всеми его проявлениями остался где-то в стороне, далеко, снаружи, а здесь, в этой комнатке, есть только Инна, Сергей, две чашки с горячим чаем, вазочка с печеньем и еще – старый магнитофон, из которого негромко, умиротворяюще и нежно звучит удивительная музыка. С первого же посещения жилища Инны Сергею неожиданно подумалось, что именно этого маленького, теплого мирка, в котором лишь два обитателя – он сам и Инна – ему в его жизни и не хватало. Вот так – не больше и не меньше. И вот сейчас он обрел этот мир, он – полноправный его обитатель.
Они пробыли в этом мирке целый день, пили чай, слушали музыку, а еще – говорили. О чем был их разговор? Какая разница – о чем? Когда двум людям вместе хорошо, когда они любят друг друга, то любое сказанное ими слово приобретает воистину многогранный и глубокий смысл. В любви, если это и впрямь настоящая любовь, напрасных слов нет и быть не может.
Когда стало вечереть, Инна сказала Сергею:
– Тебе надо идти.
– Да, надо, – вздохнул Сергей.
У него и в мыслях не было сказать что-нибудь иное – к примеру, напроситься на ночлег. И не потому, что он был такой уж высоконравственной личностью. Здесь дело было в другом – в самой Инне. Каким-то подспудным чутьем Сергей понимал, что таким девушкам, как Инна, подобных предложений делать нельзя, она такое предложение непременно отвергнет. А если отвергнет, то на этом их отношения и закончатся. Сергей не хотел, чтобы их отношения заканчивались. Он понимал, что если они закончатся, то он потеряет что-то очень важное для себя, что-то такое, чего, может быть, в его жизни больше никогда не случится. И это будет очень страшная для него потеря.
– Когда мы еще встретимся? – спросил он.
– Давай обменяемся номерами телефонов, – ответила она. – Созвонимся. И тогда я скажу тебе точнее, когда мы сможем встретиться. Ты не понимаешь? Вижу, ты меня не понимаешь… Не думай обо мне ничего плохого. У меня никогда не бывает гостей. Кроме тебя… Но… Иногда мне просто надо побыть одной. Чтобы никого-никого рядом не было. Даже тебя. Это никакой не эгоизм и не каприз с моей стороны, просто так надо. Потом ты все поймешь… Звони мне. И я тебе скажу, хочу ли тебя видеть. Вернее, смогу ли. Если не смогу – не обижайся. Если нет, то мы просто будем говорить с тобой по телефону. Говорить долго и обо всем… Ты хочешь говорить со мной по телефону?
– Да, хочу, – ответил Сергей. – И по телефону, и глядя тебе в глаза. Очень-очень часто. Каждый день.
– Спасибо тебе, – сказала Инна. – И очень тебя прошу, не обижайся на мои слова. И не ищи в них какого-то потаенного смысла.
– Ты – интроверт? – спросил Сергей. Он когда-то где-то слышал это слово, и вот сейчас оно ему вспомнилось.
– Можно сказать и так, – усмехнулась Инна. Она подошла к Сергею совсем близко, поцеловала его в щеку и сказала: – А теперь иди. И обязательно звони мне. А я – буду звонить тебе.
…Они созванивались, встречались, опять созванивались и опять встречались. Когда случалась хорошая погода, гуляли по городу, заходили в кафе, изредка выбирались за город. Если погода была плохая, встречи происходили в квартирке Инны. Это были нежные и целомудренные встречи, и надо сказать, что ничего иного Сергей и не желал. Инна нравилась ему такой, какой она была, – слегка отстраненной, часто – ушедшей в себя, в какой-то свой собственный, загадочный внутренний мир, а в какие-то особенные моменты – близкой, простой и притягательной в этой своей простоте. Сергею казалось, что он искренне любит Инну вместе с ее отстраненностью, загадочностью, притягательной простотой. От Инны исходило какое-то особенное тепло, и как же нравилось Сергею ощущать это тепло и греться в нем!
У них образовалось много общих тем. Инна, при всей ее отстраненности, была очень наблюдательным и тонко чувствующим человеком, она умела замечать и понимать такие жизненные моменты, о которых Сергей прежде и понятия не имел. И она рассказывала ему об этом. Сам же Сергей часто рассказывал Инне о математике, и он умел это делать увлекательно, доступно и образно, так что Инна также искренне поражалась: какой же, оказывается, это интересный и поразительный мир – математика. Были, конечно, у них и другие темы для разговоров. У людей, которые симпатичны друг другу, всегда найдутся общие темы и общие жизненные интересы.
Ближе к Новому году Сергей всерьез задумался о женитьбе на Инне. Ну, а почему бы и нет? Его учеба подходила к концу, оставалось чуть больше полугода. Дальше – дипломная защита, а потом – работа по специальности. Сергею как одному из самых талантливых студентов обещали место преподавателя в университете. И даже прозрачно намекали на то, что если он обзаведется семьей, то ему помогут и с жильем. Чем не житейская перспектива? Итак, он будет преподавателем престижного учебного заведения, в дальнейшем, вполне возможно, защитит диссертацию, с крышей над головой проблем не будет, а главное – рядом будет удивительная, непостижимая и при этом такая притягательная женщина – Инна. Инна – его жена. И ничего другого ему в жизни и не надо. Тем более – разве может быть еще что-нибудь для счастья? Любимая работа, любимая женщина рядом – это ли не полнота жизни? Все будет хорошо, все будет понятно, все будет так до самого окончания жизни.
Новый год они встречали вдвоем – в квартирке Инны. Тогда-то Сергей и предложил Инне выйти за него замуж.
– Я согласна, – просто ответила она.
Сергей на миг даже растерялся от такой простоты. Отчего-то ему казалось, что Инна не согласится, а если и согласится, то выдвинет целый перечень каких-то непостижимых условий и требований. Но – ничего такого не случилось, были лишь два простых и естественных слова в знак согласия. Потому что и сама Инна была простой и естественной.
– Вот и хорошо, – сказал он. – Тогда послушай, что я тебе скажу…
И он рассказал ей о своих ближайших жизненных перспективах и, следовательно, об их будущей семейной жизни. И о том, что скоро он заканчивает учебу, и о том, что ему предлагают престижное место преподавателя в университете, и о жилище, которое ему также обещают. Все это Инна выслушала со спокойным вниманием.
– Я знала, что это случится, – сказала она, когда Сергей умолк. – Я это чувствовала. Хорошо… Мы будем жить в любви и согласии, правда же?
– Конечно, – убежденно ответил Сергей. – Вот
