по столу, затем достает косяк из верхнего ящика. — Я поделюсь с тобой тем, что мало кто знает, и это не должно покинуть эту комнату. Мне нравился твой старик. Он был одним из моих лучших людей. Дерьмовый отец, но чертовски хороший брат. В тебе течет его кровь, и не думаю, что ты отвернешься от меня. Я доверяю тебе. Именно поэтому взял тебя с собой к Алексе и доверил тебе заботиться о ее девочке. Именно поэтому я лично завербовал тебя, чтобы ты стал «Королевским ублюдком».
Мёрдер прерывается, чтобы раскурить косяк. Он делает сильную затяжку и передает ее мне, задыхаясь от кашля. Я делаю две затяжки, пока он продолжает говорить:
— Примерно девять или около того лет назад у нас с Рути были проблемы. Она не была счастлива, а я был не самым лучшим мужем. Она постоянно обвиняла меня в том, что я шляюсь по бабам, а поначалу я ни черта не делал. Я был верен, хотя у меня имелись все возможности для перепихона. Ты же знаешь, какими бывают клубные кролики. Иногда трудно сказать «нет». Алекса уже несколько лет приходила в дом вместе с Рошель. Они были не разлей вода. Я даже не помню, как это произошло, но Рути как всегда разошлась, и я сказала ей, что если она недовольна, то пусть едет к маме. Она сказала «хорошо» и уехала. Рошель была расстроена и поехала с ней, забыв, что обещала Алексе остаться на все выходные, пока ее родителей нет в городе. Она пришла, а я был пьян. Это не оправдание, просто факт. Она была там и приставала ко мне. Мне следовало сказать ей «нет» и отправить ее домой, но я этого не сделал. Ей было семнадцать, и это моя ошибка. Ошибка, которая стоила мне дочери. В ночь аварии Алекса находилась с ней в машине, и они поссорились. Рошель узнала, что Алекса беременна, и спрашивала, кто отец ребенка, и Алекса все ей рассказала. Рошель так расстроилась, что не обращала внимания на дорогу. Она плакала и кричала на Алексу, и потеряла контроль над машиной. По крайней мере, Алекса так рассказала.
Охренеть. Он отец Уиллы Мэй. Проклятье. Какого черта мне делать с этой херней? Мне следовало догадаться. Некоторые из братьев предупреждали меня, но я их игнорировал.
— Рути не знает ни о нас с Алексой, ни о том, что Уилла Мэй моя. И ты, мать твою, поможешь мне сохранить это в тайне. Потеря Рошель чуть не убила ее, но мы нашли способ вернуться друг к другу. Если бы она знала, я не уверен, что смогла бы справиться с этим. Она любит Алексу, как любила Рошель. И думает, что даю ей деньги и помогаю, потому что чту память Рошель, но это потому что я создал этого ребенка и забочусь о том, что мне принадлежит. Но Алекса… она хочет большего. Хочет дерьма, которое я никогда не смогу ей дать, но, возможно, ты можешь стать тем мужчиной, который ей нужен.
Это дерьмо еще более хреновое, чем я мог себе представить. Я возился с побочной ветвью преза.
— Я должен спросить. Ты все еще трахаешь ее?
Мердер делает еще три затяжки.
— Перестал с тех пор, как ты начал. — Это определенно не то, что я хотел услышать. Следовало догадаться. Должен был предвидеть, чем все закончится. — Ты мне нужен, чтобы Алекса была счастлива. Отвлеклась от меня. Мне нужно, чтобы она двигалась дальше. Я становлюсь слишком старым для ее игр.
— А если ничего не получится?
— Тогда не получится, но для нас всех будет лучше, если получится. Подумай об этом. Она — прекрасная девушка, а для ребенка ты на первом месте.
Христос на крекере. Я провожу рукой по лицу.
— И что? Я должен просто встать на твое место и принять твою готовую семью?
— Ты им нужен. Ты хороший человек, Ист.
Я вспоминаю Уиллу Мэй. Этот страх в ее глазах. То, как она цепляется за меня каждый раз, когда прихожу туда, словно я какой-то чертов герой. Потом Алекса. Сексуальная. Соблазнительная. Все, что только может пожелать мужчина, если бы она не была сумасшедшей и чертовски дикой. Если бы она не была влюблена в Мёрдера.
Когда начал встречаться с ней, думал, что смогу с ней справиться, но ошибался. Черт, я даже не знал, что Алекса работает стриптизершей в «Притоне Китти Кэт», пока неделю назад она не попросила меня присмотреть за ребенком, когда ее няня отпросилась.
— Не позволяй моей истории с ней испортить то, что может стать лучшим, что когда-либо случалось с вами обоими.
Я не идиот. Знаю, что он хочет убрать ее со своих глаз. Хочет, чтобы я позаботился об обязанностях, которыми он пренебрег. Это не вина Уиллы Мэй, что ее мать — сумасшедшая шлюха, а отец — ублюдок-изменник, который не хочет брать на себя ответственность. По правде говоря, мне плевать на Алексу, но я переживаю за ребенка.
Помяни дьявола. На мой сотовый раздается звонок от Алексы.
— Привет.
— Ты можешь оказать мне огромную услугу?
— Какую?
— Можешь забрать Уиллу Мэй из школы? Я на собеседовании на должность офисного ассистента. Мне очень нужна эта работа, Ист.
— Что не так с Уиллой?
— Она попала в беду за драку с каким-то ребенком, и им нужен родитель. Я знаю, что это не твое дело, и не имею права просить. Но… Ист, кроме тебя у меня никого нет. Если позвоню маме, она все уши мне прожужжит о том, что я плохая мать. Я знаю, что не самая лучшая, но стараюсь.
— Напиши мне название школы и все, что мне нужно знать, чтобы забрать ее. — Я отключаю звонок.
— Что не так с ребенком?
— Ничего такого, с чем бы я не справился.
Мёрдер кивает и откидывается в кресле.
— Если что-нибудь понадобится, дай мне знать.
Я меняю свой «Харлей» на «клетку» (машину), вешаю куртку за водительским сиденьем. Думаю, лучше не надевать ее в школе. Не хочу, чтобы осуждали за мой образ жизни. Знаю, как это делается. Помню, как на меня смотрели ублюдки, когда узнавали, кто мой старик. Я включил отопление. Становится холоднее. Слишком холодно для Уиллы Мэй на моем мотоцикле. Скоро мне придется поставить его на зиму. Я прикуриваю сигарету, чтобы успеть затянуться до того, как ребенок сядет. Я стараюсь не курить рядом с ней.
Ненавижу слушать, как она ворчит по этому поводу.
Я подъезжаю к школе, паркуюсь в зоне
