протягиваю ей десятидолларовую купюру. — Этого должно хватить.
Она улыбается, глядя на деньги.
— О-о-о. Можешь сводить меня за покупками? — Слезы исчезли ужасно быстро. Она чертовски талантливая актриса. Наверняка мать научила ее получать то, что она хочет.
— По магазинам? — Я ворчу. — Нет, черт возьми.
Она снова дуется, но я на это не ведусь.
— Я вернусь. Слушай Пэм и принимай лекарства.
Уилла Мэй корчит рожицу и показывает язык. Чертово отродье. Я соскакиваю с табурета и отправляюсь на поиски Граджа.
Я нахожу его снаружи, когда он возится с дверью машины Пэм со стороны водителя. Это четырехдверный седан, который нужно отбуксировать и сдать на металлолом. Нижняя часть двери со стороны водителя проржавела.
— Привет, мужик. У тебя есть минутка?
— Пытаюсь отпереть этот кусок металлома для Пэм. Запер чертовы ключи в ней. Что тебе нужно?
— У тебя все еще есть детский шлем, который ты хранил для Темпест?
— Должен быть в гараже. Зачем он тебе?
— Чертов Мёрдер поручил мне посидеть с ребенком. У меня тут восьмилетняя девочка по имени Уилла Мэй, которую я опекаю.
Грэдж поглаживает подбородок, проводя пальцами по седеющей бороде.
— Уилла Мэй, говоришь. Это девочка Алексы. Светловолосая. Хорошенькая малышка. — Его обветренное лицо светлеет.
— Ага, она самая, болтушка.
Он посмеивается.
— Черт. Алекса всегда доставляла неприятности. Да, ты можешь взять шлем.
— Что ты скажешь об этой Алексе? — спрашиваю я, следуя за ним в гараж, который находится за зданием клуба.
— Она была лучшей подругой дочери Преза.
— Рошель? — Ее фотография висит в здании клуба в коридоре у кабинета Преза. Рошель была красивой девушкой. Длинные светло-каштановые волосы, большие карие глаза. Веснушки на переносице. Готов поспорить, я смотрел на ее фотографию сотни раз. Я часто прохожу мимо. Так жаль, что молодая жизнь прервалась слишком рано.
— Ага. Упокой Господь ее душу. Алекса была с ней. В машине с ней. Сама едва не погибла, но осталась в живых. Мёрдер всегда питал к ней слабость, но девушка вечно попадала в неприятности и нуждалась в том, чтобы он пришел ее спасать. Имеет привычку встречаться с неудачниками, которые демонстрируют свою любовь кулаками. Имеет проблемы. Врачи называют это виной выжившего.
Блядь.
— Малышка когда-нибудь попадала под раздачу?
— Один раз. Убийца угрожает ей. Говорит, что, если она не возьмет себя в руки, он заберет у нее Вайллу Мэй, но никогда не доводит дело до конца. Он каждый раз, черт возьми, идет туда и играет в героя. Говорит, что Рошель хотела бы этого.
Я почесываю затылок. Дочь Преза погибла в средней школе. Напилась и превысила скорость. Это было до того, как я стал здесь жить. Градж открывает гараж и начинает рыться в старых коробках на одной из полок у задней стены.
— Эврика, — кричит он спустя несколько минут и достает маленький черный шлем с розовым черепом на затылке. — Должен подойти по размеру. — Он протирает верх старой тряпкой, чтобы убрать с него пыль.
— Спасибо, мужик.
— Без проблем. Теперь, когда Темпест подросла и стала слишком крутой, чтобы болтаться с дедушкой, он здесь ничего не делает, только пыль собирает. — Он улыбается, но я вижу вспышку в его дымчато-серых глазах, которая говорит о том, что он скучает по ней.
— Думаешь, она захочет подработать няней?
Он качает головой.
— Сегодня суббота. Она уехала на выходные к отцу. Боюсь, ее не будет дома до завтрашнего вечера.
— Стоило попробовать.
Градж хлопает меня по спине.
— Не волнуйся. Алекса много из себя строит, но она хорошая мама. Скоро она будет ломиться к тебе в дверь за ребенком.
— Хорошо. Я верну тебе его, как только он будет не нужен.
Я беру шлем и возвращаюсь в клуб, чтобы забрать ребенка. Клуб — это не лучшее место для ее прогулок. Я кладу шлем на сиденье своего мотоцикла, и когда я захожу в «Площадку дьявола», удивленно застываю на месте, потому что не верю тому, что вижу. Уилла Мэй сидит на барной стойке, а Роан, татуировщик клуба и перспектива, держит ее за руку.
Я топаю к ним, мое настроение портится. Чертовски схожу с ума. Похоже, он делает ей татуировку.
— Какого черта ты делаешь?
— Смотри, Ист. — Уилла Мэй повернула ко мне голову лучезарно улыбаясь и подняла руку. — Роан сделал мне татуировку с подсолнухом. — Под подсолнухом курсивом написано одно слово. Леди.
Пиздец.
— Спокойно, чувак, она временная. Скоро смоется.
Я выдохнул.
— Ты. — Я указал на нее. — Слезай оттуда. — Я поворачиваюсь обратно к Роану. — Где Пэм?
— Занята. Связью. — Он смеется. Линк — муж Пэм. Линк, Градж и Пэм управляют клубом «Дьявольская площадка».
— Черт, даже знать не хочу. Уилла у тебя с собой рюкзак? Лекарства?
— Ага. Я смогу снова прокатиться на твоем мотоцикле? — В ее карих глазах блестит жажда приключений.
— Я принес тебе шлем.
— Круто. — Она соскальзывает с барной стойки с помощью Роана.
— Увидимся позже, крокодил, — говорит он, протягивая ей кулак для удара
— Пока — пока крокодил, — поет она, проскакивая к выходу, волоча по полу рюкзак.
— Милый ребенок. Она о тебе не умолкала. Просто будь осторожен.
— Что это значит?
— Тебя не было рядом в прошлом, когда Алекса начинала свое дерьмо, это все, что я могу сказать. Я учился на несколько классов младше нее в школе. Я кое-что знаю. Слышал, но это не моя история.
— Подоги. Ты знаешь ребенка и ее мать?
— Похоже, тебе предстоит многое узнать. — Он почесал затылок. — Но не мне рассказывать. Если През хочет, чтобы ты знал, он тебе скажет, но этого ребенка лучше защищать своей жизнью. Она важна для Преза. Просто запомни это. Понимаешь, о чем я?
Я киваю, но нет, нихрена не понимаю, что он имеет в виду.
— Давай, Ист, — скулит Уилла Мэй, пытаясь толчком открыть тяжелую дверь
Роан бросает на меня взгляд, который говорит:
— Не говори, что я тебя не предупреждал.
↯ ↯ ↯
— Это твой дом? — Уилла Мэй кружится в гостиной моего дома с каркасной крышей.
— Да.
— Ты сам его построил? — Она кладет свой розовый рюкзак на черный кожаный диван.
— Нет.
— Ты его купил?
— Нет.
У нее широко распахиваются глаза.
— Ты украл его?
— Что? Нет. Ты не можешь украсть дом.
Она нахмурила бровки.
— Тогда откуда он у тебя?
— Он принадлежал моему отцу.
— Это он его построил?
— Нет. Я не знаю. Ты задаешь много вопросов.
— Ты женат? Ты не выглядишь женатым. Я не вижу никаких вещей.
— Каких вещей? — Я оглядываю свой дом, гадая, чего она ожидает.
— Ну, знаешь. Девичьи вещи. Красивые подушки. Цветы. Свечи, которые хорошо пахнут.
