- Не похожа? Чем же это? Разве тем, что я левша и родинка у меня на левой щеке, а не на правой?
- Не в родинке дело. Я заметила, что ты... не обижайся, пожалуйста, Яло... что ты труслива. Но я простила бы тебе, если бы в твоем характере не было еще одной черты...
- Скажите пожалуйста, она бы простила мне! Ты говоришь со мной так, будто бы я у тебя в подчинении. Хоть я и твое отражение, не забывай, что я такая же девочка, как и ты. Интересно, какая это у меня еще неприятная черта?
- Ты можешь оставить человека в беде, Яло. Неужели тебе не жалко Гурда?
Яло промолчала.
- Прости меня, Оля, - в смущении заговорила наконец Яло. - Я не понимаю, почему я такая... Мне очень хочется быть хорошей, но как я ни стараюсь, у меня ничего не получается. Ты знаешь, о чем я даже думала? О том, что эти мои недостатки - это твои недостатки. Но теперь я вижу, что ты такая добрая. Тут, верно, какая-то ошибка.
Оля почувствовала, как горячо стало ее щекам. "Бедная Яло, - подумала она, - никакой ошибки тут нет. Ты привыкла отражать мои недостатки и никак не можешь от них избавиться. Когда заболела одна девочка из нашего класса и мы пошли навестить ее, я всю дорогу ныла, что она живет очень далеко. Я думала не о больной подруге, а только о себе самой. Вот так же, как Яло теперь!"
Оля положила руку на плечо Яло и тихо сказала:
- Знаешь, Яло, о чем я вдруг подумала, когда увидела Гурда? Я подумала, что настоящая пионерка не может заботиться только о себе, когда другие нуждаются в ее помощи. - Она порывисто протянула спутнице руку. Давай больше никогда не будем ссориться, Яло! Я знаю, что ты хорошая девочка и непременно освободишься от своих недостатков. Нужно только по-настоящему захотеть! Я это знаю по себе...
Прихрамывая одна на левую, а другая на правую ногу, девочки подошли к дворцовым воротам. Два стражника скрестили перед ними алебарды.
- Уважаемые стражники, - сказала Оля, - нам очень, очень нужно видеть его величество короля Топе еда!
- Что-о-о?..
Стражники расхохотались так громко, что девочки испуганно отскочили в сторону.
- Девчонки, кажется, рехнулись! - сказал один из них.
- А ну-ка, проваливайте подобру-поздорову! - взмахнул алебардой другой.
Девочки побрели вдоль ограды.
А дворец сверкал. Из распахнутых окон доносилась музыка и веселые голоса. Было видно, как в огромном зале кружатся танцующие пары. Должно быть, король давал во дворце бал.
- Я говорила тебе, что нам во дворец не попасть, - вздохнула Яло, со страхом оглядываясь на стражников, которые еще громко смеялись.
Оля стиснула ей руку.
- Никогда не нужно терять надежды, Яло! Так говорил мне папа. Только раньше я как-то не задумывалась над этими словами.
- Никакой надежды больше нет. Я очень устала. У меня болит нога, и я хочу есть, - хныкала Яло.
- Давай попробуем обойти вокруг дворца и найти другой вход.
- Пусть даже сто километров! Мы должны сделать все, чтобы спасти Гурда! - сказала Оля и подумала: "Вот так же ныла и я, когда шла с девочками к больной подруге. Как была права бабушка, когда говорила, что мне нужно посмотреть на себя со стороны!.. И вот теперь я смотрю на себя со стороны. Какой стыд!.." Яло начала отставать.
- Больше я не могу идти, - жалобно простонала она и села на землю.
- Яло, милая, ну потерпи еще немного!
- Не могу.
Из глаз Яло закапали слезы и зазвенели о плиты мостовой.
В это время мимо девочек проезжала какая-то подвода, покрытая блестящим брезентом. Две мужские фигуры виднелись наверху. Девочки слышали, как глуховатый голос сказал:
- Послушай, приятель, неужели король все это съест один? - и человек похлопал по брезенту рукой.
- Наш король на аппетит не жалуется, - ответил другой голос, и оба рассмеялись.
- Что это везут? - спросила Яло.
- Кажется, провизию во дворцовую кухню, - ответила Оля и вдруг оживилась. - Яло, я все придумала! Скорей бежим! - Она потянула подругу за рукав. - Давай попробуем попасть во дворец на этой подводе.
Прихрамывая, девочки догнали подводу, вскочили на нее и забрались под брезент. Там они нащупали несколько корзин с чем-то пушистым и мягким и влезли в одну из корзин.
Через некоторое время подвода остановилась. Девочки почувствовали, что корзину, в которой они спрятались, сняли с подводы и куда-то несут. И оттого, что потянуло горячим воздухом и запахло жареным, они поняли, что их принесли в кухню.
- Что в этой корзине? - раздался чей-то резкий голос.
- Двадцать фазанов, господин главный повар, - хрипло ответил другой. - И такие тяжелые, что оборвали нам руки!
