4. Глотание соленых огурчиков, ходьба задом наперед и прочее в том же духе
В наши дни Джон Ллойд – один из самых влиятельных комедийных продюсеров Британии. Своим успехом он обязан, среди прочего, таким телесериалам, как «Недевятичасовые новости», «Черная гадюка» и «Точная копия». Кроме того, Ллойд был помощником продюсера в телесериале «Автостопом по Галактике» и вместе с Дугласом написал сценарии для пятого и шестого эпизодов первого одноименного радиосериала, а также книгу «Смысл жызни»[16], к которой мы вернемся позже.
В 1973 году Ллойд состоял в «Огнях рампы». Он собирался податься в адвокаты, но «заболел» шоу-бизнесом и по окончании университета стал писателем-фрилансером и продюсером в отделе развлекательных передач на радио «Би-Би-Си».
Ллойд – феноменально занятой человек. Чтобы взять у него интервью для этой книги, мне пришлось приехать к девяти утра в понедельник в лондонскую студию «Точной копии» в Лаймхаузе, да и то я втиснулся в расписание с превеликим трудом: следующие в очереди уже наступали нам на пятки и отчаянно махали руками из-за стеклянных перегородок опенспейса.
«Я познакомился с Дугласом в университете, но тогда еще знал его не очень хорошо, – вспоминал Ллойд. – Я учился в Тринити-колледже, а он – в Святом Иоанне, по соседству. Дуглас сочинял для “Огней рампы” самые скучные юморески за всю историю клуба – если, конечно, верить его одноклубникам. Скетчи у него получались очень длинными… помню, один был про какое-то дерево, а другой – про почтовый ящик. Он выходил на сцену на открытых вечерах клуба и терзал аудиторию своими длинными, довольно-таки утомительными декламациями, которые в то время совершенно не вписывались в репертуар “Огней рампы”, состоявший в основном из танцев и песен.
В конце концов Дуглас ушел от них и вместе с Мартином Смитом и Уиллом Адамсом сделал два совершенно фантастических ревю, собравших полный зал, – а я как раз в то время делал ревю для Тринити-колледжа. (Собственно, “Огни рампы” в то время состояли сплошь из каких-то позеров, воображавших себя новыми Ноэлами Кауардами; но когда клубное здание снесли, чтобы построить торговый центр с парковкой, “Огни…” волей-неволей стали более открытыми и подвижными, и люди к ним потянулись.)
Некоторые (особенно сам Дуглас) полагали, что ревю “Адамса – Смита – Адамса” были куда лучше тех, что ставили “Огни рампы”, – и это чистая правда. Припоминаю один потрясающе смешной трюк, когда перед самым антрактом они вдруг стали говорить очень-очень медленно, чтобы публике стало невыносимо скучно и она сама потянулась из зрительного зала в бар.
Несколько раз я встречался с Дугласом на вечеринках, но по-настоящему мы познакомились только потом – когда покинули университет и съели не один пуд гамбургеров в “Тутси” на Ноттинг-Хилл. В конце концов мы даже стали вместе снимать квартиру.
Я работал продюсером на радио, а Дуглас вытворял черт знает что – например пытался писать в соавторстве с Грэмом Чепменом. Это было нечто несусветное: обычно они просто надирались в стельку. У Грэма дома целая комната была заставлена бутылками с джином (в фургоне он стал жить позже), и когда я работал на радио «Би-Би-Си», я иногда заглядывал к ним в перерыве. Обычно они выпивали по паре стаканов джина перед ланчем, потом шли в паб и решали все кроссворды во всех газетах, какие подвернутся под руку, не переставая выпивать. За пару часов оба усасывались вусмерть, и Грэм, бывало, расстегивал штаны и клал свой член на барную стойку… ну, это было прикольно.
Когда я возвращался с работы, Дуглас обычно уже был дома – и успевал к тому времени наплескаться в душе, выпить цистерну чая и сожрать всю еду, какую удастся найти в холодильнике. По вечерам мы садились за писанину. В квартире мы жили втроем – я со своей подружкой и Дуглас. Я-то работал на настоящей работе, а вот Дуглас скорее перебивался кое-как. Денег ему вечно не хватало, долг на кредитке рос, и с каждым днем становилось все хуже. И все эти неудачные проекты, один другого досаднее! Сначала они с Грэмом писали сценарий для фильма по Книге рекордов Гиннесса. Ничего у них не вышло, и тогда я подхватил эстафету. Мы с Дугласом довели сценарий до ума, “Организации Стигвуда” он понравился, и нас пригласили на обсуждение. Как же мы обрадовались! И какое нас постигло разочарование! После той единственной встречи от Стигвуда больше не было ни слуху ни духу, и нам даже не заплатили ни пенни.
Предполагалось, что это будет научно-фантастическая комедия об инопланетянах – самых злобных и свирепых во всей вселенной. В один прекрасный день им попадает в руки Книга рекордов Гиннесса, и они тут же бросают вызов землянам – давайте, мол, бороться, боксировать, наступать друг другу на руки и так далее, и посмотрим, кто из нас круче. Организация Объединенных Наций (кстати говоря, Генерального секретаря ООН должен был сыграть Джон Клиз) принимает вызов, но заявляет, что земляне хотят состязаться еще и во всякой дурацкой ерунде – вроде глотания соленых огурчиков, ходьбы задом наперед и прочего в том же духе. Ну и, разумеется, инопланетяне побеждают в серьезных соревнованиях, а земляне зато обставляют их во всех этих милых глупостях.
Потом мы решили перебраться в Роугемптон. И все было прекрасно, пока мы не дали объявление о поисках четвертого жильца. К нам потянулась вереница странных персонажей, один другого краше. Последний оказался совсем не в себе: однажды, вернувшись с работы, мы обнаружили, что он раскромсал на части все ковры, какие были в доме (а дом мы снимали у одной милой старушки), и вышвырнул их за окно, потому что они, мол, были “вонючие”. А в другой раз мы застали его за попыткой спилить живую изгородь перед домом – та ему показалась “неопрятной”. На этом мы с ним распрощались.
Я в то время выпускал “Конец недели” и все пытался пристроить Дугласа в это шоу. Еще я постоянно писал какие-то пустяки для разных юмористических передач, но Дуглас отказывался халтурить. Я тогда считал, что он не прав, что нужно уметь делать все, что умел я, а он не умел или не хотел. В конце концов я уговорил его писать для “Конца недели”, и Дуглас сочинил ужасно смешную юмореску про Джона Стоунхауса – что, дескать, тот на самом деле всегда притворялся дохлым[17], – но в формат шоу это не укладывалось. Это и правда было очень смешно, но не то, что требовалось.
Потом наши пути разошлись. Я продолжал работать продюсером на радио. Он оставался писателем-неудачником. Мы по-прежнему дружили, но Дуглас был уже на грани полного отчаяния и без гроша в кармане (мне приходилось покупать ему выпивку). В конце концов он стал подумывать, не завербоваться ли моряком на какое-то судно, ходившее до Гонконга, и практически поставил крест на писательской карьере.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
