Мелани выбрала легкую голубую блузку и такого же цвета юбку, подчеркнув тонкую талию черным ремешком. Краситься она не стала, лишь дотронулась до губ бледно-розовой помадой.
В номере никого не оказалось. На столике ее ждал черный кофе и бутерброд. По-видимому, Александр уже спустился вниз. Быстро выпив кофе, Мелани взяла сумочку и вышла из номера. Вещи были уложены в багажник автомобиля, а рядом стоял Александр и нервно постукивал пальцами по капоту. Увидев ее, он молча, открыл дверцу машины, не проронив ни слова. Также молча она села в «феррари».
Проехав несколько миль по шоссе, Александр направил мощную машину в сторону холмов, и они какое-то время упорно поднимались по узкой неровной дороге.
– Мне следует извиниться за свое вчерашнее поведение, – сказал Александр густым басом, нарушив тишину. – Признаюсь, переборщил.
Мелани упорно продолжала смотреть вперед. Запоздалые извинения не оправдывают его недостойного поведения. Он жестоко посмеялся над ней, не принимая во внимание ее чувства.
– Ты поступил отвратительно, тем самым подтвердив, что ни на йоту не отличаешься от… меня. – Она запнулась, но вовремя вспомнила, что он принимает ее за другого человека. – Ты считаешь меня подлой, развратной девкой, тогда ответь, кто ты после вчерашнего? Какой вердикт ты вынесешь себе?
– Я уже извинился, – холодно процедил он сквозь зубы. От напряжения у него побелели костяшки пальцев. Он только носит маску непроницаемого человека, на самом деле его задевает происходящее.
– И ты считаешь, что этого достаточно? – Его холодная наглость действовала ей на нервы. – Извинился – и все? Послушай-ка, что я тебе скажу. Не смей больше никогда ко мне даже пальцем прикасаться! Меня от твоих прикосновений тошнит! Пусть ты считаешь меня продажной девицей, жадной до разного рода сомнительных приключений, но ты не лучше. Скрываешься за фасадом любящего брата, но на деле это не так! Если бы ты любил Димитриоса, то был бы доволен, что у него появилась возможность наладить отношения с любимой девушкой! – От клокочущей ярости Мелани покраснела и, повернувшись, посмотрела на Александра.
Тот продолжал вести машину, лишь иногда у него подрагивали уголки рта.
– Запела по-другому? Любимая девушка? Ха! – ядовито произнес он, не поворачивая головы. – Может, в скором времени признаешься, что рассталась с Димитриосом по ошибке и по-прежнему любишь его? Не забывай, мы с тобой обо всем договорились. Димитриос и ты не будете вместе, он должен оставить тебя!
Ей захотелось бросить вызов его самоуверенной наглости, пробить брешь в стене холодного безразличия.
– Знаешь что? Мне тебя жаль. Ты всегда все решаешь за всех, считаешь себя непогрешимым. А на самом деле ты просто высушенная раковина. Тебе незнакомы человеческие чувства. Вот Димитриос, тот еще способен любить! А ты, я уверена, еще никогда никого не любил! И неудивительно…
Александр так резко затормозил, что она ударилась грудью о переднюю панель. Его лицо было сплошной гримасой ярости. Он схватил ее за плечи, и, притянув к себе, прорычал в лицо:
– Кто дал тебе право рассуждать о любви? Ты сама не представляешь, что это значит! Это слово для тебя пустой звук, который ты иногда используешь, чтобы получить желаемое. Если бы мы сейчас не находились в машине и я утром сдуру не позвонил домой, то, будь уверена, я избил бы тебя до полусмерти. Моли Бога, чтобы я остыл! И молчи, не смей больше говорить ни слова! В противном случае я наплюю на все и. ты получишь по заслугам!
Когда он ее отпустил и снова завел двигатель, Мелани механически поправила задравшуюся юбку и погладила то место, которое ударила. На какое-то мгновение ей показалось, что время остановилось. Она перешагнула через дозволенную черту. Она поверила угрозе Александра, и это было ужасно.
Остаток пути они проделали в оглушительной тишине. Мелани чувствовала себя совершенно разбитой, в голову лезли дурные мысли о Стефани.
Она сидела, молча покусывая нижнюю губу. Наконец Александр свернул с основной дороги. Вскоре они миновали большие открытые ворота и по узкой, покрытой гравием дорожке подъехали к заасфальтированной площадке, за которой проступали контуры огромного белого дома, построенного в стиле барокко. Дом был необычайно красив, больше походил на роскошный дворец и полностью утопал в ухоженном саду.
