Таким образом, к концу третьего месяца в войне наступило шаткое равновесие, нарушить которое мог любой шаг, предпринятый любой из сторон…
— Привет, принцесса!
Висса обернулась на голос и увидела мага, сидящего свесив ноги со своего балкона. Покои мага находились в главной башне замка, выше всех, и при желании маг обозревал свои владения с огромной высоты. Сейчас он улыбался Виссе, но она хорошо помнила его лицо, когда он со своего балкона расстреливал из пулемета небольшой отряд королевских разведчиков, сумевший незамеченным подойти почти что к самым стенам замка и тут на свою беду замеченный магом.
Меж тем маг, продолжая улыбаться, встал, скинул теплый, расшитый серебром халат и, оставшись в легких спортивных брюках и свободной белой рубашке с распахнутым воротом, ловко вскочил на натянутый между башнями аварийный силовой кабель. Балансируя раскинутыми в стороны руками, он легко пробежал по нему над стометровой пропастью и спрыгнул прямо перед принцессой.
— Как жизнь молодая? — спросил он весело и усмехнулся. Висса подумала, что ему многое можно было бы простить, если бы не эти постоянные усмешки, кстати, довольно противные, общение с ним, человеком умным и образованным, было бы весьма приятным времяпровождением, однако маг не желал избавляться от этой вредной привычки. Больше того, когда Валериан как-то сказал ему об этом, маг довольно прозрачно намекнул ему на то, что иногда гостям не вредно и помолчать. Умница Валериан моментально заткнулся, но обиду затаил. Впрочем, мага это не волновало.
Сейчас он опять весело усмехался, но глаза его были красные, уставшие — маг не спал трое суток. Вначале был глубокий и успешный рейд в тыл Эльгарта. Пока тяжелые корабли обстреливали побережье, маг с двумя катерами, пятью пиратскими кораблями и новеньким, только что сошедшим со стапелей монитором «Террор» поднялся на сотню миль вверх по реке Илль и сжег склады, в которые были свезены годовые запасы продовольствия для всей вражеской армии.
На обратном пути он атаковал небольшой город на берегу реки, снес стены огнем двенадцатидюймовок монитора и высадил десант. Пока пираты грабили, под главные здания города были заложены заряды взрывчатки и, как только эскадра отвалила от пристани, мощный взрыв сравнял город с землей.
Уйти в океан засветло не успели и, не доверяя лоцману, встали на якорь посреди реки. Ночью крупный отряд Эльгарта, квартировавший в соседней деревне, попробовал под покровом темноты на шлюпках приблизиться и взять корабли на абордаж. Шлюпки заметили и разбили снарядами, тех, кто пытался выплыть, осветили прожекторами и расстреляли из пулеметов, а деревню утром залили напалмом.
Потом, сразу после возвращения, маг почти сутки держал открытым портал в другой мир — вначале отправляли сталь, выплавленную на заводах мага, потом принимали контейнеры с оборудованием, а затем что-то, что маг назвал «бактериологическим оружием» и к чему запретил даже прикасаться. Сейчас он, по видимому, как раз собирался лечь спать — волосы его были еще влажными после душа. Похоже, встреча с принцессой была чистой случайностью.
— Поганая жизнь. Надоело мне здесь.
— А что так?
— Холодно — поежилась принцесса. Маг рассмеялся.
— Вы привередливы. Альбин вон с утра до ночи тренируется и ни одной жалобы.
— Он всегда был помешан на оружии. Когда ты подарил ему Клинок Тьмы, ты стал для него кумиром и он во всем хочет быть похожим на тебя, а ведь ты никогда не жалуешься.
— Не сотвори себе кумира… Просто он выносливее всех. Что касается меня, то я, например, и дня не выдержал бы у вас во дворце.
— Почему?
— Жарко — маг рассмеялся. — Ты не подумала, что я спрятался в горах еще и потому, что родом из куда более холодных мест?
— Тогда почему ты заставляешь нас сидеть здесь?
— Я никого не заставляю. Мы сидим потому, что у Эльгарта вдесятеро больше и солдат, и магов.
— Но ты сам говорил, что солдат с вашим оружием стоит сотни обычных воинов. Оружия в замке во много раз больше, чем нужно, но вооружена им только ваша личная гвардия. Почему-бы не раздать это оружие остальным?
— Ну, ты даешь! — Маг расхохотался было, но потом резко оборвал смех. — Знаешь, один наш писатель сказал: «Если Бог создал мужчин по своему подобию, то женщины — просто бесподобны». Подумай сама, зачем я буду создавать здесь современную армию? Чтобы твой брат, когда мы покончим с Эльгартом, явился сюда, взял мой замок и пристрелил меня из моего же пистолета?
