Наконец, очень важна широкая инвестиционная база, избыток капитала, чтобы не было смысла идти за ним за рубеж.
«Лучшее средство для деофшоризации — настройка экономики на рост, резкое расширение налоговых стимулов, ориентированных на инвестиции, модернизацию, длинные деньги; снижение регулятивной нагрузки и связанных с ней рисков внутри России, рост финансовой глубины экономики. Массовый импорт технологий на основе нового контракта с Западом. Все остальное — просто инструменты, которые могут либо косметически подправить картину, либо лишь подтолкнут к выводу капитала и активов», — констатирует Яков Миркин.
Карта
Классификация офшоров по прозрачности по версии российского ЦБ
О русском цирке в Давосе
Александр Привалов
Александр Привалов
Основным блюдом для пленарного заседания Всемирного экономического форума, на котором обсуждались «развитие России и её роль в мировой экономике», стал доклад «Сценарии для России», приготовленный Международным экспертным советом ВЭФ во главе с экс-министром Кудриным. В докладе описываются три возможных для нашей родины пути, один другого хуже. Дело привычное: разного рода международные группы поставляют нам доклады и сценарии третью декаду — и всякий читатель газет (то есть, как сказано в памятном стихотворении, глотатель пустот) уже и сам без труда сымпровизирует синопсис такого доклада. Известно же наизусть, что в нём должно быть: Россия сегодня стоит на важнейшем в своей истории перепутье; проведение радикальных реформ непростительно откладывается; надо работать над институтами и улучшать инвестиционный климат (или наоборот). Иногда в изготовленных по такому рецепту текстах бывало чуть больше отношения к реальности, иногда чуть меньше, но такого лихого экземпляра, как нынче, и не упомнишь.
На этот раз Кудрин — не один, понятно, а во главе «350 топ-менеджеров, чиновников и исследователей» — сообщил миру, что России так и так кранты. Если упадут цены на энергоносители, нам будет скверно общеизвестным образом, а если не упадут, нам будет скверно образом, доселе нами не испытанным: доходы населения будут расти, а его удовлетворённость жизнью — ужасно падать. Давно я не видел Кудрина таким счастливым, как в нынешних репортажах из Давоса. Ещё бы: он в присутствии отборной публики успешно провёл спектакль, из которого как дважды два следует острая необходимость не только неуменьшения, но даже увеличения доз кудринщины в российской политике — причём не только экономической. Что подавляющая часть участников Давосского форума привычно проголосовала за радикализацию институциональных реформ как наилучший выход для России, не удивительно. Удивительно, что для т. н. либеральных чиновников и экспертов всё никак не наступит этап, который Бендер предсказывал Балаганову как неизбежный: «Дальше ваши рыжие кудри примелькаются, и вас начнут просто бить». Сколько ещё десятилетий они собираются чуть не одними и теми же словами рассказывать нам, что вся суть в необходимости радикальных преобразований, которые они — и только они — готовы совершить? Ведь все три разнообразно скверных варианта развития России, представленные в Давосе, едины в очень важном обстоятельстве: все они предполагают, что единомышленники Кудрина остаются во власти. Что предрешено продолжение «либеральной» экономполитики — пусть и не настолько либеральной, как им самим бы хотелось. Что они так и будут в одном и том же спиче, одним и тем же ртом, не меняя интонации, говорить и что структура экономики совершенно неудовлетворительна — и что экономика получает денег ровно столько, сколько нужно при её структуре. Так может быть, варианты без них у руля получились бы не такими мрачными?
