– Я же сказал, что не стоит ни о чем беспокоиться. Я все улажу. Сильно сомневаюсь, что у тебя есть серьезные обязанности… А насчет квартиры… Ты ее снимаешь?
– Да.
– Одна?
– Мне бы это было не по карману. Я не так шикарно живу, как хотелось бы, – сказала Мелани и тут же пожалела о своих словах. Кто за язык тянул?
– Вот тут я сомневаюсь. С твоими способностями и личиком ты могла бы давно заработать па лучшую квартиру.
– Я не шлюха! – вспылила она. Почему ему доставляет такое удовольствие унижать ее, втаптывать в грязь? – Кто дал тебе право судить меня?
Александр примирительно поднял кверху руки, но на лице не было видно ни капли сожаления. Он сказал то, что думает, и нисколько в этом не раскаивался.
– Ладно, ладно. Я смотрю, с тобой можно договориться. Об арендной плате тоже не беспокойся. Больше месяца в Афинах ты не задержишься.
Мелани никогда не приходила в голову мысль, что можно так невзлюбить человека с первого взгляда. Но сейчас к Александру Илиадиасу она испытывала именно неприязнь. Он ворвался в ее жизнь, обвинил во всех смертных грехах, и она имеет право на маленькую женскую месть. Он это заслужил. Что ж, с Дамианом Мелани сумеет договориться, а Стефани оставит записку, с нее хватит. Как только Мелани встретится с Димитриосом, то весь обман раскроется и она сможет преспокойненько вернуться в Лондон, щелкнув по носу Александра. Пожалуй, будет приятно посмотреть на выражение лица этого самоуверенного грека. Да, так будет справедливо.
Мелани медленно подняла голову и кивнула.
– Хорошо, – согласилась она, голос ее звучал глухо, – я поеду с тобой. Но могу сказать только одно: это была полностью твоя идея. Я лишь подчиняюсь. И потом не говори, что я тебя не предупреждала. Я сделаю все, как ты хочешь.
– Вот и отлично.
На какое-то мгновение на лице грека проступила почти дикая радость победы, но он тут же взял себя в руки.
2
Они вылетели во второй половине дня. Мелани еще не приходилось летать первым классом, и она не могла не наслаждаться полетом. Все ее мысли были связаны с мужчиной, который сидел в соседнем кресле, прикрыв глаза. Что же я наделала? Этот вопрос не давал ей покоя. О чем я только думала? Где была моя голова?
– Не стоит постоянно хмуриться, Мелани, так ты заработаешь себе морщины. – От звука его голоса она вздрогнула.
– Я думала, ты спишь.
– Нет. Пытался, но у меня ничего не получается. А вот тебе следовало бы. У тебя синие круги под глазами.
– Тебе что, доставляет удовольствие критиковать мою внешность? – прошипела Мелани. Ее обидело его замечание. – Извини, если не оправдала твоих надежд.
Александр хрипло рассмеялся, и Мелани в который раз отметила, что стоит ему улыбнуться, как черты его лица смягчаются, пропадает жестокость и властность, оно становится приятным. Пожалуй, даже чересчур.
– Здесь ты попала в яблочко. Я представлял тебя немного другой, ты не вписываешься в тот образ, что я себе нарисовал.
– Видимо, ты плохой художник, – с вызовом бросила Мелани и заметила, как он дернулся. – Очень сожалею, что я постоянно разочаровываю тебя, но с этим ничего не поделаешь, – разозлилась Мелани. – Ты, наверное, ожидал, что я попытаюсь очаровать и тебя?
От его веселости не осталось и следа.
Так-то лучше, самодовольно подумала Мелани. От грубого и насмешливого Александра Илиадиаса она находила силы отбиваться, но к новому Александру, который улыбается и шутит, была еще не готова. Он, сам того не подозревая, задел тайные уголки ее израненной души.
– А что, могла бы? – ледяным голосом поинтересовался Александр. – Я не стану сильно сопротивляться. Если Димитриос застанет нас с тобой в постели, то сразу поймет, что ты за штучка.
Она больше не могла находиться рядом с Александром. Хватит! Мелани резко поднялась и направилась в дамскую комнату. В ушах ее звенел ехидный смех, которым он ее проводил.