Как только они вышли из машины дверь дома распахнулась и на крыльцо выбежал молодой человек лет двадцати в темных брюках и светлой рубашке. Он быстрым шагом направился к приехавшим.
– Александр, почему ты мне ничего не сказал… – скороговоркой начал говорить он, но, заметив одиноко стоящую девушку, остановился. Мелани…
Она робко посмотрела на него и приготовилась к тому, что сейчас он обнаружит, что Александр привез в Грецию не ту сестру. В том, что перед ней младший брат Александра, она нисколько не сомневалась. Они были очень похожи, только у Димитриоса черты лица были более мягкими.
Но она ошиблась. Димитриос подошел к ней вплотную и осторожно взял за руки. В глазах молодого человека светилось столько счастья и любви, что Мелани почувствовала себя неловко. Он скоро все поймет, и его разочарование будет еще сильнее.
– Я так рад, что Александр нашел тебя и ты согласилась приехать. Я понимаю, в нашу последнюю встречу я сглупил, но для этого у меня были основания. – Молодой человек говорил прерывисто, и гладившие ее руки дрожали.
Димитриос собирался сказать еще что-то, но ему помешал старший брат.
– Счастливое воссоединение двух любящих сердец, – насмешливо прокомментировал он. – Ладно, детки, я вас понимаю, но сейчас не время. Потом наговоритесь и намилуетесь, а сейчас марш в дом.
– Пойдем, – сказал Димитриос, по-прежнему продолжая держать ее за руку. – Не обращай внимания на грубость Александра, он скоро смягчится. На самом деле он отличный малый.
Мелани последовала за мужчинами. Неужели они со Стефани настолько похожи, что даже Димитриос не смог разобраться? Он не имел возможности их сравнить и поэтому, наверное, не заметил разницы. К тому же ему сейчас не до сравнений. Он влюблен, любимая рядом, и это главное.
В гостиной их встретила пожилая женщина с приветливым лицом и с тростью в руке. Она была невысокого роста и худенькая.
– Добро пожаловать в наш дом, Мелани, – с легким акцентом сказала женщина и улыбнулась. – Надеюсь, вы разрешите мне вас так называть?
– Конечно же. Как я понимаю, вы бабушка Александра и Димитриоса?
Хозяйка дома сразу понравилась Мелани. Своим добродушным приемом она расположила ее к себе. Александр правильно ее описал, для своих восьмидесяти с лишним лет она выглядела великолепно..
– Меня зовут Кристина. И я хочу, чтобы вы называли меня именно так. Договорились?
– Да.
– Вы, наверное, устали с дороги. Зная Александра, могу твердо сказать, что вам пришлось нелегко. – Она подмигнула Мелани, чем вызвала смешок у нее, но тут же поймала предостерегающий взгляд Александра. – Присматривайтесь, мы с вами сейчас очень мило побеседуем, пока Розали накрывает на стол. И никаких возражений, Димитриос. Тише, тише, не кипятись, всему свое время. А тебе, Александр, не мешало бы переодеться к обеду, весь в пыли.
Он шутливо отсалютовал и, подойдя к ней, обнял и крепко расцеловал ее.
– Даже не поприветствуешь своего любимого внука, не спросишь, как долетели?
– Мы с тобой хорошо поговорили утром, так что я знаю все детали вашего путешествия. И нечего меня так крепко обнимать, задушишь, медведь этакий. Были, конечно, времена, когда я сама жаждала таких объятий, но сейчас у меня кости уже не те. Так что ты подвергаешь риску мое здоровье. – Ворчливость Кристины была наигранной. На самом деле она ужасно обрадовалась возвращению внука.
Мелани с удовольствием наблюдала за происходящим. Воспользовавшись приглашением Кристины, она села в кресло, тем самым освобождаясь от руки Димитриоса. Но он, не желая расставаться с ней, сел рядом на подлокотник.
– Ты как всегда уже обо всем распорядилась, – продолжая искоса за ними наблюдать, сказал Александр. – Но, я считаю, будет лучше, если Мелани с Димитриосом сначала поговорят, а потом мы пообедаем. Они не виделись месяц, им есть что сказать друг другу. Неужели ты не видишь, что Димитриосу просто необходимо остаться наедине с Мелани?
