Въ Ноябрѣ мѣсяцѣ нѣсколько членовъ «Боевой Организацiи» во главѣ съ Савинковымъ[6], быстро занявшимъ въ «Боевой Организацiи» вслѣдствiе своихъ личныхъ качествъ, мѣсто непосредственнаго организатора и руководителя «Боевой Организацiи», были уже въ Петроградѣ, гдѣ и изучали выѣзды министра, одинъ подъ видомъ извозчика, другой — торговца лотошника. Въ Декабрѣ мѣсяцѣ боевики попали въ сферу наблюденiя чиновъ охраны и поспѣшили скрыться изъ Петрограда. Такимъ образомъ, это первое предпрiятiе «Боевой Организацiи» въ ея новомъ составѣ кончилось неудачею.
Появленiе и быстрое развитiе дѣятельности организацiй «Партiи Соцiалистовъ-Революцiонеровъ» и особенно апрѣльское 1902 года выступленiе ея «Боевой Организацiи» захватили правительство какъ бы врасплохъ. Партiя начала работать тамъ, гдѣ не было соотвѣтствующихъ розыскныхъ органовъ. Столицы съ ихъ охранными отдѣленiями умышленно обходились руководитеями партiи. Всѣ важнѣйшiя партiйныя предпрiятiя зарождались и ставились въ провинцiи. «Боевая Организацiя» образовалась въ провинцiальной глуши и, подготовивъ тамъ свое выступленiе, совершила какъ бы налетъ на Петроградъ. Такое положенiе, не мало обусловившее успѣхъ работы соцiалистовъ-революцiонеровъ въ первые годы жизни партiи, повело къ частичной реформѣ дѣла политическаго розыска.
Въ 1902 году въ нѣкоторыхъ провинцiальныхъ городахъ были спѣшно учреждены розыскные пункты, переименованные затѣмъ въ охранныя отдѣленiя. Они повели энергичную борьбу съ партiйными организацiями. Начались аресты соцiалистовъ-революцiонеровъ. Наиболѣе значиельные изъ нихъ были осуществлены въ Одессѣ, Тамбовѣ и Екатеринославѣ.
Въ 1903 году групповые аресты были произведены въ Кiевѣ, Одессѣ, Петроградѣ, Козловѣ, Екатеринославѣ, Курскѣ, Саратовѣ, Москвѣ и въ другихъ городахъ. Обыски давали богатые результаты, свидѣтельствовавшiе о преступной работѣ соцiалистовъ-революцiонеровъ по пропагандѣ и агитацiи. Въ Одессѣ же, Екатеринославѣ, Саратовѣ и Кiевѣ, были арестованы и типографiи, взятыя на полномъ ходу. При арестѣ Кiевской типографiи была заарестована и ставившая ее повивальная бабка Фрума Фрумкина, которая позже, 27 Декабря, будучи вызвана на допросъ въ Кiевское губернское жандармское управленiе, пыталась перерезать горло жандармскому генералу Новицкому, но нанесла ему лишь легкую рану[7].
Наносимые партiи удары были серьезны. Изъ ея рядовъ вырывались наилучшiе работники. Аресты типографiй и транспортовъ нелегальной литературы лишали партiю главныхъ средствъ пропаганды и агитацiи. Гибли явки, конспиративныя квартиры, проваливались налаженныя съ большимъ трудомъ сношенiя заграничнаго центра съ мѣстными организацiями[8]. Все это не могло не отразиться пагубно на положенiи дѣлъ партiи. Въ партiйной работѣ замѣчались перебои. Нѣкоторыя организацiи должны были поневолѣ прекращать свою дѣятельность и, хотя, оправившись, онѣ и продолжали ее, но контингентъ работниковъ послѣдующихъ составовъ обычно бывалъ много слабѣе предыдущихъ, работа шла менѣе успѣшно. И если, тѣмъ не менѣе, несмотря на интенсивную работу розыскныхъ органовъ, разстраивавшихъ систематически работу партiйныхъ организацiй, таковыя продолжали нарождаться, то причинъ тому слѣдуетъ искать во все болѣе и болѣе развивавшемся въ то время противоправительственномъ движенiи интеллигенцiи.
II
1904 годъ. Походъ «Боевой Организацiи» противъ министра внутреннихъ дѣлъ Плеве. Убiйство министра Плеве. Начало широкаго общественнаго движенiя. Дѣятельность партiи во вторую половину года. Начало массоваго террора.
Въ 1904 году дѣятельность «Боевой Организацiи» не прекращалась. Но не прекращалась и слѣжка за «Боевой Организацiей». Производились и еще аресты, изъ которыхъ наиболѣе важными по достигнутымъ результатамъ были слѣдующiе:
Въ Январѣ, въ Петроградѣ была арестована террористическая группа дворянки Серафимы Клитчоглу, во главѣ съ ней самой. Группа подготовляла покушенiе на министра внутреннихъ дѣлъ Плеве. При обыскахъ были найдены планы путей слѣдованiя министра изъ его дома въ Зимнiй дворецъ и другiя вещественныя доказательства преступной работы группы. Въ связи съ Петроградомъ были произведены обыски въ Кiевѣ, Харьковѣ и Ростовѣ на Дону.
Въ Iюлѣ 1904 г. въ Петроградѣ была арестована группа Павла Кракова, подготовлявшая покушенiе на министра юстицiи.
Организацiи «ликвидировались» на протяженiи всей Россiи. Но среди такой, казавшейся, партiйной тишины, ключемъ била скрытая даже отъ глазъ партiи жизнь «Боевой Организацiи». Всѣ стремленiя ея руководителей, согласно полученныхъ отъ Центральнаго Комитета директивъ, были направлены къ совершенiю убiйства министра внутреннихъ дѣлъ, Плеве.