Стоя перед зеркалом и поправляя платиновые волосы, Мелани кусала губы. С чего она решила, что в состоянии противостоять хищному леопарду? Против него она маленький испуганный зверек, впервые попавший в опасные джунгли. У нее нет ни малейшего шанса на победу. Но и отдать Стефани на растерзание хищнику, она тоже не может. Мелани закрыла глаза и вспомнила историю десятилетней давности…
В тот день они возвращались из школы, сбежав с последних двух уроков. Стефани на днях исполнилось девять лет, и она слыла настоящим сорванцом. Младшей сестричке никогда не сиделось на одном месте, она постоянно что-то придумывала. Девочка утянула Мелани из школы под предлогом, что нашла гнездо птицы, которую еще никогда не видела. Перед этим все утро шел дождь, дорога была скользкой. Девочки уже сворачивали за угол, когда неожиданно из-за поворота вылетела машина. Мелани от испуга оцепенела и продолжала стоять на дороге. Водитель пикапа сделал попытку затормозить, но было слишком поздно. Все решали секунды. Тогда Стефани, швырнув рюкзак на землю, бросилась к сестре, сбив ее с ног. Мелани отделалась синяками и растяжением лодыжки, а Стефани задело бампером – она сломала себе левую ногу и пару ребер. Неизвестно, была бы сейчас жива Мелани, если бы не младшая сестренка.
Мелани поступила совершенно правильно, отправившись в Афины. Ничего с ней страшного не случится. Посмотрит город, подлечится в теплом климате, заодно даст Стефани передышку. В конце концов, Александр не сделает ей ничего плохого. По крайней мере в это очень хочется верить.
Когда Мелани вернулась на место, она застала Александра за просматриванием деловых бумаг. Лицо его было сосредоточенным, но, как ни странно, выражало спокойствие.
– А я уж было подумал, что ты не вернешься до самой посадки, – сказал он, не отрывая взгляда от бумаг.
– Надеялся, что выброшусь в иллюминатор и избавлю тебя от всех проблем сразу?
– Я не такая скотина. – Александр посмотрел на нее удивленно.
– Ты хуже…
– Теперь, вижу, ты окончательно пришла в себя.
Чтобы не сорваться, Мелани закрыла глаза и принялась считать до десяти. Она не любила скандалить, но с ним по-другому не выходило. Каждый ее поступок грек истолковывал по-своему. Ей стало интересно, что же такого ужасного про нее, вернее про Стефани, рассказывал Димитриос, от чего у Александра сложилось столь предвзятое впечатление? Мелани знала, что сестра не ангел, но и плохой девушкой ее назвать нельзя. Да, Стефани иногда не принимала во внимание чувства других людей, но кто этим не грешен?
Тишина начала ее угнетать. Молчаливое присутствие Александра было хуже его оскорблений.
– А как воспримут мое появление ваши с Димитриосом родители? – осторожно спросила Мелани.
Александр, оторвался от бумаг и внимательно посмотрел на нее. Ей на минутку показалось, что в его глазах промелькнуло сомнение, но оно тут же исчезло.
– Ты что, совершенно ничего не знаешь о Димитриосе? Или только притворяешься? – глухо спросил он. – У меня на родине, если двое людей обмениваются кольцами, то это говорит о том, что они достаточно близки, то есть знают друг о друге многое. Но ты явно не относишься к таким людям. А, собственно говоря, чего я от тебя хочу, если ты даже Димитриоса вспомнила с трудом?
Мелани резко втянула в себя воздух. Еще одна попытка была грубо отвергнута.
– Я просто спросила. Не думала, что ты воспримешь это так болезненно. – На ее глаза набежали слезы, и она отвернулась. Александр не должен видеть ее слез.
– Наши родители разбились на самолете, когда мне было восемнадцать. Димитриос тогда еще и в школу не ходил. Нас воспитывала бабушка.
Мелани не ожидала, что Александр скажет ей подобное, и поэтому немало удивилась. Значит, ему сейчас чуть больше тридцати, где-то около тридцати трех, быстро подсчитала она.
– Извини, я на самом деле не знала. А бабушка жива?
– Да, слава Богу, живет и здравствует. И еще умудряется меня поучать. – При воспоминании, о близком человеке глаза его засветились любовью и нежностью. – Но я думаю, что тебе этого не понять. Для таких, как ты, семья пустой звук.
