- Он ткнул забрызганного кровью убийцу в относительно чистую часть руки. - И хвалю за аккуратно завершенную работу! Теперь давай смоем всю эту кровь со стен и пола и решим, что делать с телами?
Обрызганный кровью телохранитель стоял и смотрел на него, перед тем, как заговорить.
- Разве ты не боишься, стоять наедине с убийцей, ведь, я вижу перед собой больше золота, чем когда-либо видел в своей жизни, ведь никого нет рядом и даже никто не знает, что мы здесь?
Его подельник сардонически приподнял бровь, половина его лица была затенена тусклым вечерним светом, проникающим через высокое окно кабинета.
- Ты, конечно, спрашиваешь только из любопытства?
Сил посмотрел на свой окровавленный клинок.
- Конечно, только из любопытства.
- Что ж, в таком случае я расскажу тебе об источнике моей безграничной уверенности в том, что ты продолжишь безупречно выполнять все мои приказы. Все очень просто. Один раз в день, я отчитываюсь перед очень и очень важным лицом. Я предоставляю ему информацию, которую собираю в процессе работы, информацию, которая особенно важна для него. Он ждет от меня результатов, Силус, и я полагаю, что он был бы более чем раздосадован, если бы такая, небольшая проблема, можно сказать, вроде моей смерти, помешала мне достичь этих результатов. Будь уверен, что он знает все о нас с тобой.., даже о неизмеримом количестве членов твоей семьи, главным кормильцем которых являешься ты… Сколько у тебя детей?
- Семеро
Его собеседник тихонько похлопал в ладоши.
- Действительно, семеро, и все они пережили чуму, когда она в последний раз вторгалась в город? Это действительно потрясающая удача! Я знаю целые семьи, которые были уничтожены менее чем за неделю. Ты удачлив, Силус, но, ты можешь лишиться своей удачи. Если я не появлюсь в поле его зрения, хотя бы на день, этот человек из тех, кто предположит самое худшее и отправит дознавателя по моим следам. Тропа, которую я проложил, приведет прямо к твоей двери. Итак, если бы ты совершил эту простую и вполне понятную ошибку, ты бы довольно скоро обнаружил себя и всех своих семерых детей, свою толстушку- жену, своего и ее брата, а также его жену и детей, наслаждавшимися короткой, незапланированной поездкой. в темные подвальчики, находящиеся далеко за пределами любой мысли о спасении. У моего патрона, Силус, есть люди, которые занимаются своим ремеслом в этих плохо освещенных местах, по сравнению с которыми простой интриган вроде меня и головорез-убийца вроде тебя выглядят людьми высочайшей добродетели. Твоя семья, оказавшись в их власти, подверглась бы жесточайшему обращению, унижению и пыткам, о которых не может даже вообразить человек с твоим обширным опытом, поскольку порочность этих людей ограничена только пределами их дикого воображения .
Некоторое время он смотрел на убийцу, широко раскинув руки.
- Так что, если ты хочешь сыграть в это возможное будущее своей семьи, тогда подойди и вонзи мне в спину свой кинжал.
Силус покачал головой.
- Нет, мое любопытство вполне удовлетворено. Хотя смешно ...
Его напарник приподнял бровь.
- Что такое?
- Я просто подумал, что ты не совсем прав.
Его собеседник широко ему улыбнулся.
- Многие пытались со мной разобраться, Силус, но никому из них это не удалось. В конце концов, мы занимаемся не личными проблемами, это всего-навсего деловой подход. И поверь мне, в моем очевидном безумии есть метод. У меня есть план, который, наконец, привлечет к ответственности этого Аквилу, и тем самым, выполнит еще и другую задачу, которую мой довольно нетерпеливый патрон желает завершить. Итак, давай об этом, поговорим потом, хорошо? Эти тела не собираются сами себя хоронить.
1
Рим, сентябрь 184 г
- Закрой свой рот, Дубн , а то в него что-нибудь залетит.
Крепко сложенный бородатый солдат, шедший рядом с Юлием, старшим центурионом Первой Тунгрийской когорты, бросил на своего старшего офицера пренебрежительный взгляд, прежде чем возобновить свое изучение жителей Авентинского района, через который они продвигались. Когда он заговорил, в его голосе зазвучал благоговейный трепет, как будто он едва мог поверить в то, что он видит.
- Но они везде, какие то не такие, Юлий! Девушки в барах, девушки в лавках, девушки на улице, девушки на углу, девушки, пишущие на стене объявления о том, как их клиенты заставляли их кричать от удовольствия! Он указал на проститутку, прислонившуюся к двери дома, ее достоинства были отмечено несколькими непристойными и соблазнительными надписями о ее способностях и предложениях, нацарапанными на стене позади нее. - Даже эта…
Он сглотнул и покачал головой в изумлении от развратного жеста, который, очевидно, что-то предлагал по цене приличного обеда.
- Да, город может выглядеть довольно подавляющим, для новичков, но ты же сам настоял на том, чтобы тебе его показали. Может, тебе стоит вместо этого сосредоточиться на архитектуре?
Юлий повернулся и кивнул своему трибуну, который шел в нескольких шагах позади двух центурионов, сияющий в безупречной тоге, с идеально остриженными и с причесанными до блеска волосами, даже если его чисто выбритое лицо противоречило последней моде. Дубн затаил дыхание, чтобы заговорить снова, сумев с некоторой неохотой оторвать свое внимание от проститутки, которая так соблазнительно заманивала его, похотливо облизывая кончик пальца языком, но Юлий грубо прервал его, прежде чем он смог открыть рот. .
- Замечательная идея, трибун. Таким образом, он не поставит всех нас в неловкое положение, разгуливая с влажным пятном на передней части туники. Ты теперь не