Въ Январѣ 1904 года въ составъ «Боевой Организацiи» входили: Савинковъ съ двумя его товарищами, Николай Блиновъ, Алексѣй Покотиловъ, бывшiе студенты Московскаго университета Максимилiанъ Швейцеръ и Егоръ Сазоновъ, а также Иванъ Каляевъ. Часть изъ нихъ находилась въ Женевѣ, гдѣ по террору съ ними вели переговоры Гоцъ и Азевъ[9], часть же была въ Россiи. Въ Россiи жили Покотиловъ и Швейцеръ, изготовлявшiе динамитъ для бомбъ и самыя бомбы.
Въ Февралѣ мѣсяцѣ «Боевая Организацiя» уже наблюдала за выѣздами министра по Петрограду и хотя маршруты его не были изучены съ достаточною полнотою, тѣмъ не менѣе, рѣшено было произвести покушенiе 18 Марта. Согласно разработанному заранѣе плану, 18 Марта, около 12 часовъ дня, боевики, получивъ часа за 2 передъ тѣмъ отъ Швейцера бомбы, вышли на Фонтанку и стали ждать министра, который, по ихъ предположенiю, долженъ былъ проѣхать отъ Зимняго дворца, по набережной Невы и по Фонтанкѣ, къ себѣ домой.
У дома Штиглица стоялъ Покотиловъ съ двумя бомбами, у Рыбнаго переулка и на углу Пантелеймоновской улицы стояло по боевику, каждый съ двумя бомбами; Сазоновъ, одѣтый извозчикомъ, стоялъ недалеко отъ подъѣзда дома № 16 и имѣлъ бомбу на колѣняхъ подъ фартукомъ. На Цѣпномъ мосту находился Каляевъ, который долженъ былъ подать сигналъ въ случаѣ, если бы министръ не свернулъ съ набережной Невы на Фонтанку, а поѣхалъ бы по Литейному проспекту. Въ Лѣтнемъ саду сидѣлъ руководитель всего предпрiятiя Савинковъ. Выполненiю задуманнаго злоумышленiя помѣшала бдительность чиновъ охраны. Боевикъ, стоявшiй на углу Пантелеймоновской улицы, замѣтилъ за собою наблюденiе охраны и изъ боязни ареста скрылся со своего мѣста; за нимъ ушелъ Покотиловъ, Сазоновъ же не видѣлъ проѣхвшаго министра.
Послѣ неудачи 18 Марта, Швейцеръ, Каляевъ и Савинковъ направились въ Кiевъ, гдѣ они намѣревались убить геенралъ-губернатора генералъ-адъютанта Клейгельса; Покотиловъ же, Сазоновъ и двое неизвѣстныхъ рѣшили произвести нападенiе на министра во время проѣзда его 25 Марта или 1 Апрѣля.
25 Марта Покотиловъ и неизвѣстный, подъ видомъ торговцевъ съ лотками, вышли съ бомбами на предполагаемый путь проѣзда, но министра не встрѣтили. Второй выходъ ихъ не состоялся, потому что Покотиловъ 31 Марта погибъ отъ взрыва у себя въ номерѣ въ Сѣверной гостиницѣ въ то время, какъ онъ снаряжалъ запаломъ разрывной снарядъ. Съ нимъ погибъ большой запасъ динамита «Боевой Организацiи».
Новая неудача въ Петроградѣ и смерть Покотилова такъ подѣйствовали на «Боевую Организацiю», что находившiеся въ Петроградѣ ея члены скрылись и рѣшили было оставить временно выступленiе противъ министра, но скоро какъ ихъ предположенiе, такъ, и предположенiе всей группы Савинкова, было измѣнено.
Весною въ Харьковѣ состоялся съѣздъ главныхъ членовъ «Боевой Организацiи», на которомъ былъ выработанъ слѣдующiй планъ дѣйствiй. Прежде всего было рѣшено устранить министра. Боевикъ, стоявшiй 18 Марта на углу Рыбнаго переулка, убiйца уфимскаго губернатора рабочiй Дулебовъ, Каляевъ и еще одинъ неизвѣстный боевикъ должны были вести наблюденiе за проѣздами министра по улицамъ, первые какъ разносчики-продавцы, вторые извозчиками. Савинковъ долженъ былъ нанять богатую квартиру въ Петроградѣ и поселиться тамъ съ женой — Дорой Бриллiантъ, съ лакеемъ — Сазоновымъ и кухаркой — какой-то старой революцiонеркой. Дальнѣйшее должно быть рѣшено позже, послѣ всѣхъ установокъ наблюденiя. Разъѣхавшись, боевики принялись за осуществленiе намѣченнаго плана. Савинковъ, подъ видомъ богатаго англичанина, поселился на Жуковской улицѣ съ Дорой Бриллiантъ, котоаря играла роль бывшей пѣвицы «Буффа». За лакея былъ Сазоновъ, кухаркой же намѣченная заранѣе революцiонерка. Всѣ они отлично играли свои роли. Широкое даванiе на-чай барина, услуживанiе старой кухарки дворникамъ, подлаживанiе и обходительность лакея къ швейцару и прислугѣ другихъ квартиръ создали благопрiятную для террористовъ обстановку въ домѣ. Въ то же время назначенные для наблюденiя за министромъ боевики выполняли свое дѣло умѣло и съ энергiей. Вотъ какъ описываетъ эту работу въ своихъ запискахъ Савинковъ.
