Читаем без скачивания Бани. Полная энциклопедия - Ирина Мартынова

Помещение бани представляло собой анфиладу комнат с различной степенью нагрева и влажности. Вы входите в раздевальню. Это аподитерий (от греческого «снимаю») — продолговатая комната со сводчатым потолком и лепными украшениями. На полу — цветная радуга мозаики. По стенам — полки для одежды. В нише окна внушительная маска Нептуна. Из аподитерия можно пройти в бассейны — фригидарий (с холодной водой) или в тепидарий (с теплой). Спускались в бассейн по ступенькам. Фригидарий находился под голубым куполом, на который падали солнечные лучи. Ощущение такое, будто находишься не под крышей, а под голубым небом, в цветущем саду, ибо стены бассейна выложены мозаикой с изображениями цветов и деревьев, между которыми порхают птицы.

Из аподитерия еще один ход — в горячее помещение, где любители бани начинали постепенно потеть. Помещение разогревалось почти так, как в небольших русских банях и финских саунах. В углу печь-жаровня. На бронзовой решетке — камни, внизу — раскаленные угли. Невольно думаешь: может быть, помпейские любители бани, как и мы, чтобы получить пар, плескали воду на раскаленные камни?

Разогревшись, переходили в наиболее горячую комнату — кальдарий. Это так называемая влажная баня. В кальдарий уже по-настоящему прошибал пот. Но все здесь было оборудовано с таким расчетом, чтобы избежать духоты. Четыре окна то и дело открывались настежь, освежая помещение. По сводчатому потолку кальдария шли поперечные желобки, которые, в свою очередь, переходили в более мелкие ответвления. Так образовавшаяся из горячего пара вода собиралась в одно место и уходила в канализацию. В конце кальдария, в нише возвышался, словно на троне, огромный металлический таз диаметром в 2,5 м. Над ним располагался голубой купол, символизирующий небо. На куполе рельефный орнамент — крылатые девы парят в высоте. В кальдарий душ-фонтан и много тазов различного размера. Кто желал, мог понежиться в огромной ванне из белого мрамора, длиной почти в 5 м. Кальдарий разогревался горячим воздухом, который шел по трубам, под полом и в стенах.

Сенека писал в своих письмах: «Теперь дырой назовут баню, если она поставлена не так, чтобы солнце круглый день заливало ее через огромные окна, если в ней нельзя из ванны видеть поля и море…» И далее: «Теперь баню накаляют до температуры пожара… По-моему, нет никакой разницы между баней, нагретой и охваченной огнем». Как созвучны эти слова с эпиграммой неизвестного автора:

На слишком горячие бани.Бани такие не банями звать, а костром подобает,Тем, на котором Педид сына Менетия сжег[1].Или Медеи венцом, что Эронией был изготовленВ спальне у Главки, увы, из-за тебя, Эсонид.О, пощади меня банщик, спаси ради Зевса!Могу я все описать — и людей, да и бессмертных дела.Если ж ты множество жизней спалитьчеловеческих вздумал.Сделай костер дровяной, а не из камня, палач!

В небольших банях, чтобы получить сухой жар, топили древесным углем. Для создания более влажной атмосферы топили обыкновенными дровами. Древнеримские авторы упоминают о бездымных дровах для бани. Изготовляли такие дрова различными способами. Например, сушили их над большим огнем, но на некотором расстоянии от него, так, чтобы дрова не обугливались, или, сняв с дерева кору, замачивали его в воде, а затем высушивали. Третий — самый дорогой, но, как отмечают, наиболее верный способ изготовления бездымных дров: смачивание в отстое оливкового масла, а затем просушивание на солнце.

Ну а чем мылись древние римляне? Ведь, скажем, греки еще не знали, что такое мыло. Во всяком случае, из такого весьма достоверного бытописания жизни эллинов, как поэмы Гомера, мы узнаем, что для мытья тела пользовались… песком. Но это был особый, очень мелкий песок. Его специально доставляли в Элладу из Египта, с берегов Нила. А сами египтяне умывались пастой из пчелиного воска, которую они смешивали с водой.

Римляне усовершенствовали способы изготовления мыла, стремясь сделать его более доступным. В ход пошла древесная зола и сода. Как сообщает Плиний Старший, римляне переняли у финикийцев изготовление мыла из козьего сала и буковой золы.

