— И все-таки, — вдруг засомневался Мартын, — не рискованно ли переправлять все деньги с одним человеком? Я-то не подведу, а вдруг он захочет тебя «кинуть»?
— Моему человеку и в голову не придет меня «кинуть» — Строгое дело — политика, — заметил Мартын. — Хитрое и дорогое. Без верных людей тут — никак.
— «Сынок» отличный специалист, он, считай, мне вроде как по наследству достался, — продолжал Хозяин. — К тому же он знает, в случае чего я его хоть на необитаемом острове найду.
— Все знают твою хватку, — согласился Мартын. — Как у бультерьера.
Сравнение явно польстило собеседнику в белых брюках.
— А как же, — несколько хвастливо сказал он, — Вот, «Сынок»… Он мне как сын родной, он меня, помнишь этот наезд на Мясницкой, так вот именно он меня на своем хребте вытащил из-под пуль… Э, да тебе не понять. Мать рожала, меньше со мной мучилась, чем он в тот раз. Так вот, если Сынок захочет меня «кинуть», я его должен буду ликвидировать. Потому что если я не сделаю этого, тысячи говнюков вроде тебя, попытаются это повторить…
— У меня и в мыслях такого не было, — по-актерски поставленным голосом заметил Мартын.
Но сравнение с говнюком ему явно не понравилось.
— По рукам, — Борис Андреевич поймал пальцами в чашке кружок лимона и сожрал его вместе с кожурой. — Оформишь документы на моего парня как на участника вашего шоу. Швейцарцы любят, когда к ним целыми коллективами приезжают, и панически подозревают одиночек. И подумай насчет шоу, — собеседник шутливо погрозил ему пальцем, запачканным в кофе. — Пора уходить от застывших форм.
— Деньги можно будет перевезти в коробке из-под реквизита, — предложил Мартын.
— Ага, из-под ксерокса. Проходили. Насчет денег, мой человек сам все продумает.
— Для визы еще потребуются фотографии «три на четыре»… задумчиво сообщил Мартын, перебирая документы, которые он достал из конверта.
— Будут тебе фотографии, — Борис Андреевич поднялся и оправил слегка помявшиеся брюки, — Ты бы все-таки какую-нибудь экзотику да придумал! С этими твоими шоу.
Стишок какой патриотический прочтут, или акробатический этюд… Молодым наплевать, а остальным понравится.
— Будет им экзотика, — Мартын проводил посетителя до двери, вернулся к столу и нажал кнопку селектора. — Кто там у нас на очереди? — поинтересовался он у секретарши. — Скажи, что я уехал в министерство культуры. Ну, не в министерство и не культуры. В прачечную. Чего им надо? Шоу двойников? Каких еще там двойников? Знаменитых людей? Ха… А, ведь, экзотика…
Пусть заходит, только предупреди — пятнадцать минут, и ни секундой… Но… впрочем… так… ничего… Еще кофе, только мне сахару побольше.
3) красныйСубъект в красном халате, красных тапочках с загнутыми носами, сидел на диване с обтянутыми красной кожей подушками. В ногах у него сидел молодой человек с обмотанным вокруг бедер красным махровым полотенцем.
У молодого человека не было четырех передних зубов, и поэтому он при разговоре слегка пришепетывал.
И тут зазвонил телефон.
Только что перед этим джентльмен в красном читал вслух своему единственному слушателю отрывок из газетной статьи:
— «Когда в постели встретятся двое любителей красного цвета, то, что они станут вытворять, заставит покраснеть даже производителей порнухи. Такие люди — самые сексуальные, пылкие и изобретательные, стремящиеся перепробовать в своей жизни все…», — и снял трубку с телефонного аппарата.
Телефонный аппарат был тоже красного цвета.
— Ой, милый вы мой, — запричитал он, услышав, кто звонит.
— А я все гадаю: позвонит — не позвонит…
— Конечно, конечно, — продолжил он, — Вас интересует проект? Наш с вами проект? — уточнил и нервно отпихнул ногой юношу, который чуть приоткрыл щербатый рот, собираясь что-то сказать. — Конечно, я могу подобрать всех необходимых двойников. Придется, поискать, повозиться… А финансирование? Ой, мамочка, это же прелесть, что так получилось… Нет, это я не вас «мамочкой» назвал. Конечно, разговариваю без свидетелей, Кэ Тэ. Коммерческая тайна, то есть, — он искоса взглянул на партнера, обиженно поджавшего губы. — Понимаю, за этакий заказ стоит побороться… Пробные съемки будут в Швейцарских Альпах?! — он аж задохнулся. — Ну просто замечательно, это Дэ Пэ.
