Вскоре после возвращения из пустыни Иисус обрел силу духа и благодать. Что это может означать с позиций Эволюции? Только следующее — во время медитационного (молитвенного) уединения в пустыне у Иисуса установился стойкий контакт с Божественной Силой. Вскоре после возвращения из пустыни у Него произошло полное раскрытие (рождение) психического существа (души) и установилась спонтанная медитация с практически полной свободой от мыслей и желаний, вследствие чего сознание расширилось и поднялось в Сферы Глобальной Истины и Глобального Видения.
Следует сказать, что индивидуальное сознание Иисуса как человека, с малых лет искренне ставшего на Путь молитвы и преданности Господу, не было обременено и засорено умственными (ментальными) догмами, философскими схемами и взглядами на природу Вселенной и человека, на политическое и государственное устройство окружающего мира, на взаимоотношения между людьми и т. п. Потому вполне естественно, что как только индивидуальное сознание (с раскрытием психического существа и установлением спонтанной медитации) обрело полную свободу, то оно сразу поднялось в сферы Глобального Разума и пребывало там постоянно. Сознание всех Великих Учителей человечества пребывало именно в этих сферах.
По собственному опыту могу сказать, что упоминаемые Иисусом искушения в несколько трансформированном виде посещали и меня в острый период, непосредственно предшествовавший раскрытию психического существа. Возникала боязнь потерять мирские удовольствия и удобства, а также просыпалось желание направленно пойти по пути «сотворения чудес» (исцеление больных от недугов, сеансы ясновидения и пр.). Кроме того, возникало стремление броситься вниз с высоты, чтобы раствориться и исчезнуть вовсе. О внушении Ему сатаною желания броситься вниз с балкона храма в Иерусалиме говорит и Иисус. Мне пришлось категорически отказаться от всех этих соблазнов и полностью сдаться Милости Божьей. Только после полной сдачи произошел акт рождения психического существа — частицы Вечности, Любви и Бессмертия, изначально пребывающей в нашем сознании. Все было именно так.
Верными признаками раскрытия психического существа и глобализации сознания Иисуса служит упоминание в Евангелиях о силе духа и словах благодати и любви, которые исходили от Него вскоре после Его возвращения из уединения в пустыне.
Историческое восхождение Христа на Голгофу началось. Он уходит из собственного дома, поскольку родственники и односельчане посчитали Его сошедшим с ума. В связи с этим Он в сердцах произносит: «Нет пророка в своем селении (отечестве)». Привычный для всех окружающих, тихий набожный плотник Иисус вдруг стал громким Пророком. Истина, переполнявшая Его сознание, не могла не изливаться вовне. У Него появились первые ученики.
С того времени Иисус начал проповедовать и говорить: — Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное. И ходил Иисус по всей Галилее, уча в синагогах и проповедуя Евангелие Царствия Небесного и исцеляя всякую болезнь и всякую немощь в людях. И прошел о Нем слух по всей Сирии; и приводили к Нему всех немощных, одержимых различными болезнями и припадками, и бесноватых, и лунатиков, и расслабленных, и Он исцелял их. И следовало за Ним множество народа из Галилеи и Десятиградия, и Иерусалима, и Иудеи, и из-за Иордана.
Иисус был буквально переполнен энергией Истины. А потому Он особенно остро воспринимал несовершенство окружающих Его людей. Искреннее сострадание и стремление помочь им буквально распирали все Его существо, и это вполне естественно. Божественная Энергия, изливаясь мощным потоком в сознание и тело Иисуса, распространялась вовне и буквально буравила глубинные слои человеческих сознаний, полных всякого рода несовершенств, заставляя Его особо остро чувствовать всю боль, порождаемую людским неведением. Именно поэтому, особенно первое время, в поведении Иисуса часто имели место вполне объяснимые чисто человеческие срывы — искренние возмущения духа. Так было, например, в эпизоде изгнания торговцев из храма или в спорах с фарисеями, когда Иисус разговаривал с ними на повышенных тонах.
