Исходящая от Дэвида мощь обволакивала ее. Она чувствовала его сильные пальцы на своем подбородке. Большой палец коснулся ее скулы, и Кристиана затрепетала.
– Если он придет за вами до свадьбы, я отступлюсь, – пообещал он. – Но насколько я знаю мужчин, думаю, он вряд ли появится, хотя из-за вас, безусловно, стоило бы рискнуть.
– Вы не знаете его.
– Согласен. И я не так стар, чтобы меня нельзя было удивить. – Он улыбнулся, разглядывая ее с высоты своего роста. Это была первая искренняя улыбка за весь вечер. Замечательная, кстати, улыбка. Он убрал руку, а ее кожа продолжала пылать там, где он касался ее.
Она встала.
– Я должна идти. Мой провожатый слишком долго ждет меня.
Он дошел с ней до двери.
– Я навещу вас через несколько дней.
Кристиана пребывала в полной растерянности. Он вынуждал ее согласиться с этим фарсом, и это ужасно осложняло положение.
– Прошу вас, не нужно. В этом нет смысла. Он повернулся и посмотрел на нее.
– Как пожелаете.
Как только они вышли из дома, она увидела стоящего в тени Томаса и бросилась к нему, затем оглянулась на Дэвида, оставшегося на пороге.
Томас повел ее к воротам.
– Ваш визит был успешен?
– Да, – солгала она. Томас ничего не знал о помолвке. Она еще не была официально объявлена, и прежде Кристиана надеялась, что после встречи с Дэвидом де Абиндоном вопрос решится сам собой. Но упрямство Дэвида перепутало все ее планы. Ей придется найти иной способ помешать этому браку.
Дэвид не сводил с нее глаз, когда она пересекала двор. Да, знатное происхождение сказывалось и в ее манере держаться, и в грациозной походке. Время словно остановилось для него, и происходящее казалось сном. В его душе наступила причудливая тишина. В этом только ему одному доступном мире он наблюдал за событиями отстраненно, как бы со стороны.
Несколько раз в жизни он испытывал подобное ощущение и сейчас был потрясен тем, что вновь переживает его. Он не пытался поставить под сомнение важность момента. Наступившую тишину он воспринимал как беззвучные шаги фортуны, поворачивающей свое капризное колесо и меняющей его жизнь непредсказуемым для него образом. В отличие от большинства мужчин он не боялся свидетельств своенравия судьбы, потому что до сих пор был одним из ее любимых чад.
Кристиана Фицуорин из Харклоу. Пещеры Харклоу. В этом совпадении было нечто интригующее.
Ворота за ней закрылись, и время снова возобновило свой бег. Дэвид стал размышлять о визите девушки и его последствиях для него.
Теперь понятно желание короля скрыть факт покупки Дэвидом той чрезвычайно выгодной торговой лицензии. Если об этом станет известно, другие купцы будут завидовать ему. Он сам предложил несколько способов утаить договоренность. Но речь шла об огромных суммах, и король, отчаянно нуждавшийся в средствах для войны с французами, хотел получить все деньги сразу. Решение отдать ему в жены девушку благородного происхождения и выдать полученную сумму за брачный выкуп тоже казалось весьма странным. К тому же девушка может не подойти ему.
Перед его мысленным взором предстало прелестное лицо Кристианы, ее черные волосы и белоснежная кожа. Ее темные глаза сверкали, как черные бриллианты. Она не была слишком хрупкой, но ее изящество создавало иллюзию хрупкости. Когда он сегодня увидел ее в неярком свете камина, у него перехватило дыхание. Так всегда бывало, если его взору открывалось нечто исключительно прекрасное.
Ее визит повлек за собой непредвиденные осложнения, но одно было теперь для него совершенно ясно. Кристиана Фицуорин удовлетворяла его по всем статьям.
Он был поражен, когда для закрепления этой сделки король выбрал ему в жены дочь Хью Фицуорина, – слишком отличались они по своему положению. Даже огромная сумма, которую он якобы выплатит в качестве выкупа за невесту, не устранит этого социального неравенства.
Король отмел все его возражения. «Мы пустим слух, что ты увидел ее, возжелал и выложил целое состояние, чтобы обладать ею». Что ж, теперь он знал, почему король остановил свой выбор на Кристиане. Замужество мгновенно погасит искры скандала вокруг нее и ее возлюбленного.
Хорошо, что он узнал правду. Ему не нравилось быть пешкой в игре других. Обычно он сам переставлял фигуры.
Он прошел через двор к Сиэгу.
– Все в порядке? – спросил швед.
– Это были не они.
– Ах ты, черт возьми! Дэвид засмеялся.
– Иди спать. Вряд ли они придут сегодня.
– Надеюсь, что нет. Этой ночью и так посетителей больше, чем днем. – Сиэг помолчал. – А что насчет стража леди Алисии?
Дэвид посмотрел в конец здания, где в окне виднелось колеблющееся пламя свечи.
– Он знает, где ему быть. Я приведу ее позже. – Он собрался уходить, но остановился. – Сиэг, завтра ты должен узнать для меня имя одного человека. Он рыцарь, и его семья с севера. Влиятельная семья.
– Не густо. Есть десятки…
– Он недавно покинул Вестминстер. Вчера или чуть раньше.
– Ну, это уже легче.
– Мне нужно его имя, Сиэг. И все, что сможешь узнать о нем.
Глава 2
Кристиана провела мучительную ночь, отчаянно пытаясь найти выход из создавшегося положения. Наступило утро, но она так ничего и не придумала, разве что написать Стивену, подкупить королевского курьера для доставки письма на север и молиться, чтобы оно дошло вовремя. Однако обручение было назначено через неделю. За это время Стивен никак не может успеть получить письмо и приехать за ней.
Единственным выходом оставался разговор с самим королем. Она решила, что не станет категорически отказываться от брака, но сообщит ему, что он ей не по душе. Возможно, ей удастся хотя бы убедить его отложить обручение.
Набравшись смелости, она покинула покои, которые делила с Изабель и Джоан, также находившимися под бдительным оком Идонии, и направилась в зал, где король принимал просителей. Войдя в приемную, Кристиана увидела, что та уже полна народа. Она сообщила свое имя секретарю, сидевшему у двери, надеясь, что ее положение во дворце поможет ей оказаться в числе первых.
Вдоль стены стояли скамьи. Рыцарь в латах уступил ей место, и она присела, дожидаясь своей очереди. Стоявшие загородили ее от входа.
Пока она сидела и обдумывала, как бы ей начать разговор, дверь в зал отворилась. Вошел паж, а за ним – ее брат Мор-ван. Затем она увидела, как он скрылся в покоях короля.
Значит, сейчас король сообщит ему о своих планах. Что скажет ее гордый брат? Какова будет его реакция?
Ответ не заставил себя ждать. Буквально через несколько минут стало ясно, что разговор идет на повышенных тонах. Значит, Эдуард вышел из себя, потому что Морван в минуты страшного гнева бывал холоден и сдержан.
