ловко подключиться к его телевизору и дурить ему голову. Но никого не вспомнил. Технарей-умельцев экстра-класса среди его друзей не числилось.
— Только чрезвычайные обстоятельства заставили меня обратиться к вам.
— ЧП вселенского масштаба? Кто бы сомневался?! — Сыщик уловил по артикуляции, что «гость» вещает, на каком-то иностранном языке, а русский текст «доносит» переводчик.
«Ну, надо же! Мало им вломиться в мой телик, так они еще решили прикинуться иностранцами! Шуткари отвязанные!»
Человек на экране напомнил ему известного американского актера. Фамилии Фризе не помнил. У него всегда были трудности с именами и фамилиями иностранных актеров. И своих тоже. Но уже само по себе участие голливудской звезды в розыгрыше отдавало какой-то гаррипотерщиной.
— Не напрягайтесь! — успокоил мужчина. — Как вы сами иногда изволите выражаться, я «похож на какош, а какош, на кого хош».
— Женька, что ли? — вопреки всякой логике воскликнул Владимир и подумал о своем лучшем друге милицейском полковнике Рамодине. Тот хорошо знал все его присказки и прибаутки. И, даже не редко присваивал их себе.
— Вы что, издеваетесь? Разве я похож на российского мента? — обиделся мужик на телеэкране. — Считайте меня Шоном Коннери. Не ошибетесь. Если мы договоримся, я вам откроюсь.
— Если вы Шон Коннери, то я Штирлиц, — пробормотал сыщик и переключил телевизор на Первый канал. «Шон Коннери» присутствовал и здесь.
— Все это происки ЦРУ, — прошептал Фризе. — Вот Ассанж опубликовал новую порцию разоблачений…
Отключив звук, Владимир поднял трубку телефона. Но голос телевизионного гостя не пропал, а продолжал бубнить о том, как важно им найти взаимопонимание. Сыщик выдернул шнур из розетки и набрал номер телефона Рамодина. Никто не снимал трубку. «Поздновато я тревожу Евгения. Он всегда ложится баиньки рано, — подумал Фризе, но тут же нашел себе оправдание: — А мне можно морочить голову посреди ночи?»
Трубку наконец подняли. И голос у Евгения вовсе не был сонным. Скорее бодрым, но чуть-чуть запыхавшимся:
— Чего надо? — грубовато спросил полковник. И еще Владимир услышал хрипловатый женский шепот. Но слов он не разобрал. «Эх, не вовремя я со своим звонком!» — огорчился Фризе. Но отступать было поздно. Телефон у Рамодина был с определителем. Он все равно будет знать, кто звонил и, чего доброго, забеспокоится, станет перезванивать.
— Женя, прости, что так поздно, — повинился Владимир. — И по пустяковому поводу.
Рамодин молчал, а жена сказала теперь уже вгромкую:
— Да положи ты трубку!
— Ты, Жека, к моему телику ничего не подключал? Никаких приколов мне не подсуропил?
— Это ты о чем? О каких приколах?
— Да прошлый раз, когда мы футбол смотрели, ты все время резкость налаживал. Я и подумал — может быть, засунул в «ящик» какое-нибудь ноу-хау?
— Ну, ты даешь, старик! — возмущенно бросил приятель и отключился.
Фризе взглянул на экран.
— Будете еще кому-нибудь звонить, господин Штирлиц? — поинтересовался непрошеный виртуальный гость. Владимир готов был поклясться, что шнур по-прежнему был выдернут из розетки.
— Да вы не волнуйтесь! Просто выслушайте меня. От вас не убудет.
— Убудет! — сердито бросил сыщик. — Тоже мне, голова профессора Доуэля! — Он поднялся с дивана и ушел на кухню. Там телевизора не было, как ни просила об этом Владимира Дюймовочка.
На кухне Владимиру делать было абсолютно нечего. Три часа назад он уже плотно поужинал и вовсе не испытывал чувства голода. Но уже само появление в том месте, где господствовал отливающий хромированной сталью огромный холодильник настраивало на определенные мысли. Фризе, например, вспомнил, что от ужина остался большой кусок зажаренной свиной шейки. Его можно было бы и не разогревать. Просто положить на тонкий кусок хлеба, налить стакан красного вина… Черт! Вино в столовой. А там стоит еще один телевизор.
«Ладно, перебьюсь! — подумал сыщик. — Не устраивать же мне второй ужин из-за того, что какой-то шутник решил, что я скучаю без общения с незнакомыми головами».
Он приоткрыл дверь в столовую и посмотрел на телевизор. Экран был темным и казался совсем безобидным. Но Фризе проявил несвойственную ему осмотрительность: комнату он пересек на цыпочках. Никто его не окликнул.
В спальне, уютно устроившись на кровати, Владимир с облегчением подумал: «прорвался!» Как будто перешел через линию фронта. Последней мыслю перед тем, как уснуть, была мысль о куске зажаренной свинины, так и оставшейся в холодильнике.
Утром, намазывая лицо гелем для бритья, Фризе вспомнил строгую физиономию мужика на телеэкране. «Хорошенькое дело! Из-за него я не досмотрел фильм. Он всунулся на самом интересном месте!»
Мысль о незваном госте преследовала Владимира все утро. Даже внезапное исчезновение Дюймовочки отошло на второй план. Фризе лишь отрешенно подумал: «Вот так всегда — в одном месте прибыло, в другом убыло».
Кофе показался ему не таким ароматным, как он ожидал, яйцо, сваренное «в мешочек», попахивало рыбой. Если бы у сыщика на руках не было запутанного дела, за которое он взялся вчера во время встречи с одним известным бизнесменом, он не пожалел бы времени и сил, чтобы выяснить, кто устроил ему прикол с Шоном Коннери. Фризе не любил, когда его дурачат. Да еще так ловко! Мысль о том, что это проделки, неожиданно прервавшей свое гостевание Галины Романовны, Владимир сразу отмел. У нее даже с кофеваркой постоянно возникали проблемы.
Сыщик вспомнил о том, что в МВД есть особое подразделение, которое занимается преступлениями в сфере высоких технологий.
«Ну и фразочку я отлил! — осудил себя сыщик. — Хакерами они занимаются! Обыкновенными хакерами. И теми, кто контрафакт гонит. Но разобраться с шутниками, которым пришло в голову проверять на мне нанотехнологии, им как раз под силу».
С технарями из МВД мог свести Евгений Рамодин. Но именно его в первую очередь Фризе и подозревал в розыгрыше.
Расследование закончилось, даже не начавшись.
«Вот встречусь с Женькой, устрою ему допрос с пристрастием и выведу на чистую воду!» — решил сыщик.
ОСАДА
После непрошеного визита «Шона Коннери», Фризе, включая телевизор, с опаской вглядывался в экран: а вдруг шутнику, который разыграл его, так понравилось морочить сыщику голову и он устроит еще какой-нибудь прикол? Еще почище первого. Но прошло несколько дней, телик вел себя вполне пристойно.
Но в пятницу 13 апреля снова «пожаловал» незваный гость. И Фреди Крюгер тут был вовсе ни при чем. Просто по пятницам показывали сериал «Дживс и Вустер».
В этой серии над Берти Вустером вновь нависла угроза женитьбы. Его школьный приятель пятый барон Чаффнел, а попросту Чаффи, провинился перед красоткой Полиной Стоукер, и она обратила свои взоры на Бертрана.
Респектабельный Дживс, лукаво улыбаясь, дал своему хозяину очередной мудрый совет, как избежать нежелательного развития событий. А потом вдруг согнал с лица улыбку и
