На обложке аккуратным каллиграфическим почерком было выведено: “Личный дневник Анны-Марии-Селесты дю Ренес”. Рядом красовалась схематичная конфетка на палочке и еще размашистая подпись “Карамель”.
А дальше…
Через полчаса Кире пришлось поискать, чем можно утереть слезы. Хозяйка дневника коротко писала о смерти близких, приюте, как внезапно обнаружила собственную исключительность и… получила предложение от воровской гильдии.
Погибающая в нищете сирота не раздумывая приняла предложение моложавого красавца. Ей повезло. Она попала под опеку не к вору или убийце, а всего лишь к брачному аферисту.
Некий Жак-Мишель-Кристоф был на восьмушку эльфом и очень недурно жил на деньги влюбленных вдовушек, наивных невест и состоятельных матрон. Напарница сначала изображала его дочь, потом сестру. Вдвоем они объехали немало городов и стран, отточили навыки обольщения, накопили золота и уже планировали осесть где-нибудь в провинции, чтобы подстригать розы и считать прибыль от вложений, но тут Кристофа догнал один из разгневанных рогоносцев и банально насадил альфонса на рапиру, как кабана на вертел.
Леста осталась одна.
Получив наследство от безвременно почившего наставника, девушка-метаморф откупилась от гильдии и стала промышлять самостоятельно. Точнее, платила фиксированный процент раз в год, а взамен могла рассчитывать на помощь подельников. Тоже раз в год. В остальное время она и гильдия друг друга не замечали.
Чтобы жить свободно, Селеста отдала все накопления, и ей пришлось вновь браться за ремесло.
В сезон, когда аристократы выезжали “на воды”, девушка отправлялась в тур по курортным городам. Она принимала облик “модной красавицы”, придумывала душещипательную биографию, очаровывала стареющих ловеласов, добивалась покупки щедрых подарков, а потом “получала вестника” и “срочно уезжала к больной мамочке”.
Воспитанные мужчины не смели задерживать трепетную красавицу и непременно провожали ее на поезд или дилижанс. Уже на следующей станции Леста меняла транспорт и направление, а в ближайшей гостинице – внешность. Джайна перешивала туалеты, меняла облик чемоданов и аксессуаров, и максимум через неделю на другом курорте появлялась очередная “модная красавица”.
***
Перелистнув дневник, Кира увидела листок бумаги, засунутый в карманчик на задней обложке. Она развернула его и пробежала глазами список имен.
– Кто все эти мужчины? Ее знакомые?
– Это те, кто одаривал Лесту своим вниманием и деньгами, – донесся из флакона голос джинии.
Кира едва не выронила злосчастный листок.
– Неужели Селеста… хм, спала со всеми этими мужчинами? – пораженно прошептала она.
Имен в списке было штук сто, не меньше!
– Вот еще! – Джайна снова появилась рядом, – Мэль любила только Кристофа! А эти глупые самцы нужны были ей для заработка!
– Она неплохо зарабатывала, – оценила Кира цифры, записанные напротив каждого имени. – Сто золотых дирхам, двести золотых… Почему жила здесь?
– Это тайное убежище, – Джайна окинула взглядом комнату, – магически защищенное, секретное. Не отель и не чужой дом. Ее собственный кусочек жизни. Знаешь, как трудно метаморфам найти свое? Они ведь не только внешность с объекта считывают, но и мысли, поступки, привычки… Только тут моя госпожа могла быть собой…
Кира промолчала. Чувствовала, что джиния не примет критику прежней хозяйки тела.
– И все-таки, денег было много. Для чего?
– Госпожа мечтала выйти замуж за любимого, жить с ним в тишине и покое, а еще родить ему ребенка, – нехотя призналась синекожая.
– С этим были сложности? – удивилась Кира.
По ее ощущениям, тело молодо и здорово.
– До того как Кристоф умер – нет. Но от мертвого намного сложнее зачать, услуги некроманта стоят недешево. – Джайна вздохнула, не замечая, как вытаращилась на нее попаданка: – Мэль не хотела расставаться со своей мечтой. Она сохранила прядь его волос и склянку с кровью, но денег на ритуал еще не хватало.
