цветные стекла проходили через государственные инстанции, контролируемые Ковеном. На деле же… — Ты ведь слышала про подпольные стекольные синдикаты? Они нас и выручат.
По крайней мере, Теолрин на это надеялся.
— И ты знаешь, как выйти с ними на связь?
— Я? Я нет. Но у меня есть один друг школьных времен, Сайнли. И у него в синдикатах есть знакомые.
— Ты уверен, что он действительно водит знакомства с членами синдиката, а не просто выпендривался перед тобой?
Теолрин не был уверен. Сайнли действительно время от времени любил несколько приукрасить свои достижения. Впрочем… Кто не грешил этим?
— Конечно, уверен, что за глупый вопрос? А даже если это не так, думаю, мы без проблем выйдем на тех, кому будет интересно заполучить кусок красного стекла.
Джейл поджала губы и долгое время сосредоточенно молчала. Теолрин видел, как пульсирует вена рядом с ее правым виском.
— Слушай, Тео, — это был первый раз за сегодня, когда Джейл назвала его по имени, — что-то мне подсказывает, что все это плохо кончится. Это слишком большой риск.
— Ну-у… Определенный риск действительно есть…
— Нас вздернут на виселице, если поймают, ты отдаешь себе отчет в этом?
Настала очередь Теолрина сосредоточенно молчать. Ему доводилось бывать на казнях — в том числе и стеклосборщиков, попавшихся на крупной краже. И оказаться в петле он действительно не горел желанием.
Совсем.
— Мы будем предельно осторожны, — заявил он, решившись. — Нас не поймают.
— Что-то мне подсказывает, что последние стеклосборщики, пойманные на воровстве, тоже так думали.
— Поэтому мы отбросим в сторону самонадеянность и будем осторожными, как мыши.
— С каких это пор мыши осторожные?
— Пресвятые Небодержцы, Джейл, это просто сравнение! Дело не в мышах.
— А в чем?
— В возможностях! — Теолрин выхватил у нее осколок и взмахнул им, словно мечом на поле битвы. — Подумай сама! Этот алый осколок — наш шанс, наконец, выбраться из грязи. Шанс вырваться в люди! Шанс начать жить свободно и воплотить в жизнь свою мечту. У тебя ведь есть мечта?
«Ну, кроме как отрастить усы, бороду и член?»
Последнюю мысль Теолрин решил все же не озвучивать. Чувство юмора у Джейл отличалось непредсказуемостью.
Как ни странно, через какое-то время Джейл кивнула, пусть и с некоторой неохотой.
— Вот видишь! — Теолрин решил не вдаваться в подробности ее мечты. Вдруг она и в самом деле мечтает о бороде, усах и члене? — Ты готова рискнуть ради этой своей мечты?
— Все, все, уймись. — Джейл скорчила недовольную рожу. — А то я сейчас блевать начну от твоего пафоса. Я в деле.
Немного помедлив, Джейл протянула ему руку. Теолрин переложил осколок в левую ладонь и ответил крепким рукопожатием. Внезапно Джейл дернула рукой на себя, и Теолрин невольно шагнул вперед, вплотную к ней.
— Но имей в виду, чудила, — тихо произнесла она ему на ухо. От этих слов по телу Теолрина расползся холодок. — Если твой гениальный план провалится, и нас вздернут на виселице… Я найду тебя на том свете и отмудохаю до кровавого кашля. Ты меня понял?
— Не уверен, что оно работает именно так, но… — Теолрину все же удалось вырваться из хватки Джейл, отступить назад и даже улыбнуться. — Кажется, твой посыл я уловил.
— Вот и славно. А теперь, если ты не против, давай-ка вернемся к работе, а то в город мы вернемся не раньше послезавтра. — Джейл расправила плечи и развернулась в сторону плавильни. — И принеси уже, наконец, мне ящик гребаного угля!
Глава 3
Дар-на-Гелиот никогда особо не впечатлял Теолрина — ни в детские годы, ни тем более сейчас. Лучше всего, по его мнению, к этому городу подходило определение «посредственный». Сам город, расположенный на восточном побережье Кельментании, был посредственных размеров, здесь были посредственные школы, посредственные трактиры, посредственные здания… Даже люди, населяющие Дар-на-Гелиот, были весьма посредственны. И все же одна вещь Дар-на-Гелиота всегда завораживала Теолрина — это гигантский купол, окружающий город своей непробиваемой стеклянной броней.
Если верить Небесному Культу, купола над городами и жизненноважными плантациями появились сразу после Инхаритамны — легендарной Небесной Войны тысячелетней давности, длившейся несколько лет и закончившейся низвержением Проклятых. Изначально купола делали из прозрачного стекла, но оно — даже выложенное толстым слоем — очень быстро разрушалось от стеклянных ливней. Тогда кто-то из Небодержцев — кажется, Альз — даровал людям секрет, как укрепить купола. Прозрачное стекло стали укреплять синим, а следом покрывать тонким слоем фиолетового, еще более прочного, и после этого стеклянные ливни уже не наносили куполу ощутимого вреда. В дневное время суток купол выглядел воистину впечатляюще, сверкая в солнечных лучах всеми оттенками фиолетового.
Однако сейчас, когда они с Джейл подъезжали к Пограничной Заставе, стояла глухая ночь, и очертания изогнутого дугой купола практически сливались с темным небосводом. Они уложились в срок со сбором цветных стекол (пусть ради этого Теолрин чуть не надорвал себе спину) и должны были прибывать на Заставу точно к полуночи. Теолрин, сидевший на козлах, с каждой оставленной позади милей нервничал все сильнее. Идея перехитрить пограничных стражников уже не казалась ему такой блестящей, как несколькими часами ранее.
Нас вздернут на виселице, если поймают, ты отдаешь себе отчет в этом?
Теолрин старался дышать глубоко и выбрасывать из головы навязчивые образы того, как на его шее затягивается петля, а под ногами проваливается люк. Ничего такого не произойдет. Они продумали все до мелочей. Осколок им удалось примотать полосками ткани к внутренней стороне бедра Джейл — несмотря на все ее недовольство и навязчивые попытки отдать эту ношу Теолрину. План действий они обсудили несколько раз, так, что он отскакивал от зубов. Все получится, какие могут быть сомнения? Сделав очередной глубокий вдох и медленный выдох, Теолрин заставил себя сосредоточиться на дороге.
На счастье, небо не было затянуто облаками, и все три луны — Сапфир, Жемчуг и Янтарь — ярко освещали чуть петляющую дорогу. По его левую и правую руку можно было приметить купола: гораздо меньшие, чем тот гигант, что накрывал город, они закрывали собой плантации и фермы. Теолрин бывал там пару раз и остался под впечатлением: повсюду было так много зелени, что даже воздух, казалось, пах по-другому. Считается, что до Инхаритамны весь Таол был таким раем, полным цветов, деревьев и сотен видов животных. Теолрин слабо в это верил. В самом деле, ну как тысячи тысяч квадратных миль могут быть сплошь покрыты травой, цветами, кустарниками и деревьями? В подобные сказки Теолрин не поверил бы, даже изрядно перебрав с выпивкой.
Наконец, дорога перестала петлять