- Охота была удачная, жаловаться не приходится, - добавил кто-то.
- Поставьте корзину вот здесь, у стены, - последовало приказание, и корзина стукнулась об пол.
В кухне кто-то сновал взад и вперед, звенела посуда, стучали ножи, было слышно, как на плите дребезжали крышки кастрюль и что-то шипело. Девочки не видели, как по кухне сновали озорные поварята в халатах и белых колпаках, размахивая половниками, но зато они услышали их веселую песенку:
Аппетит у короля,
Ох, велик, тра-ля-ля!
Очень любит кушать он,
Целый день на кухне звон!
Целый день мы варим, варим,
Целый день мы жарим, жарим
И цыплят, и поросят,
И утят, и индюшат!
И соленья, и варенья
Королю на объеденье!
Ох, скорей бы, тра-ля-ля-ля,
Разорвало короля!
- Ах вы, пострелята! - зазвучал женский смех. - Вот услышит главный повар, вашу песенку - не миновать вам Башни смерти!
Мало-помалу все стихло. Издалека донесся голос:
- Тетушка Аксал!
- Да, господин главный повар, - ответил женский голос.
- Разбери фазанов, тетушка Аксал, и вынеси их на лед.
- Слушаю, господин главный повар.
- А я пошел спать.
- Спокойной ночи, господин главный повар.
Возле корзины раздались шаги, и фазаны над головами девочек зашевелились.
ГЛАВА ПЯТАЯ, в которой Оля и Яло превращаются в придворных пажей
- Вот так фазаны! - изумленно воскликнула тетушка Аксал. - Клянусь всеми кривыми зеркалами королевства, я, старая кухарка, никогда не видела дичи с бантами в косах!
Перепачканные, сконфуженные девочки встали перед женщиной в белом колпаке, который горой поднимался над ее красным добродушным лицом.
- Ах вы, фазанята! Да как же вы попали в эту корзину? Недаром, видно, сказали, что охота была удачная!
- Мы... мы... - сказала Яло, облизывая пересохшие губы, - мы заблудились...
- Заблудились? - насмешливо перебила кухарка. - Однако шутки плохи. Знаете ли вы, фазанята, что вам будет за то, что вы непрошеными явились во дворец?
- Знаем.
- Они говорят "знаем" так спокойно, как будто я их спрашиваю, знают ли они свою маму.
Оля нерешительно выступила вперед.
- Вы добрая женщина. Вас, кажется, зовут тетушка Ласка?
- Тетушка Аксал, девочка.
- Это одно и то же. Ну, хорошо. Пусть будет тетушка Аксал. Дорогая тетушка Аксал, вы поймите нас... Мы пришли во дворец. Ах, у нас такое горе!
Мы пришли, чтобы...
- Никогда не видела, чтобы люди ходили в корзинах, - усмехнулась кухарка. - Какое же у вас горе, фазанята?
Оля не успела ответить, потому что за стеклянными колоннами раздались чьи-то шаги, и эхо звонко повторило их в огромной пустой кухне.
- Кажется, возвращается главный повар, - сказала тетушка Аксал, и ее лицо стало озабоченным. - И какая блоха его укусила? Вот что, фазанята, вам лучше не попадаться ему на глаза. Пойдемте-ка в мою каморку, а там будет видно, что делать.
По узенькой винтовой лестнице девочки поднялись вслед за тетушкой Аксал в ее крошечную комнатку, которая не блистала дорогой мебелью, но была очень опрятна и чиста.
- Вот вода и умывальная чашка. Помойтесь как следует. А в шкафчике есть что покушать. Ведь вы, наверно, голодны?
- Ужасно! - воскликнула Яло.
Кухарка ласково провела рукой по ее волосам и сказала:
- Отдыхайте, фазанята, я скоро вернусь.
Когда тетушка Аксал снова появилась в своей комнатке, девочки уже вымылись и поели. У Яло слипались глаза, и она с ожесточением терла их кулаками.
- Ну, а теперь выкладывайте-ка мне все, - сказала кухарка Оле. - Ты, я вижу, будешь покрепче сестренки. Смотри, как ее разморило. А ведь, если меня не обманывают глаза, вы близнецы?
Выслушав рассказ о мальчике Гурде, тетушка Аксал задумчиво подперла подбородок ладонями.
- Доброе у тебя сердечко, девочка, - наконец проговорила она. Только Гурда спасти трудно. Слышала я, что его уже отвезли в Башню смерти и заковали в кандалы на самой ее вершине. Завтра король утвердит приговор суда.
- А если я очень-очень попрошу короля?
Тетушка Аксал грустно улыбнулась.
- Разве ты не знаешь, что наш король сам ничего не решает? Он подписывает то, что сочиняют министры. А министры всегда сочиняют то, что им выгодно. Они только о том и думают, как бы туже набить золотом свои мешки да устрашить людей. Ах, девочка, как хорошо все это я знаю! Ведь мой брат работает в зеркальных мастерских Нушрока, а я сама когда-то добывала рис на зеркальных болотах Абажа.
