крышки и потянул на себя. Сработал противовес – гроб выскользнул наружу. Вместо стеклянной крышки верхняя его часть состояла из сплошного, покрытого резьбой камня.
Каи нашел шов и стал толкать крышку изо всех сил. Она отлетела в сторону и с оглушительным грохотом ударилась о пол.
Внутри лежала Зиде.
С закрытыми глазами. Каи положил руку ей на лоб. Зиде была живой, теплой – и живой. Она не постарела и никак не изменилась, насколько он мог видеть; та же смуглая кожа, высокий лоб, длинный прямой нос, темные волосы, заплетенные в дюжины косичек – она предпочитала носить их именно так. Одежда Зиде предназначалась для праздничной церемонии: шелковая облегающая туника цвета красной артериальной крови. Каи обнаружил особое заклинание, державшее жизнь Зиде в подвешенном состоянии, но легко его разрушил.
Грудь Зиде поднялась и опустилась, она сделала резкий вдох, а он взял ее на руки и вынул из ящика. Веки Зиде затрепетали, она открыла глаза и так стиснула его плечи, что ногти буквально впились в шею Каи. Он едва не задохнулся от облегчения, голос стал невнятным:
– Ты в безопасности, Зиде.
Она заморгала, с удивлением глядя на незнакомое лицо. Когда в ее взгляде появилось понимание, Каи осторожно поставил Зиде на ноги, поддерживая под руки, чтобы помочь сохранить равновесие.
Теперь они стали одинакового роста. В своем прежнем невысоком теле Каи привык задирать голову, чтобы посмотреть на нее снизу вверх. Она коснулась его щеки.
– Это ты? – спросила она и тут же сама ответила на свой вопрос: – Да, ты. Тебя убили?
– Кто-то убил. – Он все еще испытывал такое сильное облегчение, что едва мог думать.
Он постучал пальцем по каменному постаменту:
– Меня положили в такой же ящик.
Зиде взглянула на нишу, где только что лежала замурованная заживо, и ее плечи поникли.
– Я не помню, как мы здесь оказались. – Она окинула себя взглядом: – И не помню эту одежду.
– Я также не помню, как мы сюда попали. – Каи потер ее руки: – С тобой все в порядке?
– Да. – Она выпрямилась и сделала глубокий вдох. – Значит, ты не знаешь, как долго?..
– У меня создалось впечатление, что я был мертв год. – Он повернулся к девочке. Они с Зиде беседовали на сареди, первом языке смертных, который выучил Каи, но теперь он перешел на имперский арайк, чтобы девочка его понимала: – Скажи, Башат-бар-Калис из Бенаиса-арайка все еще стоит во главе Зарождающегося мира?
– Наверное, – ответила девочка. Она сидела на полу, натягивала башмаки и облизывала губы, глядя на покрывавшие ее ноги синяки. – Это имя написано на монетах.
Не слишком полезный ответ.
– А ты знаешь, какой сейчас день по имперскому календарю? – не сдавался Каи.
Она нахмурилась:
– Сейчас конец третьего солнечного месяца. Почти конец. Они еще не поменяли указатель на календарной башне. И у нас ушло пять дней, чтобы добраться сюда.
– Достаточно точно. – Удовлетворенный, Каи повернулся к Зиде: – Ты можешь снять это с моей головы? – Он указал на запутавшуюся в его волосах ткань с цепочкой, украшенной самоцветами.
Он знал, что, как только у нее появится конкретное дело, ей станет легче прийти в себя, и к тому же очень хотел избавиться от ужасной штуки.
Зиде развернула его и нащупала ком в том месте, где вуаль свернулась.
– Ее вживили тебе в череп? – Она также перешла на арайк.
– Да, похоже на то. – Давление на голову вызвало у Каи желание прикончить еще десяток моряков и толкователей, быть может, содрав с них кожу живьем, если не удастся придумать что-нибудь похуже.
– Это всего лишь вуаль из цепочек, – сказала девочка, продолжая возиться с башмаками.
– А это что за особа? – спросила Зиде, продолжая пытаться распутать мелкие звенья цепочки.
– Она новая. – Ему хотелось расслабиться под осторожными прикосновениями Зиде, которая высвобождала его волосы из декоративного устройства для пыток, но ему не хватило времени.
– Меня зовут Санья, – представилась девочка, поднимаясь на ноги. – И я не хочу здесь оставаться.
– Это Санья, – объяснил он Зиде. – Ее привели сюда в качестве жертвы.
Вероятно, Менлас собирался убить ее, чтобы овладеть заклинанием, которым он планировал связать Каи. Судя по всему, Менлас знал достаточно, чтобы быть опасным – но главным образом для самого себя.
– Привет, Санья. Неужели кто-то из нас выглядит так, словно хочет тут оставаться? – спросила Зиде.
– Нет. – Санья дерзко вздернула подбородок, но ее голос заметно дрожал. – Вы привели меня для нее? Если ей потребуется новое тело?
Зиде хрипло рассмеялась.
– Я не могу войти в новое тело, ни в живое, ни в мертвое. Это трюк Каи.
– Именно по этой причине я хотел поскорее найти Зиде, пока она еще дышала.
Санья все еще не пришла в себя, и на ее лице еще не появилось облегчения: девочка тяжело дышала и теребила рукав новой рубашки.
Каи продолжал:
– Ты сказала, что не могла связаться с Тарен.
– Я пыталась все это время. – Голос Зиде звучал внешне спокойно и уверенно, но тот, кто знал ее достаточно хорошо, сразу угадывал в нем бушевавшие эмоции.
Тарен хранила сердечную жемчужину от Зиде, и, даже если они находились слишком далеко друг от друга, чтобы разговаривать, ее присутствие должно было ощущаться.
Если Тарен также атаковали, их положение окажется намного хуже, чем выглядело сейчас.
– Тарен здесь нет, – сказал Каи. – Здесь больше никого нет.
Руки Зиде на мгновение замерли, а потом она снова принялась распутывать цепочку.
– Если бы Тарен оставалась на свободе, она бы пришла за нами. Она разорвала бы мир на части, чтобы нас найти. Даин… Даин нас бы также не оставил.
У Каи перехватило в горле. Даин отстранился от Тарен, но только не от Каи и Зиде. И, сколько бы они с Тарен ни спорили, Даин все равно будет ее защищать, а Тарен уничтожит все, что попытается причинить ему вред. Впрочем, из этого не следовало, что они мертвы.
– Нам известно лишь, что здесь их нет. Что-то может скрывать жемчужину Тарен. Возможно, сейчас она нас ищет или защищает остальных членов нашего дома. Мы не узнаем до тех пор, пока не поймем, что произошло.
– Если они тронут хотя бы волос на упрямой голове Тарен, – с фальшивым спокойствием проговорила Зиде, – я их уничтожу. – Она сделала еще одно быстрое движение, и ей удалось снять металлическую вуаль.
Она бросила ее на пол и провела пальцами по освободившимся локонам Каи, распутывая пряди длинных волос.
– Мы их уничтожим. – Каи потер болевшую голову, чувствуя, как слабеет напряжение в спине и затылке. – Откуда ты, Санья?
– Из Устья Моря цветов. Они купили нас обоих. – Санья поколебалась и обхватила себя руками, но постепенно переставала дрожать. – Почему вы не спросили мое имя раньше?
– Я не хотел знать его до тех пор, пока ты внутренне не будешь готова назваться. – Каи знал, где расположено Море цветов, вот только не мог связать его с тем местом, где они находились
