в таком духе Джей Гэтсби мог подарить своей Дейзи. Судя по улыбке, его мать была в восторге.
И если бы я была из тех девушек, которые что-то коллекционируют, это определенно были бы красивые флаконы.
Я в последний раз обвожу взглядом комнату. Все выглядит ровно так, как мне надо. Будто я все упаковала, за исключением нескольких вещей, до которых у меня просто не дошли руки.
– Тук-тук, – доносится голос от двери, и я поворачиваюсь на звук всем корпусом. Это сотрудница жилого комплекса. Именно она сдала мне эту квартиру в понедельник после обеда.
Она заходит в комнату и осматривает царящий в ней беспорядок.
– Я забеспокоилась, когда здесь никто не появился ни в понедельник, ни в последующие дни.
Я засовываю руки в передние карманы и прислоняюсь спиной к стене рядом с барной стойкой, скрестив лодыжки. Мои движения медленные, но четко выверенные. Меня беспокоит, что она заявилась меня проверить: вдруг ей приспичит зайти в субботу, когда мы с Райаном будем вывозить вещи? Я специально выбирала место, где никто не стремится познакомиться с соседями, а квартиры оборудованы бытовой техникой, ведь их можно снять даже на одну неделю. Одной недели мне было вполне достаточно.
Вероятно, ее интерес вызван тем, что я сняла одну из немногих квартир без мебели. Но мне не хотелось, чтобы Райан думал, что моя жизнь настолько нестабильна, что у меня нет даже собственного дивана, так что заранее меблированная квартира мне не подходила. И вот, на четвертый день, ничто не свидетельствует о моем пребывании здесь, кроме восьми коробок, в особом порядке расставленных по комнате.
Женщина проводит ладонью по ближайшей коробке и разглядывает флаконы на барной стойке. Я знаю этот типаж. Густо накрашенная, в обтягивающей одежде – когда-то, возможно, считалась красивой, но годы ее не пощадили. Ее взгляд цепляется за все, что попадает в поле зрения. Такие квартиры зачастую снимают для нелегальных делишек, и она пытается контролировать происходящее, вынюхивая и высматривая, кто чем занимается и нельзя ли извлечь из этого какую-то выгоду. И сейчас она прошла через парковку и вошла прямо в мою квартиру, подозревая меня, но не понимая, как это использовать в своих интересах.
– Просто хотела убедиться, что вы заселяетесь, – говорит она.
– Заселяюсь, – отвечаю я, затем бросаю взгляд на бейдж с именем, приколотый к блузке с глубоким вырезом. – Шона, ваше беспокойство излишне. И нежелательно.
Она напрягается. Мой резкий тон контрастирует с расслабленной позой. Она пришла сюда, считая себя хозяйкой положения, но я ее обломала.
– Могу ли я по-прежнему рассчитывать, что вы освободите квартиру и вернете ключ к пяти часам вечера в воскресенье? – спрашивает она.
– Как и я рассчитываю, что больше не будет неожиданных визитов, – говорю я с полуулыбкой, указывая головой на дверь.
Цокнув языком, Шона разворачивается и уходит. Я еле сдерживаюсь, чтобы демонстративно не закрыть дверь на задвижку. Я почти закончила, но есть еще дела, с которыми надо покончить до того, как Райан в семнадцать тридцать пересечет границу штата Луизиана.
Глава 3
Дед Райана скончался три года назад – всего лишь через год после своей жены – и оставил Райану дом со всей обстановкой: посудой в серванте, картинами на стенах… Ах да, и приличную сумму денег в придачу.
По словам Райана, однажды он зашел проведать деда и нашел его в постели – тот тихо умер во сне. Уже через неделю Райан въезжал в его дом. С собой он привез только одежду, туалетные принадлежности и новый матрас для спальни. Райан, наверное, нашел бы место для уродливого дивана из секонд-хенда… если бы он у меня был.
Вдоль улицы растут большие дубы, и тротуар на всем протяжении находится в тени их ветвей. Все соседи – солидные люди старшего поколения, которые любят вспоминать, как «этот милый мальчик» рос у них на глазах. Человек селится в таком доме, когда добивается определенных успехов в жизни. Когда у него уже несколько детей, а страх, что не сможешь заплатить по счетам, отступает и теряет свою удушающую силу.
Но для Райана этот дом – два этажа, просторная терраса, просторный задний двор, бело-зеленые ставни, идеально ухоженные клумбы и мощеная кирпичом дорожка к главному входу – слишком велик. Если пройти по дому, заглядывая в каждую комнату, уйдет несколько минут, а из хозяйской спальни не слышно, когда кто-то заходит в дом со стороны гаража.
Я паркуюсь задом на подъездной дорожке, чтобы не так далеко было тащить коробки. Лишь потянув за ручку багажника, я замечаю соседей слева, Бена и Мэгги Роджерс, наблюдающих за мной со своего крыльца. Точно по расписанию. Их утренняя прогулка совпадает с нашим отъездом на работу, а вечером, когда мы возвращаемся, они неизменно сидят на крыльце с коктейлями. На этой улице такая атмосфера царит повсеместно – большинство живущих здесь или уже на пенсии, или вот-вот прейдут в разряд пенсионеров.
Миссис Роджерс наблюдает, как я достаю первую коробку. Завтра утром, после их традиционного обхода, вся улица будет знать, что я теперь не только ночую у Райана. Супруги Роджерс вывели добровольное патрулирование местности на новый уровень. Они молча смотрят, как я разгружаю коробку за коробкой.
Райан подъезжает к дому, как раз, когда я тянусь за последней из них, и тут же выскакивает из машины, чтобы помочь.
– Дай сюда, я донесу, – требует он.
Коробка мешает нам обняться, но я встаю на цыпочки и целую его.
Прежде чем зайти в дом, он приветствует Роджерсов:
– Вечер добрый!
Миссис Роджерс поднимается с места и подходит к самому краю крыльца, рискуя свалиться в кусты азалии.
– У вас там просто кипит работа! – кричит она в ответ.
У Райана заняты руки, и он может только кивнуть в мою сторону.
– Иви переезжает ко мне.
Его улыбка вызывает мурашки, и я сама невольно расплываюсь в такой же широкой улыбке.
Миссис Роджерс бросает мужу торжествующий взгляд – ее догадки только что подтвердились.
– Вот как. Что ж, мне кажется, современные молодые люди пропускают несколько важных шагов. – Она сдавленно хихикает, пытаясь сгладить колкость.
Райана ее замечание ничуть не смущает.
– Наши шаги могут идти в другом порядке, но мы их все обязательно сделаем.
Я невольно выдыхаю и заставляю себя не искать подтекст в этой шутливой перепалке.
Мистер Роджерс подходит к краю крыльца и встает рядом с женой.
– Что ж, тогда мы должны оказать Иви по-настоящему теплый прием! Заходите к нам как-нибудь на послеобеденный коктейль. –
