вот мне и показалось, — пожала плечами подруга.
— Не буду отрицать, что он красавец, но я его даже не знаю. К тому же, если я увижу его снова, то, боюсь, ничем хорошим это не кончится.
— Да ладно, у тебя талант выходить из любых ситуаций. Все будет в порядке, — положив руку на мое плечо, произнесла Ника. Я повела бровью.
— Буду надеяться.
Потом она принесла нам чай с пирогом и включила телевизор. Я позволила себе расслабиться и попыталась привычно издеваться над происходящим в очередном сериале. Вероника смеялась, но изредка бросала на меня взгляды.
— Хватит, я уже успела поверить, что все нормально. Бросать Академию и уходить в людской монастырь уж точно не собираюсь, не переживай, — не выдержала я. — Как говорили мудрые: «А что нас не убьет, то сделает сильнее».
— Это из песни Гагариной, — вскинув бровь, заметила Ника. Я отмахнулась.
— Какая разница. Ставлю стипендию на то, что кто-то из этих бесчисленных философов говорил что-то подобное.
— Да, Ницше, только немного по-другому. Поэтому я уверена, что ты имела в виду именно песню, да и стипендии у тебя нет, — с легкой усмешкой парировала подруга. Я раздраженно повела плечом.
— Ницще я тоже знаю, так что хватит умничать. А насчет стипендии — в следующем месяце уже должны вернуть.
У меня ее действительно отбирали на какое-то время за очередное нарушение правил. Подумаешь.
— Рада, что ты снова шутишь, — улыбнулась Ника. Конечно, от нее не укрылось мое прошлое напряжение в голосе. Но сейчас я вроде бы отстранилась от мыслей об отчислении.
— Хочешь сказать, что весь мой стенд-ап по поводу сериала был духу под хвост? — постаралась перевести тему я. Ника улыбнулась и просто молча обняла меня. Я обняла ее в ответ. В Академии я обычно не показываю никакие свои слабости, стараюсь поддерживать имидж, так сказать, но совершенно не ради какой-то славы и репутации. Просто так проще. Все видят во мне сумасшедшую авантюристку без каких-либо страхов, вечно в настроении. Да я такая, собственно, и есть. Но иногда хочется быть другой, но такое возможно только с теми, кто поймет. Для меня это Ника.
— Что ж, раз ты так деликатно промолчала насчет моего стенд-апа, тогда с тебя мороженое и вторая серия, — улыбнулась я и уперла руки в бедра. — Я настроена досмотреть этот нелогичный сериал.
* * *
В Межмирье я вернулась только вечером и устало уселась на кровать, сбросив кеды. Завтра экзамен, о чем я вспомнила только сейчас. Но меня эта мысль особо не встревожила. Мне такое нравилось, потому что я любитель подраться с тенями, хоть и с достаточно ручными. Надо было бы зайти к Ветре и поговорить с ней, чтобы та не переживала, как обычно, но с другой стороны — напомню ей лишний раз о предстоящем. Взвесив оба варианта, я откинулась на спину и просто смотрела в потолок комнаты. Наверное, я слишком зациклилась на сегодняшнем происшествии, поэтому и чувствую себя вымотанной. Зато сейчас я вроде как успокоилась, да и завтрашнее мероприятие должно меня хорошенько взбодрить. Снова покажу нужный результат, и никто не узнает о том, что я вот так дерзко ворвалась в кабинет Хранителя. Поставив на кровать ноутбук (всей техникой мне помогла обзавестись Ника), я аккуратно разорвала пространство в одну из земных кофеен, совсем маленькую щель, просто чтобы поймать Wi-Fi. Да, и так можно. Точнее никто об этом способе даже и не знает, поэтому не запретит. Сигнал был не особо хороший, и пока фильм пытался загрузиться, я успела сходить в душ. Потом, завернувшись в одеяло, я легла калачиком на кровать и положила голову на подушку.
И утром, естественно, опаздывала. Побегав по комнате раз пятьдесят туда-обратно, я вроде бы привела себя в порядок, даже успела съесть парочку печенек. Поправив веты, я на всякий случай убедилась, что все работает как надо.
P. S. Веты — широкие браслеты из звездной стали. Благодаря их необычному материалу есть возможность сделать их носителями «карманного» пространства. Поворотом кисти можно разорвать его, тем самым получить что-то, хранящееся внутри (лимит вещей ограничен, их размер тоже. Ни рояль, ни просто гору вещей не запихнешь). С правой стороны у нас обычно вирита, а с левой кинжал. У меня все наоборот, хоть я и не левша. Просто, как всегда, у меня не так, как у всех. И последнее уточнение: вирита — что-то наподобие секиры с лезвиями по двум сторонам. Удобная вещь для разрушения теней. Но называем мы ее как только возможно: жезл, секира, палка, длинная штука и так далее. На будущее.
Убедившись, что все прекрасно, я наконец-то вышла из комнаты. По пути встретились несколько студентов с младших курсов, которые останавливали меня, чтобы пожелать удачи и сказать, что поставили на мою высшую оценку. Отделавшись от них, я наконец-то вышла из Академии. Осталось пробежать через парк, и я буду на месте. С западной стороны надвигалась туча, похоже, грозовая. Неужели эльфийский блестящий мир отходит на более далекое расстояние? Впереди был виден огромный стадион с трибунами, больше похожий на амфитеатр. Что ж, буду гладиатором.
Добежав наконец до стадиона, я быстро окинула взглядом собравшихся зрителей. Кто-то из студентов уже направился к центру площадки. Все-таки опоздала! Фыркнув, я хотела идти искать Ветру, но мой взгляд случайно поднялся на ряд для преподавателей. Хрящик Пустоты! Я с круглыми глазами почти мгновенно отвернулась и уже не пошла, а побежала в сторону толпы, чтобы поскорее затеряться. Вот же влипла. Рядом с нашим ректором сидел младший Хранитель. Да-да, тот самый, который, думаю, не страдает провалами в памяти, и прекрасно помнит, как я ворвалась в его кабинет и не извинилась перед тем, как уйти. Полоса «везения» меня никак не покидает.
Я наконец нашла подругу, которая, даже не моргая, смотрела на выступление первого из нас.
— Хватит переживать, — положив руку на ее плечо, произнесла я. Ветра обернулась, продолжая покусывать нижнюю губу.
— Видишь, как строго они смотрят. А ты ведь знаешь, что я на публике волнуюсь и у меня постоянно случаются глюки, — ответила подруга. Да уж, об этом я прекрасно знала. У нее как будто было две сущности: первая временами поддерживала мои безумные выходки, а вторая жутко боялась выступать перед зрителями. И глюки у нее правда бывали. Под этим мы понимаем временные потери способностей.
— Да он просто первый, вот они и строят из себя строгих. К тому моменту, как ты выйдешь, они уже будут как сонные мухи! — фыркнув, парировала я. Ветра посмотрела на