Положение отечественной экономики действительно нерадостное. И темпы роста недостаточны, и структура всё более тяжёлая, и так далее, и так далее — всем всё известно. Насколько поменяли бы ситуацию ускоренные институциональные реформы, вопрос сложный (хотя бы потому, что эти сладкие звуки могут иметь очень разные смыслы), но нескончаемые разговоры о них вместо реальных дел уже сослужили для страны сквернейшую службу. Вот только что «Эксперт» напечатал статью о проблемах одной выдающейся компании. Так там её президент как бы между прочим выдал прекрасную формулу: «У западных игроков есть естественное преимущество — дешёвые деньги». Многолетние нескончаемые мантры — докудринские, кудринские и послекудринские — втемяшили даже самым разумным людям в голову, что немыслимая дороговизна денег в России есть дело естественное . Институты — штука замечательная, но сколько и каких нужно реорганизовать институтов, чтобы забылась эта бредовая максима? И кстати — как их реорганизовывать? Как — если всерьёз, а не для доклада в Давосе, говорить, например, о независимости судов — добиваться этой самой независимости без роста реальной независимости субъектов права? и как юрлицам становиться всё более независимыми, если у них хронически, до запечатления в стереотипах, нет денег ? Я понимаю, что деньги тут далеко не достаточное условие, но необходимое же!
«Ведомости» рассказывают примечательный анекдот. Академик Глазьев подал Путину записку, где, в частности, указал на такой риск: «В условиях наращивания эмиссии мировых валют возникает угроза поглощения российских активов иностранным капиталом». Мол, денежные власти ведущих держав рефинансируют свои банки под отрицательные процентные ставки в реальном выражении; эмитированные за последние два года триллионы направляются на кредитование долговых пирамид и используются для скупки реальных активов по всему миру. Иностранных заемщиков банки загоняют в долговые ловушки, по Глазьеву, «с целью последующего присвоения реальных активов и принуждения к политическому подчинению». Так вот, когда корреспондент пересказал это «высокопоставленному федеральному чиновнику», тот растерялся : «Это какое-то недоразумение. Вы же пошутили?» Газете кажется очевидным, что смешон в этом анекдоте замшелый и посконный Глазьев. Растерявшийся чиновник им не смешон.
Хотя, пожалуй, они правы: ни в нём, ни в его высокопоставленности уже нет ничего смешного . Как нет ничего смешного в повторённом в Давосе обещании ускорить продажу госпакетов акций крупных компаний (во всех отношениях реальных ) единственно потому, что это «либерально» и, надо думать, институционально. Зачем вам ещё десяток миллиардов? Вы и имеющиеся не знаете куда девать — продолжаете скупать всё более весёлые американские фантики. Кудринцы любят подавать дело так, что альтернативой им станет безумное транжирство и чуть не гиперинфляция. Это ложь: альтернативой одному безумию является не другое безумие, а здравый смысл. Именно к нему надо сделать хотя бы первый шаг: перестать разыгрывать Плюшкина, когда соседи по планете разворачивают гонку печатных станков.
Рассвета не ждите
Иван Рубанов
«Газпром» терпит поражение в европейских судах: один из них недавно отказался взыскивать с потребителя штрафы за недобор газа. И ситуация будет только ухудшаться
Фото: ИТАР-ТАСС
«Тучи над городом встали, в воздухе пахнет грозой» — так шесть лет назад начал свое выступление перед европейскими коллегами глава «Газпромэкспорта» Александр Медведев . Представители газовой индустрии и еврочиновники, заполнившие зал на энергетической конференции в Берлине, где побывал автор, песни Арманда, конечно, не знали. Однако напряженность, возникшая в диалоге европейцев и «Газпрома», тогда стала очевидна всем. Песня, кстати, посвящена революционному бойцу Шадрину, который защищал родную страну от наступавших немцев. Для Александра Медведева, судя по выступлению, агрессорами стали еврочиновники, а их злобной армией — законодательные инициативы, нацеленные на либерализацию европейского рынка энергоносителей, в частности на ликвидацию практики долгосрочных контрактов, которой придерживается «Газпром». Эти предчувствия оказались верными. Все последние пять лет тучи над компанией только сгущались, а в последнее время стали шарахать и молнии. Одна из них угодила в «Газпром» неделю назад.
Поруганный договор
Европейские суды предвзято относятся к «Газпрому» и выносят нелогичные решения — таков смысл обнародованных на днях официальных заявлений компании. Причиной возмущения российского монополиста стало решение Торгового суда Вены по спору с работающей в Чехии газораспределительной компанией RWE Transgas. Это один из крупных контрагентов «Газпрома», который ежегодно должен закупать порядка 9 млрд кубометров российского газа на 3–4 млрд долларов.