Нет, не дорожное происшествие, а деловой подход. Договорились, завтра в девять… — и он повесил трубку, мечтательно глядя в пространство.
— Иногда ты становишься невыносимо грубым, — обиженно заметил компаньон.
— Этот Жэ Бе — жирный боров — решил раскошелиться на целый фильм, — вместо оправдания сообщил джентльмен в красном одеянии. — Очень жирный кусок дерьма предлагает мне этот боров, — с плохо скрываемым злорадством констатировал он.
— Какой боров? — несколько ревниво поинтересовался собеседник.
— А, — он пренебрежительно махнула рукой. — Имел с ним пару раз общий бизнес.
Культпросвет, в смысле, культурная программа для форумов, конференций. В Давосе, Париже, Вене…
Для политиков, бизнесменов…
— Не знал, что ты интересуешься политикой.
— Мы там в рамках культурной программы организовывали различные шоу. Сам знаешь, для чего это делается, — он многозначительно улыбнулся. — Очень, скажу тебе, представительный тип. Может быть даже, бывший генерал, но уж никак не меньше полковника. — добавил он с улыбкой.
— Зачем ты имеешь дело с такими опасными людьми? — спросил озабочено собеседник.
— Деньги, бабки, баксы, пенензы, — человек в красном потер пальцами, словно между ними была зажата новенькая хрустящая купюра. — Тебе ведь не на что пожаловаться, бэби?
— Ты меня попрекаешь?
— Не обижайся. Мне предстоит серьезная работа.
— Какая?
— Завтра утром посыльный привезет фотографию. Предстоит найти парня, который очень похож на того, что на снимке. Понимаешь — шоу двойников — все персонажи похожи на известных людей. А этого предстоит разыскать — не пойми на кого похожего.
— Очень сложно найти двойника неизвестного никому человека.
— Почему? — удивился владелец красного халата.
— Иногда ты бываешь очень бестолковым, — заметил собеседник. — Если человек похож на знаменитость, он сам об этом знает, и, соответственно, старается, чтобы об этом проведало как можно больше людей. И получается, кто-то знает, что другой знает, что третий знает и так далее — мол, существует просто копия Джорджа Майкла. Или Майкла Джексона. И по этой цепочке знающих людей можно разыскать двойника. А вот если кто-то похож на непонятно кого, отыскать такого — все равно что иголку в стоге сена.
— Иногда ты бываешь очень бестолковым, это просто бесит, — отыгрался собеседник.
— Клиент хочет, чтобы в шоу участвовал парень, который похож…
— Я понял, — щербатый парень разражено мотнул головой, так что челка блестящих волос взлетела и опала, как будто край занавески. — Можно, если надо, даже загримировать первого попавшегося так, что мама не узнает… Но зачем кому-то понадобился неизвестно на кого похожий парень, ты об этом не подумал?
— Он что-то говорил… — человек в красном халате наморщил лоб, — Это будет, кажется, фотография спонсора. И если этот спонсор увидит на экране свое подобие, да еще в окружении знаменитых двойников, то сразу отстегнет бабки на проект…
Ну, что-то вроде этого, я толком…
— Сойдет и такое объяснение, — иронично заметил молодой человек, и лениво потянулся.
БЛУДНЫЙ СЫНОК
Слежку Сынок почувствовал еще в самолете. Он словно кожей ощущал слежку, как опытный водитель чувствует габариты собственного автомобиля.
Сынок понятия не имел, кто из пассажиров наблюдает за ним. Но нехорошее предчувствие не покидало его весь рейс.
Это вполне могла оказаться пожилая чета: он — обрюзгший, все время промокающий пот со лба мятым носовым платком, она — маленькая и нервная, словно состоящая из одних сухожилий, каждые четверть часа проверяющая содержимое дамской сумочки.
Вряд ли. Хотя соглядатаи далеко не всегда оказываются мужчинами средних лет в длинных мятых плащах и шляпах, надвинутых на глаза.
Или — тот толстяк, замучивший стюардессу постоянным «Цвай бир».
Интересно, надолго ли его хватит? Когда он, наконец, стремглав кинется в туалет?
Немцы — это губки. Кто еще так способен впитывать?
Вполне вероятно, наблюдать за ним может кто-нибудь, путешествующий туристическим классом. Самолет уже набрал высоту, и пассажиры из «хвоста» периодически, вроде по ошибке, заглядывали в VIP-салон.
Сынок попросил принести ему очередную чашечку кофе.
Где-то прямо под ними разразилась гроза. Земли не было видно, а в плотном одеяле туч вдруг возникали вспышки, словно кто-то баловался гигантскими китайскими фейерверками.
