серых глазах застыл лёд. Розовые губы, дрогнули, раскрываясь:
— Если вы не согласитесь сделать миилестибу, я убью себя прямо здесь.
Глава 2
Я даже забыла, что нужно делать, поняв… поняв, что не могу ничего сделать!
Как вообще надо вести себя, когда в лавку зашел псих-клиент? Большое-большое упущение с твоей стороны, Ядвига Торба! Нужно срочно разрулить ситуацию, а потом бегом на курсы по психологическому управлению нестабильными панночками и панами.
Ухватив стакан с водой, в которой по счастью уже были капли тонизирующего настоя. Не успокоительное, но однозначно прочищает голову.
Подлетев к девушке, взяла её за руку и усадила за столик с образцами трав (о Златовласая, не успела разложить!), всунула воду, вовремя вытянув нож из пальцев. Охо-хо, а пальчики-то подрагивают. Значит, бравада с самоубийством не такая уж серьёзная, как можно было подумать.
— Пейте, — твёрдым голосом велела я. — Это помогает.
— От чего? — вяло отозвалась та.
— От всего, — выпалила я, мысленно присваивая себе лекарский разряд. — Пейте!
Она настолько растерялась, что что сделала глоток. Один, второй, третий, а потом и вовсе всё залпом до дна. Так, хорошо, надо запомнить, что вот дальше в таких пропорциях и мешать. Розовых лепестков больше не надо, иначе слипнется. А вот сейчас в самых раз.
Пока девушка пила, я невольно взвесила нож в руке. Тяжелый. И такой… металл с каким-то удивительным синим оттенком. Смотришь — и ощущение, словно в серебро бросили растертые сапфиры. Чуть поворачиваешь в сторону — вспыхивают яркие искры. Завораживает. Красиво. Интересно, это работа мастеров Ридзене? Или откуда-то привезено?
Впрочем, сейчас не об этом.
Тут нужен глаз да глаз. Как бы в лавку не пришлось звать парней из управления. Кто знает, что у неё в голове.
— Панночка, вы так не рубите с плеча, — заворковала я, отбирая стакан и вытаскивая из шкафчика сладости на тарелочке с национальным латрийским узором. Знаете ли, в жизни бывает всякое, но это совсем не причина, чтобы обрывать её из-за любви.
Поставив тарелку перед девушкой, повернула голову и взглядом дала задание Бунжику сделать чаю. Тот озадачился, но упираться не стал, потому что дело и правда приняло серьёзный оборот. Поэтому, не теряя время, забулькал и зазвенел крышечкой.
Девушка тем временем смотрела куда-то в одну точку.
— Говорили мне: «Дзидра, из этого ничего не выйдет. Ты простая девушка, а он аристократ. Поиграет и выбросит». Поначалу я только смеялась, говоря, что никакой влюбленности не меня не сбить с истинного пути. Я ведь кружевница, панна ведьма. Да такая, что за моими работами ездят из Эсты и Лиритвы, искренне восхищаясь и продавая на своих рынках.
Я слушала, стараясь не меняться в лице. Надо сохранять доброжелательно-понимающее выражение, иначе ещё сочтет, что не принимаю её беду. Хотя пока рано что-то сказать, так как нужно разобраться в самой проблеме.
«Неплохо бы вообще этот столик отодвинуть, поставить тут приборы и угощения, — вдруг подумала я. — Если клиент не определился, то можно посидеть, поговорить и подтолкнуть к нужному и… покупке, разумеется».
— А что же случилось, Дзидра? — осторожно подтолкнула я продолжать и тут же добавила: — Какое у вас красивое имя.
Она улыбнулась:
— Спасибо. Матушка очень любила янтарь, поэтому и назвала меня так.
Жаль только, что сама девушка совершенно бесцветная, при том, что явно-то хороша собой. Но ощущение, что из неё выпили все краски, заменив игривую золотинку в волосы мертвенной белизной.
— Случилось… — Она поджала губы, словно не желала говорить, но потом шумно выдохнула. — Да что тут скажешь… Поначалу я была как лед, не велась на сладкие речи и не обращала внимания. Всё старалась дать понять, что мы разные, ничего не получится. Но он был настойчив. Ухаживал так, что нашим простым парням и не снилось-то.
«При деньгах-то, — подумала я ворчливо. — Неудивительно! Очаровать девицу не так уж и сложно, знаю, как это делал Айварас».
Звякнула крышка, Сифиздилла вовремя листком вернула её на Бунжика.
Я поднялась, чтобы разлить чай. Конечно, из горшка не так изысканно, как из чайничка, но работаем с тем, что есть.
Дзидра озадаченно пронаблюдала за моими действиями, кажется, даже немного позабыв о своей беде. Тут же обняла ладонями пузатую чашечку, будто желая побыстрее согреться, хотя в лавке тепло, да и на улице лето.
— Я влюбилась, панна ведьма. Да так… О таком пишут только в романах пани Ёршис. Сама бы не поверила, что это возможно. Знаете, когда не можешь ни спать, ни есть… из рук всё валится. Все мои кружева стали похожи на работы девчонки, первый раз взявшей материал в руки. Доходило до слёз.
Не знаю. И никогда, честно говоря, не знала. Да, есть парни, которые нравятся, но моя рациональная часть мозга всегда занимала в черепной коробке места больше, чем та, что отвечает за эмоции. Однако говорить это однозначно нельзя, только смотреть сочувствующе и немного добавлять во взгляд: «Вы ещё не сказали, но я понимаю, что он козел».
— Вас разлюбили, Дзидра?
Она со вздохом кивнула:
— Да. И не просто разлюбили, а бросили, сообщив, что долг превыше любви.
— Про долг вспомнил когда, охальник, — пробормотала я. — А можно узнать, кто ваш возлюбленный?
Ответ не заставил себя ждать, Дзидра подняла на меня печальный взгляд и произнесла.
— Принц Интарс.
Я икнула.
Ничего себе заявочка. Хотя… почему нет? Принц может себе позволить многое, а простая девушка вряд ли устоит перед обаянием и состоянием, насчитывающим… в общем, очень много насчитывающим золотых. Даже если изначально она принципиальная, то потом… каждая хочет почувствовать себя королевой. Только вот надо помнить, что если мечты поднимают тебя очень высоко, то потом и падать больно-больно. Чем меньше мечты, тем мягче приземление.
С виду Дзидра не похожа на романтическую дурочку, но, видимо, его высочество был убедителен.
Поэтому прокашлявшись, я уточнила:
— Я правильно понимаю, что отношения с вами он посчитал чем-то несерьёзным и сообщил, что вы расстаетесь, потому что он должен жениться на принцессе какой-то из дружественных стран, чтобы закрепить политический союз?
— Вы говорите прямо как его советник, — горько усмехнулась она. — Но нет. Интарс тоже любит меня. И не хочет отказываться от них отказываться. Однако сейчас обязан все прекратить, потому что государство прежде всего.
Я нахмурилась. Что это получается? Повсюду говорят, что у принца беда со здоровьем, а он по девицам бегает? В общем-то, кто тут святой? Его высочество Интарса я лично не знаю, никаких выводов делать не могу.
«Но и принимать за чистую монету историю Дзидры тоже не