Иисус ощущал бесспорную физическую связь с Божественной Энергией — чувствовал, как Она изливается в тело, начиная от макушки головы, и буквально пропитывает вибрациями Любви и Истины все его клеточки. При этом возникает невыразимое словами ощущение органического Единства Всего Сущего, а коль Все Сущее — творение Божие, значит, Бог есть Отец, и человек с Ним неразрывно связан посредством Божественной Энергии. Именно исходя из этого чисто физического ощущения, которое ни с чем нельзя спутать и тем более выдумать, Иисус имел полное право утверждать: «Я и Отец одно». Вполне естественно, что подобное ощущение не было знакомо ни одному из Его слушателей и учеников и они, за редким исключением, недоумевали, а то и возмущались по поводу подобного утверждения.
Для того чтобы беседовать с людьми, Иисусу не было надобности думать, что сказать, и подбирать нужные слова для выражения мыслей, речи проповедей и ответы на вопросы слушателей возникали не из памяти и не как следствие логического мышления, а сами собою из пространства над головой, опять-таки при посредничестве все Той же нисходящей Божественной Силы. И этот факт, немало удивлявший слушателей, легко объясним тем, что сознание Иисуса теперь не было сосредоточено в пределах тела (в частности, в районе головы), а было предельно расширено и поднято в Высшие Сферы, откуда молниями сходили откровения в уста Пророков и Великих Учителей. А посему Иисус вправе был заявлять, что Его устами говорит Отец. Позже, давая наставления Своим ученикам, Он, исходя из собственного опыта, говорил им: «Когда же приведут вас в синагоги, к начальствам и властям, не заботьтесь, как или что отвечать, или что говорить, ибо Святой Дух научит вас в тот час, что должно говорить».
Поначалу аудитория Иисуса была огромна. В числе Его слушателей и учеников были как простые люди (рыбаки, крестьяне, погонщики верблюдов, уличные торговцы и пр.), так и представители власть имущих и духовенства. Иисусу, буквально кожею ощущавшему Истину и пронзительно видящему любую фальшь, казалось, что стоит просто раскрыть людям глаза на эту самую Истину и обнажить человеческие пороки и несовершенства, как все вдруг изменится и обретет Божественный смысл. Но так казалось Ему только поначалу. Со временем Он начал сознавать, насколько наивно было Его человеческое стремление сию минуту помочь людям. Они с огромным любопытством, раскрыв рты, внимали чудесам и исцелениям, Им творимым, но когда дело касалось серьезной работы над собой, всегда возникали пространные вопросы или выискивались предлоги отложить работу на потом.
Для человека, живущего в Истине, все кажется удивительно простым. Чтобы найти Ее, никуда не надо ходить — Истина внутри твоего сердца, и стоит только сделать навстречу Ей маленький, искренний шажок, как Она окутает тебя теплой таинственностью и поведет в Свои объятья. Истина не может быть понята умом, почувствовать Ее можно только сердцем. Рассудочная деятельность ума — самое большое препятствие на пути к Истине. Молитва, безоговорочная преданность и полное доверие Всевышнему, покаяние и смиренное приятие всех жизненных трудностей и коллизий составляют основу пути Сердца. Теоретически вроде бы все просто, но на практике… А на практике все это может реализоваться только при условии абсолютной искренности в стремлении и вере и тотальной бдительности, касающейся работы ума и эмоциональной сферы сознания. На пути к Истине не должно быть ни малейшей фальши (как внутренней, так и внешней, ибо тайное непременно станет явным) и ни одно движение ума (будь то мысль или желание) не должно проходить незамеченным. Только при строгом соблюдении этих условий путь Сердца может быть полностью реализован на практике.
Сколько сил и энергии было положено Иисусом, чтобы доходчиво донести все это до сердец Своих слушателей и учеников!
Нагорная проповедь Христа, произнесенная Им перед огромной аудиторией на лоне природы, по сути, являет собой, если можно так выразиться, методологическую основу христианского пути, органично вмещающую в себя как нормы поведения в мирской жизни, так и отношение к Богу или Отцу Небесному. Однако надо заметить, что в Нагорной проповеди нет той убийственной бытовой конкретики, которая присуща заповедям Ветхого Завета. Восприятие ее требует определенного внимания, даже не просто внимания, а сердечной трансформации слов проповеди, что возможно только при определенной продвинутости слушателей на духовном поприще. Иисус прямо говорит: — Кто имеет уши слышать, да услышит.
Не стану перечислять всего того, о чем упомянуто в Нагорной проповеди, она достаточно хорошо всем известна, а желающие, имея под рукой Новый Завет, могут вновь ее перечитать, однако на ряд моментов проповеди следует обратить особое внимание.
