внезапно она стала говорить низким голосом:
— Да!.. Говорит Мёска. Слушайте! Один из новых ключей подошел. Конверт у меня. Но в этом же ящике я нашла сегмент, оторванный от золотого скорпиона. — С каждым мгновением она волновалась все сильнее и сильнее. — Следует ли мне забрать конверт? Он очень большой. Я не знаю…
Откуда-то с улицы раздался низкий протяжный вой; если бы его услышал Стюарт, то он, конечно, его узнал бы: точно такой же он слышал прошлой ночью и как раз о нем забыл упомянуть в отчете.
— А! — прошептала девушка. — Я слышу сигнал! Доктор возвращается. — Она испуганно прислушалась к словам своего собеседника. — Да, да!
Не спуская глаз с двери, она положила трубку, взяла большой конверт в руки, на мгновение замерла, когда ей послышался звук приближающихся шагов. Нервничая, она попыталась засунуть конверт в свою маленькую сумочку, но если бы она сложила его в несколько раз, то он бы распирал сумочку, что привлекло бы внимание. Она подбежала к камину и бросила конверт на тлеющие угли; при этом стоявшая вертикально кочерга со звоном упала на кафельную плиту.
Она стремительно вернулась к столу, взяла украшение и собиралась убрать его в открытый ящик, когда дверь кабинета резко открылась и вошел Стюарт.
ГЛАВА V
ЗАПЕЧАТАННЫЙ КОНВЕРТ
— Мадемуазель Дориан! — радостно воскликнул Стюарт, устремляясь к ней и уже на ходу протягивая ей руку. Она стояла не двигаясь, опираясь спиной о стол, и глядела на него. Внезапно он заметил открытый ящик. Он остановился. Выражение его лица изменилось; теперь на нем читались изумление и гнев. Когда он оказался напротив нее, тонкие пальцы девушки конвульсивно схватились за край стола.
— Я не слишком рано вернулся, мадемуазель Дориан? — сказал он с горечью.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
