— А я разве не даю тебе жить?
— Я хочу быть счастливой.
— Я ничем не ограничивал тебя. Ты могла делать все, что тебе заблагорассудится.
— И, по-твоему, это нормальные отношения между мужем и женой?! — с горечью спросила Лора.
— Это нормальные отношения двух взрослых людей.
— Тебе всегда было наплевать на меня и на наших детей.
— Не впутывай сюда Ричарда и Джейн.
— Они выросли. К моему величайшему сожалению, от тебя унаследовали больше, чем от меня. Ричарда интересуют только деньги и автомобили, а для Джейн — ты вообще кумир. Не удивлюсь, если она выйдет замуж за кого-нибудь вроде тебя.
— Потому что Джейн думает головой!
— В любом случае я устала изображать из себя счастливую супругу мистера Радферна. Я еще молода и достойна лучшего.
— Интересно чего? — с сарказмом спросил Билл.
— Я уезжаю в Европу.
— Пожалуйста. Разве для этого нужно разводиться?
— Ты не понял, Билл, — со снисходительной улыбкой ответила Лора. — Я уезжаю вместе с любимым мужчиной.
Билл похолодел. Похоже, Лора не шутила. Ее решительный тон и прямой взгляд свидетельствовали о том, что она говорит правду. Лора и в самом деле собралась подать на развод ради своего любовника. Сейчас она служила прекрасной иллюстрацией к утверждению, что все женщины ангелы, но, когда им ломают крылья, им приходится летать на метле. До поры до времени она была мисс (а затем миссис) Совершенство, но ей надоело играть чужую роль. Можно сказать, что ей стало тесно в корсете совершенной жены, светской дамы и матери семейства, и она предпочла сменить его на просторные лохмотья изменницы и легкомысленной авантюристки.
— Кто он? — задал резонный вопрос Билл.
— Разве тебе не все равно?
— Кто он, Лора? — повторил Билл уже более требовательно.
— Энрике Феррас.
— Это имя должно мне что-то сказать? — в недоумении спросил Билл, поскольку впервые слышал это имя.
— Энрике — всемирно известный гитарист.
— А-а-а… — протянул Билл. Его распирало от желания захохотать, но он сдержался, понимая, что смех только усугубит ситуацию.
— Мы с Энрике любим друг друга.
— Ну разумеется. — Билл откинулся на спинку кресла и закинул руки за голову. Эта поза говорила о том, что он чувствовал свое превосходство и не желал этого скрывать.
— Ладно, я опаздываю на тренировку, — по привычке ушла от прямого конфликта Лора. — Я уже попросила своего адвоката подготовить документы на развод.
Она вышла, осторожно прикрыв за собой дверь. В этом была вся Лора — выдержанная, спокойная, хорошо воспитанная. За двадцать лет супружеской жизни она ни разу не повысила голос ни на мужа, ни на детей. По ее разумению, это унизило бы ее. Однако сейчас ее холодная решительность и внешнее спокойствие впервые вывели Билла из себя. Он раздраженно пнул ногой столик, на который до этого положил газету, но от боли и невозможности что-либо изменить его ярость только усилилась.
3
Том остановил скутер у цветочного магазинчика как раз в тот момент, когда Кэтти запирала дверь.
— Привет, малыш! — радостно поприветствовал ее Том.
— Привет! Помоги мне, пожалуйста.
Том проворно соскочил со скутера и подбежал к ней.
— Возьми цветок.
Том удивленно посмотрел в ту сторону, куда указывала рука Кэтти. Справа от ступенек стоял стеклянный горшочек с необычным растением. Изогнутые стебли и причудливой формы цветы сразу привлекали к себе внимание, завораживая утонченной гармонией цвета и формы.
— Решила купить цветок? — спросил Том, осторожно подняв орхидею с земли. Он внимательно осмотрел ее со всех сторон и одобрительно покачал головой. — Красивый.
— Это подарок, — со смущенной улыбкой ответила Кэтти.
Том вопросительно изогнул бровь. Он впервые видел Кэтти такой довольной и кокетливой.
— Давай я расскажу обо всем дома, — предложила она. — Ужасно устала.
Том погрузил цветок в специальную корзину позади скутера, в которой обычно перевозил корреспонденцию или коробки с пиццами. Затем они с Кэтти сели на скутер и медленно покатили в сторону дома, благо снимаемая ими квартира находилась неподалеку.
Дома, разогрев в микроволновке лазанью и сев за стол, Том и Кэтти начали по обыкновению делиться новостями прошедшего дня. Впрочем, у Тома не произошло ничего необычного. Весь день он мотался из одного конца города в другой, думая лишь о том, что вечером снова увидит Кэтти. Зато Кэтти искрилась от радости. Ведь сегодня был самый удивительный день в ее жизни! Она встретилась с мужчиной своей мечты.
— Представляешь, в магазин зашел мужчина, как две капли воды похожий на Ричарда Гира! Нет, на Джоржа Клуни… Нет, не то. — Кэтти замахала руками. — В общем, он был лучше их всех.
— И он подарил тебе цветок? — спросил Том, пытаясь скрыть недовольство и огорчение.
— Да.
— За какие такие услуги? — Том буквально сверлил Кэтти глазами, но она была так счастлива, что пропустила его оскорбительное замечание мимо ушей.
— Он пришел за цветами для своей жены. У них сегодня как раз двадцатая годовщина свадьбы. А когда он понял, что я в восторге от орхидеи, то купил сразу две. Одну — жене, а вторую мне. Вот и все. — Беглый рассказ Кэтти оставил много неясностей для Тома. Однако он понял главное: мужчина, вызвавший у Кэтти такую бурю восторга, женат.
— Надеюсь, ты не влюбилась в женатого человека? — спросил Том таким тоном, словно Кэтти была его младшей сестрой, которая провинилась.
— Нет… что ты… — растерянно похлопав ресницами, ответила Кэтти. — Мне до него, как до Эйфелевой башни. Он такой воспитанный, умный, красивый…
Она мечтательно закатила глаза, и Том готов был взорваться от негодования. Ну почему она никогда не говорила таких слов о нем, о друге детства?! А стоило какому-то пижону подарить ей чахлый цветок, как она тут же растаяла!
— Если бы ты только знал, сколько стоит тигровая орхидея, ты бы просто умер! — продолжала взахлеб Кэтти.
— Сомневаюсь, что подобная новость смогла бы меня убить или хотя бы покалечить, — со злостью ответил Том.
— Билл настоящий джентльмен. Наши сверстники не способны на такие поступки! — не унималась Кэтти, не замечая, что сидящий по ее правую руку Том становится все мрачнее и мрачнее.
— Ты даже знаешь его имя?
— Да. Он, как воспитанный человек, представился. Даже визитку свою оставил, но я ее куда-то запихнула… — Кэтти махнула рукой, дав понять, что карточка Билла не имеет для нее значения.
Однако Тома было не так-то просто провести.
— Он приставал к тебе?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
