В своём докладе Хрущёв пытался доказать, будто для настоящих марксистов проявления культа личности никак не свойственны:
«Разрешите, прежде всего, напомнить вам, как сурово осуждали классики марксизма-ленинизма всякое проявление культа личности. В письме к немецкому политическому деятелю Вильгельму Блосу Маркс заявлял:
«..Из неприязни ко всякому культу личности я во время существования Интернационала никогда не допускал до огласки многочисленные обращения, в которых признавались мои заслуги и которыми мне надоедали из разных стран, — я даже никогда не отвечал на них, разве только изредка за них отчитывал»» .[26]
«Придавая большое значение роли вожаков и организаторов масс, Ленин, вместе с тем, беспощадно бичевал всякие проявления культа личности» .[27]
Увы, практика, которая, как известно, «критерий истины», свидетельствует об обратном. С самого начала своего существования коммунистическое движение страдало «вождизмом».
Когда же появились ростки культа личности в партии большевиков?
Впервые этот вопрос был затронут ещё на III съезде РСДРП в 1905 году. Выступая на девятнадцатом заседании съезда 22 апреля (5 мая) делегат Барсов,[28] в частности, заявил:
«Недостатки во всём и везде есть, не только что у т. Ленина, но и «на солнце есть пятна». Здесь, на съезде, также много говорят о «ленинизме». Это плод недоразумения, наследие кооптационного периода и многих других условий нашего переходного момента — дореволюционного — в России. В свободных странах, как Германия, надеюсь, есть товарищи не хуже нашего товарища Ленина, как Каутский, Бебель, и даже один из наших учителей — Энгельс, но нет «измов», к их именам приставленных, и они пользуются большей популярностью и большим значением. Мы только с.-д., революционные с.-д., научные социалисты, марксисты, как и уважаемый т. Ленин. Наш метод, как и учение — революционное, оно есть наше орудие, мы им и должны пользоваться, а не «каменеть», «костенеть» в каких-то новых «измах», может быть, раньше всего пущенных противниками. Нет, прочь всякий «изм», кроме социализма («марксизма»), прочь всякий консерватизм в наших рядах…»[29]
«Не каменеть», к сожалению не получилось. Правда, на партийных съездах время от времени раздавались призывы в пользу коллективного руководства и рядовым партийцам давались заверения, что вождей создавать не будут. Но всё это было только на словах…
После победы Октябрьской революции РСДРП(б) стала правящей партией, что создало благоприятные условия для прославления вождей, то есть по существу для развития «культа личности».
Лавина славословия началась в 1923 году на XII съезде РКП(б), ещё при жизни Ленина. Была найдена очень удобная форма восхваления — приветствия от трудовых коллективов. Действительно, кто же воспретит рабочим и крестьянам выражать любовь к своей родной партии и её руководителям? Процитированные выше слова Карла Маркса, не допускавшего подобные приветствия до огласки, оказались благополучно забыты.
Заседание третье, 18 апреля. Из приветствий съезду.
Карасёв, представитель беспартийных крестьян Ярославской губернии:
«Крестьянство и рабочие Ярославского уезда выражают свою искреннюю преданность главарям нашего освободительного движения: уважаемому всеми товарищу Владимиру Ильичу Ленину (аплодисменты), великому народному вождю Красной Армии т. Троцкому (аплодисменты) и всем другим соратникам нашей великой грозной армии — тт. Зиновьеву, Каменеву (аплодисменты) и вам всем товарищам вкупе (аплодисменты)» .[30]
Башмакова, от имени женщин фабрики льняной мануфактуры «Заря социализма»:
«Да здравствует наш мировой вождь т. Ленин (аплодисменты) и наши стальные вожди тт. Троцкий, Зиновьев и Каменев! (аплодисменты).[31]
Заседание тринадцатое, 23 апреля.
Королёв, из приветствия съезду от беспартийных рабочих завода «Динамо»:
«…Да здравствует XII съезд Российской Коммунистической партии! Да здравствует его благотворные работы по расчищению путей социализма! Да здравствуют вожди тт. Ленин, Троцкий, Бухарин, Зиновьев и Сталин!» (Аплодисменты) .[32]
Обратим внимание на последовательности фамилий в приветствиях. В «призовой тройке» оказались Ленин, Т|роцкий, Зиновьев. И уже после них Каменев. А замыкает первую пятёрку Сталин. Вопреки хрущёвским уверениям, будто Сталин был первым из партийных руководителей, который стал позволять славословие в свой адрес, пальма первенства в этом деле принадлежит отнюдь не Иосифу Виссарионовичу.