— Почему ты видишь в людях только плохое?
— Потому что мало видел от людей хорошего. Думаешь, я не вижу, как твой брат на меня зыркает? Он ненавидит меня, потому что я сильнее его, потому что мне безразлично его мнение, потому что я не стал помогать ему как верный вассал, а потребовал за помощь целый остров. Вот увидишь, как только мы победим, он станет моим самым страшным врагом. Впрочем, неопасным.
— Почему же ты помогаешь ему? И зачем тебе остров?
— А я и не помогаю ему. Остров мне нужен под военную базу. И потом там богатейшие залежи вольфрама. Главное же, я хочу грохнуть этого мерзавца Бойла, мага Эльгарта. Это мой единственный по-настоящему опасный враг в этом мире, хотя он и не очень сильный маг.
— Это один из тех, кто пришел вместе с тобой?
— Да.
Маг начал быстро ходить взад-вперед по балкону. Потом повернулся к принцессе, и она увидела, как побелело от злости его лицо.
— Он плохой маг, но по силе он второй после меня. Он не может пробиться домой, но он знает, как использовать то, что здесь есть. И он почти не чувствует боли.
— Какое отношение имеет боль к вашей вражде?
— Черная магия весьма болезненна, принцесса. Энергия, перекачиваемая черным магом, в отличие от той, что используют последователи белой магии, жесткая, а энергия, которую я качаю из реактора, вообще вызывает дикую боль. Поэтому даже я и то стараюсь пользоваться тем, что создаю в лаборатории, а сам колдую очень редко. Зато благодаря этому я не боюсь, что кто-нибудь воспользуется моим источником — не зная его природы, он помрет от болевого шока раньше, чем сумеет что-либо сделать. Но Бойл боли не чувствует. Если он получит реактор, то станет сильнейшим в мире.
— А ты боишься?
— А я не хочу осложнений. Пойми, если со мной что-либо случится, это ударит не только по мне.
— А по кому еще? По твоим землякам, которые сейчас тренируют новичков?
— Откуда ты знаешь, что они мои земляки?
— Они другие, не такие, как мы. Иначе говорят, иначе держатся. Ты в разговоре с ними иногда употребляешь непонятные слова.
— Да, если погибну я, они погибнут тоже. А может, и не погибнут. Они прошли страшную войну и получили отличную подготовку. Они прошли через миры, а значит, не стареют, не болеют, их раны заживают впятеро быстрее, чем у обычных людей. Нет, они-то как раз выживут.
— Значит, достанется тому, кто привел их сюда?
— Сюда их привел я.
— Ну, сюда-то может и ты, а вот из их мира увел кто-то другой. Они воевали, а последняя крупная война в твоем мире случилась при тебе. Они — твои ровесники, так они и выглядят. Но ты мог вытащить их сравнительно недавно, они успели бы состариться к тому времени, как ты набрал достаточную мощь, чтобы пробиться домой.
— Верно. — Маг усмехнулся, потер подбородок. — Хорошо, я расскажу тебе все, если ты пообещаешь молчать о том, что услышала.
— Клянусь.
— Тогда слушай. Помнишь, я говорил об адмирале, который вышвырнул меня сюда?
— Помню.
— Этих людей вытащил он. Вытащил, чтобы выиграть войну.
— Но война кончилась…
— Для нас — нет. Мы не проиграли войну, ее проиграли политики, растерявшие союзников. В критический момент, когда все было поставлено на карту, Китай ударил нам в спину. А ведь мы воевали с ними единым фронтом. Они потом тоже получили свое, но это их проблемы. Хуже то, что по условиям договора, наша страна не имеет больше армии. Но это, с другой стороны, и хорошо. Сейчас армию на Земле имеет только Америка, страна-победитель. А так как им не с кем воевать, их армия всего миллиона два, а новое оружие не изобретается уже пятьдесят лет. Адмирал же вытащил почти полтора миллиона профессиональных солдат. У него была большая, отлично вооруженная база, аппаратура для перехода через миры, отличный флот. Потом он сумел пробиться дальше, создал новые базы, вытащил новых людей, и так далее. В какой-то момент мы с ним столкнулись. Мы знали друг друга с начала войны и сразу нашли общий язык. У меня была готовая промышленность, научный задел и налаженная торговля, у него — армия и флот. Теперь у нас три миллиона солдат и мы готовы вернуться и окончить войну так, как надо. Поэтому сейчас я готов уничтожить любого, кто встанет на нашем пути.
— Но захотят ли ваши соотечественники новой войны? Они ведь жили мирно десятилетия.