Как ни тщились римские гигиенисты, им не удалось сделать мыло доступным. Прекрасно понимая, что чистота — залог здоровья, они тем не менее даже в мыслях не допускали, что мылом можно стирать белье. Это было непозволительной роскошью даже для весьма состоятельных людей. Мыло ценилось наравне с самыми дорогостоящими лекарствами и косметическими снадобьями. Далее перед бритьем лицо только обильно смачивали водой. А так как бритвы изготовлялись из железа и наточить их как следует не представлялось возможным, эта ежедневная процедура превращалась в экзекуцию. Поэт-сатирик (40 — 104) Марциал горько сетовал, что лицо у него всегда в шрамах — не от сражений, а от тупой бритвы и отсутствия мыла.

Некоторые историки утверждают, что впервые более или менее полноценное мыло, близкое по своему составу к такому, каким мы моемся сейчас, появилось у древних кельтов, которые жили на территории нынешней Франции. А промышленное производство мыла впервые было начато именно французами, в Марселе, в IX в. Но мыловарение в больших масштабах стало развиваться значительно позже, после разработки промышленного способа получения соды. Так, твердое мыло впервые стали производить в Италии в 1424 году.

Упоминания о банях в греческой и римской поэзии довольно многочисленны, но в зависимости от их достоинств или недостатков бани либо хвалят, либо хулят. Острие поэтической сатиры обращалось на бани неблагоустроенные, в которых предписывалось мыться только летом, ибо в остальное время года «в банях гуляет Борей» — северный ветер, превращающий бани в обиталище «Окочененья и Дрожи». Не по этой ли причине придворный врач византийских императоров Николай Каллики (XI–XII вв.) рекомендует:

Советую о банях позабыть: ониПричина ревматизма и к тому ж ещеВ унынье приводящих головных болей.

У римлян любовь к бане стала всеобщей, как сказали бы мы, приобрела массовый характер, когда стали сооружать гигантские бани — термы. К крупному строительству римляне были подготовлены: еще в конце III в. до н. э. научились применять цемент, который, как отмечал Плиний Старший, сбивал камни в одну несокрушимую массу, становившуюся день ото дня крепче.

По свидетельству историков, термы по своим размерам иногда напоминали города. Они отличались исключительной роскошью. Стены в них расписывали знаменитые художники, полы покрывали мозаикой. Посреди залов били фонтаны. Мебель отделывали золотом, слоновой костью и серебром. Вход в бани украшали статуи, привезенные из Греции или созданные в Риме известными скульпторами. О роскоши римских терм ярко свидетельствует высказывание одного из императоров, который после посещения терм воскликнул: «Разве можно править среди такой роскоши!» В некоторые римские бани вода подавалась по серебряным трубам, а в женских термах скамьи иногда делались из серебра, ванны и тазы — из белого мрамора. В термах Диоклетиана одних мраморных кресел было две с половиной тысячи.

Леонтий Схоластик (V в.) так описывает великолепие царских терм:

Да, это царские термы; и дали им это названье те,Кто в былые года были в восторге от них.Ведь не обычным огнем здесь прозрачная греется влага.Право, сама по себе здесь горячеет вода.Да и холодная льется вода для тебя в изобилье,—Всякий, какой захотел, можешь облиться струей.Вот еще одно подтверждение красоты римских терм:Пурпурный камень один здесь блестит…Здесь входы прекрасны;Пестрым блистает стеклом помещения свод, освещаяМножество разных фигур. Изумляется этим богатством.Все окружившее пламя и силу свою умеряет.Много света везде, где солнца лучи пронизалиКрыши…Все необычно вокруг: здесь нигде не увидишь темесскойМеди; счастливые здесь в серебро вливаются воды,Из серебра вытекая, стоят в водоемах блестящих,Роскошью поражены и дальше течь не желая.Здесь же, снаружи, бежит поток в берегах белоснежных,Весь голубой и прозрачный, и все до дна его видно.

Папиний Сталий (I в.)

Туристы, приезжающие в Рим, осмотрев Колизей, обычно направляются к находящимся неподалеку термам Каракаллы, названным по имени императора, правившего в 211–217 гг. BV в. они считались одной из интереснейших достопримечательностей Рима. Историки называли это гигантское сооружение восьмым чудом света. Термы занимали 12 гектаров и вмещали одновременно 2500 человек. Римские владыки, стремясь завоевать популярность, строили бани, без которых жители города не мыслили свою жизнь. Термы Каракаллы сохранились лучше других. Они состояли из вестибюля, большого зала — тепидария для потения, парилки сухого жара, гимнастического зала, библиотеки и буфета. К термам примыкали стадион и спортивный зал.