В финансовой сфере правительство сделало ставку на денежный станок. Если царский Совет министров за годы войны выпустил бумажных денег на сумму 8,3 млрд. руб. (выпуск золотых был прекращен в 1914 г.), то Временное правительство за неполные восемь месяцев выпустило бумажных денег на сумму свыше 9,5 млрд. руб. Более того, казначейству было разрешено выпускать примитивные деньги – на плохой бумаге, без подписи и дат, достоинством в 20 и 40 руб. («керенки»). Это подорвало денежную систему. К октябрю 1917 г. стоимость 1 рубля упала до 7 копеек, государственный долг достиг 49 млрд. золотых руб., в том числе 11,2 млрд. приходилось на иностранные займы. Министр финансов Н. В. Некрасов объяснял финансовый кризис непомерно растущими расходами на содержание многочисленных комитетов (прежде всего продовольственных и земельных) и ростом зарплаты рабочих и служащих государственных предприятий и учреждений. Социалисты же видели причину в огромных военных расходах и сокрытии от налогов доходов имущих классов. Расстроенное денежное обращение, подорвав финансово-кредитную систему, тянуло в пропасть всю экономику.
Одним из вопросов, на котором «поскользнулось» Временное правительство, стал национальный вопрос, имевший для многонациональной России принципиальное значение.
17 марта правительство опубликовало декларацию о согласии на создание в будущем независимой Польши при условии, что она будет находиться в «свободном военном союзе» с Россией. Документ носил преимущественно пропагандистский характер, т. к. Польша была оккупирована Германией.
20 марта был принят закон «Об отмене вероисповедных и национальных ограничений», отменивший наиболее унизительные ограничения, прежде всего «черту оседлости» евреев. «Равноправие евреев, – писал тогда М. Горький, – одно из прекрасных достижений нашей революции».
Более сложным и практически неразрешимым для правительства оказался вопрос с правами Финляндии и Украины, где было выдвинуто требование политической автономии. Оно противоречило позиции кадетов в области национально-государственного строительства, стремлению сохранить Россию «единой и неделимой».
В 1910 г. царское правительство в ответ на проявленное в годы первой русской революции стремление Финляндии выйти из России провело через третью Государственную думу закон, фактически ликвидировавший финскую автономию. 7 марта 1917 г. Временное правительство отменило его и приняло «Акт об утверждении конституции Великого княжества Финляндского». Он исключал политическую независимость и ограничивался лишь культурной автономией Финляндии и обещанием в будущем расширить права финляндского сейма в отношении суда, финансов, свободы печати и союзов. Это не удовлетворило сейм. В разгар правительственного кризиса 5 июля он принял «Закон о власти», провозгласивший независимость Финляндии во внутренних делах и ограничивший компетенцию Временного правительства вопросами военной и внешней политики. 12 июля сейм отправил в адрес правительства требование признать неотъемлемые права Финляндии. Одновременно в Петроград прибыла социал-демократическая делегация сейма с надеждой найти поддержку во ВЦИК. Однако советские лидеры поддержали Временное правительство, которое 18 июля заявило о невозможности «предвосхищать самочинно волю будущего Учредительного собрания» и постановило распустить сейм, пообещав созвать новый к ноябрю.
16 августа, в ответ на попытку финских депутатов собрать распущенный сейм, его здание было занято войсками. Это стало поводом к созданию отрядов национальной гвардии (шюцкор). Финляндия стала готовиться к вооруженной борьбе за свои права.
Украинский вопрос обострила Центральная рада (ЦР), созданная в Киеве 4 марта тремя украинскими социалистическими партиями (социалистов-федералистов, социал-демократов и социалистов-революционеров). Вскоре в ее состав вошли представители партий и организаций национальных меньшинств, проживавших на Украине. Ее председателем стал М. С. Грушевский (эсер), который выступил с призывом бороться за автономию Украины, «создать украинское народовластие и государственное право Украины в союзе с другими народами Европы в федеративной республике Российской». Исполнительным органом ЦР стал созданный в июне Генеральный секретариат (председатель – социал-демократ В. К. Винниченко). Центральная рада поддерживала Временное правительство, но при этом стремилась укрепить свои позиции созданием «единого украинского фронта». Она стала формировать национальные части, отзывая воинов-украинцев из различных военных округов и фронтов на Украину. Непосредственно этой работой занимался Всеукраинский войсковой комитет Рады во главе с украинским социал-демократом С. В. Петлюрой. Русская армия стала распадаться по национальному признаку. Но это позволило Центральной раде представлять себя украинским парламентом.
