class="p1">— Ничего себе. Гордеев хвалит так редко, что это уже стало офисной легендой. Ты либо вундеркинд, либо он что-то замышляет.
Я сама склонялась ко второму варианту. Это была похвала-ловушка. Похвала, которая давила ещё сильнее, чем выговор. Теперь от меня ждали всегда идеальной работы. Любая следующая ошибка выглядела бы в десять раз позорнее.
В течение дня я несколько раз ловила на себе его взгляд. Он проходил мимо, бросал беглый, ничего не выражающий взгляд на мой монитор и шёл дальше.
Но в этот раз я не отводила глаз. Я встречала его взгляд и тут же опускала его к клавиатуре, делая вид, что поглощена работой. Это была наша странная, немая игра.
Вечером, когда большая часть отдела уже разошлась, я осталась, чтобы начать работу над презентацией. В тишине офиса мои мысли звучали особенно громко. Почему он не уволил меня сразу? Почему дал ещё один шанс? Из жалости? Из спортивного интереса, чтобы посмотреть, как долго я продержусь?
Я вздрогнула, услышав шаги. Из своего кабинета вышел Тарас. Он был без пиджака, в рубашке с закатанными до локтей рукавами. Он не заметил меня сразу, проходя мимо, но на полпути к выходу остановился и обернулся.
— Вы всё ещё здесь, Анастасия?
— Да, — ответила я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.
— Начинаю работу над презентацией.
— Я вижу, — он сделал пару шагов в мою сторону. Его взгляд упал на мой стол, на блокнот, где я уже набросала структуру.
— Не засиживайтесь допоздна. Уставший сотрудник — неэффективный сотрудник. А нам нужна эффективность.
В его голосе не было заботы. Это была констатация факта, такая же безличная, как его письмо.
— Я просто хочу сделать хорошую работу, — сказала я, и в голосе прозвучала нечаянная искренность.
Он на секунду задержал на мне взгляд. В его глазах мелькнуло что-то неуловимое. Не раздражение, не холод. Что-то вроде… любопытства.
— Хорошая работа не должна стоить вам нервного срыва, — произнёс он на удивление мягко.
— Идите домой. Это не предложение, а указание.
Он повернулся и ушёл, оставив меня в полном недоумении.
Я сидела ещё несколько минут, глядя на пустой коридор. Он был загадкой. Суровый начальник, который в один день обвиняет тебя в непрофессионализме, а в другой — беспокоится о твоём психическом здоровье.
Кто он на самом деле? И почему его противоречивость заставляла моё сердце биться чаще не только от страха?
Собрав вещи, я шла к метро с одной назойливой мыслью. Возможно, Олег был не прав. Возможно, Тарас Гордеев не просто «что-то замышлял». Возможно, он так же пытался разгадать меня, как и я — его. И эта мысль была одновременно пугающей и невероятно волнующей.
Глава 6. Презентация и немой диалог
Следующие три дня я жила в ритме «дом-работа-презентация». Слово «кофе» было занесено мной в личный чёрный список. Я пила только воду и чай, причём на почтительном расстоянии от любой электроники.
Презентация росла, как живой организм. Я вложила в неё всё: свой аналитический ум, насмотренность и ту самую «нестандартную креативность», о которой так смело заявила на собеседовании. Это была моя защита, мой щит и моё единственное оружие против всеобщего ожидания моего провала.
В пятницу утром я пришла в офис на час раньше всех. Я перечитывала каждый слайд, проверяла каждую анимацию. Сердце колотилось где-то в горле. Совещание было назначено на десять.
В 9:50 отдел начал собираться в переговорке. Я села с краю, положив перед собой ноутбук, и старалась дышать глубже.
Ровно в десять в комнату вошёл Тарас. Он кивком ответил на общее приветствие, занял своё место во главе стола и без лишних предисловий начал встречу.
— Итак, переходим к вопросу по актуализации нашей цифровой-стратегии. Анастасия, вы готовы с докладом?
Все взгляды устремились на меня. Я почувствовала, как по спине бегут мурашки.
— Да, — мой голос прозвучал чуть хрипло. Я открыла ноутбук и подключила его к проектору.
Первый слайд появился на большом экране. Я начала говорить. Сначала неуверенно, запинаясь, но потом, погрузившись в знакомый материал, я обрела почву под ногами. Я говорила о трендах, о данных, о том, как мы можем их применить.
Я видела, как Марина одобрительно кивает, а Олег под столом демонстративно показывает мне большой палец.
Но всё моё внимание было приковано к одному человеку. Тарас сидел неподвижно, его лицо было невозмутимой маской. Он не делал пометок, не кивал. Он просто смотрел. То на экран, то на меня.
Его взгляд был таким интенсивным, что я физически ощущала его тяжесть. Это сбивало с толку. Я ждала критики, придирок, но он просто… слушал.
И тогда я решилась. На последнем слайде я добавила свою собственную, ни с кем не согласованную идею — небольшой, но дерзкий креативный концепт, основанный на одном из трендов.
— …и в качестве точки для дальнейшего обсуждения, я предлагаю рассмотреть возможность такого подхода, — закончила я, чувствуя, как по щекам разливается румянец.
В комнате повисла тишина. Все смотрели то на меня, то на Тараса, ожидая его реакции.
Он медленно откинулся на спинку кресла, сложил пальцы домиком и на несколько секунд уставился на последний слайд.
— Вопрос к команде, — наконец произнёс он, обращаясь ко всем, но его взгляд был прикован ко мне.
— Кто-нибудь видит фундаментальные риски в предложенном Анастасией концепте?
Началось обсуждение. Посыпались вопросы, сомнения, но также и поддержка. Я парировала, отвечала, защищала свою идею. Адреналин снова зашумел в крови, но на этот раз это был азарт, а не страх.
Тарас всё это время молчал, давая команде высказаться. Когда дискуссия иссякла, он снова посмотрел на меня.
— Ваш концепт сырой, — произнёс он, и моё сердце упало. Но он не закончил.
— В нём есть несколько очевидных слабых мест, которые коллеги уже обозначили.
Он сделал паузу, и в его глазах мелькнула та самая искра, что была в кабинете, когда он говорил о моём отчёте.
— Однако, — продолжил он, и в комнате стало тихо, как в гробу, — это первая по-настоящему свежая идея, которую я слышал в этих стенах за последние три месяца. Она рискованна, но она имеет право на жизнь. Проработайте её. Уберите слабые места, подготовьте расчёт бюджета. Хочу видеть детальный план через неделю.
Я смогла только кивнуть, словно парализованная.
Совещание закончилось. Коллеги стали расходиться, кто-то бросил мне ободряющую улыбку. Я собирала свой ноутбук дрожащими руками.
Тарас задержался в переговорной, просматривая что-то на планшете. Когда я проходила мимо, он, не глядя на меня, тихо сказал:
— Хорошая работа, Анастасия.
Это было сказано так
