Дуглас Адамс мечтал об «Огнях рампы»[11].
2. Кембридж и прочие явления циклического порядка
Еще до того, как направить свои стопы в Кембридж, Дуглас Адамс принялся нарабатывать послужной список, которым мы имеем честь любоваться на обложках его книг. Он решил съездить автостопом в Стамбул, а для этого требовались деньги. И Дуглас пошел работать – сначала уборщиком в каком-то курятнике, а потом вахтером в рентгенологическом отделении больницы общего профиля в Йовиле (кстати сказать, в школьные годы он подрабатывал вахтером в психбольнице).
Путешествие автостопом сложилось так себе: до Стамбула Дуглас добрался, но там съел что-то нехорошее, отравился и вынужден был отправиться домой обычным поездом. Он спал в коридорах, очень жалел себя, а по возвращении в Англию был госпитализирован. Возможно, этот случай в сочетании с предыдущей работой в больнице сыграл свою роль, но, так или иначе, Дуглас начал переживать, что не пошел учиться на врача:
«Я ведь из семьи медиков – ну, в некотором роде. Моя мать была медсестрой, отчим – ветеринаром, а дед по отцу (с которым я на самом деле ни разу не встречался) – очень известным ухо-горло-носом в Глазго. Да я и сам работал в больницах. И вот у меня возникло такое чувство, что если Там, Наверху, Кто-Нибудь Есть, то Он таким образом как бы трогает меня за плечо и говорит: “Эй! Эй! Вот чем тебе надо заняться! А ну-ка доставай свой стетоскоп!” Но я Его не послушался».
Дуглас так и не занялся медициной – отчасти потому, что все-таки хотел стать писателем и артистом-комиком (хотя по меньшей мере четверо самых знаменитых британских юмористов были врачами по образованию – Джонатан Миллер, Грэм Чепмен, Грэм Гарден и Роб Бакмен), а отчасти потому, что для этого пришлось бы потратить еще два года на подготовку к экзаменам. Так что он не стал искать добра от добра и начал изучать английскую литературу в кембриджском Колледже Святого Иоанна.
Студент из Дугласа вышел не блестящий, хотя он всегда гордился тем, какую большую работу проделал по изучению творчества Кристофера Смарта, поэта XVIII века: «Смарт годами держал пальму первенства как самый заядлый пьяница и развратник из всех студентов, каких только знали стены Кембриджа. Случалось, он щеголял в женском платье, напившись в том же самом пабе, в который захаживал я. Из Кембриджа он перекочевал на Граб-стрит[12], где прославился как самый скандальный писака за всю историю. А потом он внезапно ударился в религию и стал набожным донельзя. Случалось, он падал на колени прямо посреди улицы и принимался возносить громогласные молитвы. За это-то его и упекли в сумасшедший дом, где он написал длиннющую, как “Потерянный рай”, поэму “Возвеселитесь во Агнце” и первым в истории попытался сочинять на английском стихи в жанре библейской поэзии».
Дуглас постоянно пропускал сроки сдачи домашних заданий: за три года учебы ему удалось закончить всего три письменные работы. Впрочем, это может объясняться не столько его легендарной медлительностью, сколько тем, что учеба занимала лишь скромное третье место в списке его интересов – после театра и пабов.
Направляясь в Кембридж, Дуглас собирался вступить в студенческий театральный клуб «Огни рампы», и эта мечта сбылась, но не принесла особой радости ни ему, ни его одноклубникам. С первой попытки его не приняли – по словам Дугласа, «это был закрытый коллектив, состоящий из людей, чересчур довольных собой». Ему дали понять, что он еще совсем «зеленый новичок», и Дугласу пришлось удовольствоваться членством в кембриджском Обществе легких развлечений, ставившем увеселительные спектакли для больниц, тюрем и тому подобных заведений. Особой популярностью они не пользовались (по крайней мере, в тюрьмах), и впоследствии Дуглас вспоминал об этом периоде жизни с большим смущением.
Во втором семестре, обретя некоторую уверенность в себе, он вместе со своим другом Китом Джеффри решил попытать счастья на одном из открытых прослушиваний, которые время от времени устраивали «Огни рампы». Это были неформальные вечеринки, где любой желающий мог просто выйти на сцену и исполнить номер. «Оказалось, – вспоминал Дуглас, – у них есть один парень, совершенно непохожий на прочих членов комитета, – дружелюбный, внимательный и вообще приятный во всех отношениях, в отличие от всех остальных. Звали его Саймон Джонс. Благодаря его поддержке меня наконец-то приняли в “Огни рампы”. Но репертуар в “Огнях рампы” был очень традиционный: пантомима на Рождество, вечернее ревю в среднем семестре и какое-нибудь зрелищное коммерческое шоу в конце учебного года. Они обязаны были готовить эти три представления каждый год и потому не могли позволить себе никаких рискованных экспериментов. По-моему, Генри Портер, профессор истории и казначей “Огней рампы”, первым сказал, что своей славой клуб обязан не кембриджским спектаклям как таковым, а их последующим переработкам. Шоу “За гранью” родилось вне стен Кембриджа, как, собственно, и “Кембриджский цирк” (где дебютировал Джон Клиз). Все это были переработки, созданные уже после выпуска из университета. А самим “Огням рампы” приходилось держаться в рамках своих традиционных ежегодных постановок».
Поэтому не удивительно, что Дуглас быстро прославился как генератор неосуществимых идей. В «Огнях рампы» ему было тесно и неуютно (не в последнюю очередь потому, что почти никто из одноклубников не находил его идеи забавными), и в один прекрасный день он вместе с двумя друзьями организовал «раскольническую» группу, получившую название «Адамс – Смит – Адамс» (потому что двое из ее членов носили фамилию Адамс, а третий, как нетрудно догадаться, – Смит)[13].
«Мы вложили все наши деньги, фунтов сорок или около того, – вспоминал Дуглас, – и арендовали театр на неделю. Стало понятно, что хочешь не хочешь, а дело сделать придется. И мы всё написали, поставили, дали спектакль и были приняты на ура. Это было потрясающе. Мне очень понравилось».
После этого Дуглас окончательно и бесповоротно решил стать писателем – и впоследствии не раз об этом горько пожалел.
Спектакль назывался «Несколько плохих актеров будут бормотать и суетиться на сцене», а следующий отрывок из программки дает некоторое представление о том, каков был Дуглас Адамс в юные годы:
Прочитав следующую страницу (где перечислены действующие лица и исполнители), вы, должно быть, спросите с нетерпением: «Ну и когда же начнется шоу?» Не волнуйтесь. Оно начнется сразу же, как только вы прочтете первое слово следующего предложения. Что, неужели до сих пор не началось? Наверное, вы читаете слишком быстро. Что, все еще не началось? Ну нет, так не пойдет. Нельзя так быстро читать. Специально для вас компания «Адамс – Смит – Адамс» выпустила в свет полезное руководство «Как разучиться читать». С помощью этой небольшой книжицы вы сведете скорость своего чтения к нулю в кратчайшие возможные сроки. С каждой следующей страницей вы будете продвигаться все медленнее и медленнее. Здравый смысл подсказывает, что вы так никогда и не дочитаете наше руководство до конца, а это значит, что о более выгодной книге нечего и мечтать!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