10 июня она приняла свой 1-й Универсал, потрясший правящие верхи страны. «Пусть будет Украина свободной, – провозглашалось в нем. – Не отделяясь от всей России, не разрывая с Государством Российским, пусть народ украинский на своей земле получит право сам распоряжаться своей жизнью». В документе содержалось требование к Временному правительству предоставить Украине политическую автономию в составе России, ввести в правительстве должность комиссара по украинским делам, часть средств, собираемых на Украине в виде налогов, передать ей на национально-культурные нужды. «Универсальный акт» об автономии Украины одобрил Всеукраинский войсковой съезд, состоявшийся в Киеве 5–12 июня.
Центральный орган партии кадетов газета «Речь» сразу назвала Универсал «германским планом разложения России». Для переговоров с украинскими «сепаратистами» в Киев выехали члены Временного правительства: военный и морской министр А. Ф. Керенский, министр иностранных дел М. И. Терещенко, министр почт и телеграфов И. Г. Церетели. Они согласились признать Генеральный секретариат в качестве высшего органа управления делами Украины, но состав его формировать в Петрограде по согласованию с Киевом. Руководство Центральной рады обещало прекратить создание украинских национальных частей, а вопрос о политической автономии отложить до Учредительного собрания.
Министры хотели провести достигнутое соглашение через правительство в экстренном порядке, но встретили упорное сопротивление четырех министров-кадетов во главе с А. И. Шингаревым. Компромисс с украинцами кадеты рассматривали как измену: ведь идея «великой России» составляла суть кадетского национал-либерализма и украинская автономия была несовместима с ней. Поскольку правительственное большинство одобрило итоги переговоров, министры-кадеты 2 июля демонстративно подали в отставку. Созданное в мае первое коалиционное правительство развалилось. Возник острейший правительственный кризис, который перерос в кризис революции.
Внешняя политика. Во внешней политике соперничество Временного правительства и Петросовета проявилось в том, что первое стремилось выполнить союзнические обязательства, а второй искал пути заключения демократического мира, т. е. мира без аннексий и контрибуций.
Страны Антанты стремились сохранить в своих рядах Россию. Русский фронт сковывал почти 160 дивизий противника, на 16,5 дивизий больше, чем западный. 11 марта на торжественном приеме послов Франции, Великобритании, Италии министр иностранных дел Милюков от имени правительства заверил, что Россия будет неизменно соблюдать заключенные договоры и вытекающие из них соглашения.
Иную позицию занял Петросовет. 14 марта он принял обращение «К народам всего мира», призвав трудящихся воюющих стран, прежде всего германский пролетариат, последовать примеру русских рабочих, сбросить с себя «иго самодержавного порядка» и дружными усилиями прекратить мировую бойню. «Наступила пора народам взять в свои руки решение вопроса о войне и мире», – провозглашалось в документе. Обращение было проникнуто преувеличенной верой в классовую солидарность пролетариев всех стран, сознательность солдат противника и содержало уничижительные оценки прошлого России («главный устой мировой реакции», «жандарм Европы», «азиатский деспотизм»). Уязвимость позиции Петросовета состояла в том, что, призывая другие народы бороться с захватнической политикой своих правительств, сам он поддерживал Временное правительство, которое продолжало войну.
22 марта в интервью корреспондентам российских газет П. Н. Милюков четко и откровенно изложил военную программу правительства: раздел Австро-Венгрии и присоединение Галиции к России, ликвидация Османской империи и присоединение к России турецкой Армении, Константинополя, черноморских проливов. Мир «без аннексий» Милюков назвал германской формулой, «которую стараются подсунуть международным социалистам».