Весьма своеобразным способом пропаганды культа личности стало причисление партийных вождей «к лику пролетариата». Так в Президиум XII съезда поступило обращение коллектива Глуховской прядильной фабрики (г. Богородск):
Заседание тринадцатое, 23 апреля.
«Тов. Троцкому через президиум XII Всероссийского съезда РКП
Выписка из протокола № 24
торжественного заседания
ячейки РКП(б) совместно с беспартийными
Присутствуют: 1200 товарищей, среди них уполномоченные от всех отделов, состоявшегося 22 апреля 1923 г. с 8 час. веч. до 2 час. ночи.
Слушали: товарищи беспартийные предлагают назначить т. Троцкого почётным рабочим прядильщиком на фабрике им. Ленина.
Постановили: Назначить т. Троцкого почётным рабочим-прядильщиком и предложить заводоуправлению и РКК назначить ему оклад жалования соответственно его квалификации.
Председатель собрания
Квасман Секретарь
СорокинПротокол экстренного заседания
Расценочно-конфликтной комиссии при фабрике км. Ленина
от 23 апреля 1923 г.
Присутствовали: от фабричного управления: A.M. Kaзас, Конст. Г. Томас, Н.П. Четвериков, Н.И. Барто, от фабкома Квасман, Карпухин, Фролов.
Порядок дня: 1.0 назначении тарифной ставки почётному прядильщику Глуховской фабрики т. Троцкому
Председатель Квасман
Секретарь Казас
Слушали: 1. Выписки из прот. № 24 от 22 апреля с.г. торжественного заседания ячейки РКП совместно с беспартийными рабочими о назначении тарифной ставки почётному прядильщику т. Троцкому
Постановили: 1. Зачислить т. Троцкого почётным прядильщиком Глуховской ф-ки с 23 апреля сг. и назначить тарифную ставку по седьмому разряду, руководствуясь тарифом Союза текстильщиков (изд. 1922 г.)
Председатель Квасман. Секретарь Казас».[33]
Зачитав эти документы, представитель Глуховской фабрики Андреев продолжил:
«И ещё один наказ должен вам сказать от наших рабочих, что крайний срок явления т. Троцкого на фабрику — это 1 мая, и мы просим президиум передать т. Троцкому, чтобы он хоть раз за всю революцию заявился на нашу фабрику и сказал своё веское слово нашим рабочим» .[34]
Правда, пребывание в «пролетариях» порой оказывалось кратковременным. Так товарищ Троцкий, кроме почётного текстильщика был ещё почётным шефом Кондровской и Троицкой бумажных фабрик Калужской губернии. Но к 1925 году товарищ Троцкий здорово проштрафился перед партией, а значит и перед рабочим классом. И вот на семнадцатом заседании XV съезда ВКП(б) (12 декабря 1927 года) представитель указанных фабрик Толкачёв сообщает делегатам, что товарищи рабочие постановили на общем собрании 7 декабря снять Троцкого с почётного шефства и считать выбывшим без выходного пособия, как дезорганизатора.[35]
Но свято место пусто не бывает! Тут же почётным шефом бумажников объявляется товарищ Бухарин, которому присваивается квалификация младшего тряпковара, выдаётся табельный № 2331 для входа и выхода на фабрику и комплект спецодежды.[36] Знал бы трудовой коллектив, что всего через 2–3 года их любимого Николая Ивановича тоже переведут в разряд «дезорганизаторов»!
Одним из проявлений культа личности вождей стало присвоение имён здравствующих деятелей населённым пунктам, улицам, предприятиям, морским и речным судам. В 1925 году город Царицын на Волге стал Сталинградом. Но и здесь И.В. Сталин опоздал, ибо уже существовали Зиновьевск (бывший Елизаветград), Троцк (бывшая Гатчина) и Тухачевск (бывший Миасс). В 1925 году Алексей Иванович Рыков во время поездки в Ленинград посетил фабрику своего имени. По Волге ходили пароходы «Алексей Рыков» и «Михаил Томский». И т. д., и т. п.
Таким образом, факты свидетельствуют, что уже к середине двадцатых годов прошлого века в СССР сложилась практика восхваления руководителей государства. Один из персонажей пьесы В. Маяковского «Баня» так и говорил: «Мы уважаем только тех, кто стоит во главе…». Славословие в адрес вождей, стало нормой повседневной жизни.