Кира поперхнулась. Ребенок от давно умершего возлюбленного?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Сейчас они наверняка вместе, – сказала она, подумав, лишь бы успокоить джинию, и зевнула. – Что-то спать хочется. Сколько сейчас времени? Здесь есть часы?
– У госпожи был новомодный хронометр. Но она им не пользовалась, она чувствовала время, как все метаморфы.
– А что еще метаморфы умеют?
– Долго рассказывать. Ты ложись, – Джайна указала на кровать, – а я поделюсь всем, что знаю. Раз уж ты теперь моя госпожа…
– Да, можно считать, мы с тобой в одной лодке.
– В какой лодке?
– Не обращай внимания, так говорят в моем мире.
Кира только хмыкнула, когда ее кожаные штаны, жилет и все остальное внезапно изменило цвет, фактуру и превратилось в ночную сорочку с длинным подолом, расшитую атласными лентами. А на ногах вместо сапог оказались мягкие тапочки.
Она забралась в кровать и свернулась калачиком под одеялом из лебяжьего пуха.
– Завтра постараюсь узнать, почему за Мэль гналась стража. Надеюсь она ничего не украла у очередного “жениха”.
Джайна благоразумно промолчала.
***
Из рассказа джинии Кира почерпнула много чего интересного о метаморфах. Оказалось, все эти перевоплощения не даются им даром, а требуют больших затрат энергии.
– Вот почему мне хочется спать? – она сладко зевнула.
– Да. Госпожа не рисковала перевоплощаться больше двух раз в день. Иначе могла просто упасть без сил и погрузиться на сутки в глубокий сон. Такое однажды было, я тогда перепугалась, что она умерла! А еще метаморфы не умеют менять пол, превращаться в растение или предмет. Ну и самое главное, здесь, в Нааганате, они вне закона.
– Где? – Кира невольно приподнялась.
– В Нааганате. Здесь правит Повелитель нагов Расхан Четвертый. Правда, наги предпочитают держаться в своих пещерах под землей, не любят солнце, зато не запрещают всем желающим селиться на поверхности.
– Кроме метаморфов, – напомнила Кира.
– Да, – Джайна вздохнула. – Метаморфов они не любят. На дух не переносят.
– Почему же Карамель не перебралась в другую страну?
– Потому что это самое лучшее место для тайного убежища. Кто же станет искать метаморфа на землях нагов? Тем более в самой Анарге.
– Анарга это что?
– Этот город. Столица Нааганата.
– А наги это…
Дальше Джанна рассказала о нагах, эльфах, гномах, троллях, дриадах и других существах, населяющих этот удивительный мир. В конце списка она перешла к Драконии и немногочисленным людским королевствам, но Кира уже успела уснуть.
Последней мыслью, мелькнувшей в голове попаданки, было искренне сожаление. Она жалела о том, что ее единственным путеводителем в мире магии был прочитанный еще в детстве и прочно забытый “Хоббит – туда и обратно”.
– Лучше бы я про эльфов больше читала, – пробормотала она, уплывая в царство Морфея. – А не справочник секретаря-референта.
***
Проснулась Кира в отличном настроении.
– Надо же, какой яркий сон мне приснился, – пробормотала она, потягиваясь в постели.
Потом открыла глаза, уставилась в незнакомый потолок, подмигивающий желтыми огоньками – и всю дрему как рукой сняло.
Попаданка вскочила, прижимая одеяло к груди.
– Мне не приснилось! – взвизгнула она и с невнятным стоном сползла на пол.
– Чего с утра пораньше кричишь? – рядом появилась заспанная джиния.
Кира уставилась на нее как на привидение.
– Что мне делать? Я должна вернуться домой!
– Завтракать чем будешь? – деловито осведомилась Джайна.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Ты слышишь меня?!
Джиния поморщилась:
– Да не глухая я. Зачем тебе возвращаться? Тебя кто-то ждет? Муж, дети, кот?
– Да! Работа! – выкрикнула Кира и… осеклась.
Потому что кроме работы ее никто не ждал.
Нет, разумеется, были пожилые родители (их забрал к себе старший брат), были племянники, у которых вот-вот появятся собственные дети. Были друзья, с которыми Кира общалась в свободное время. А еще абонемент на фитнес и в салон красоты.
