смущенно улыбнулась мужчине в фартуке, который с любопытством наблюдал за ними. Ему было около пятидесяти. У него было слегка перекошенное, как будто небрежно намалеванное лицо. Портрет усача работы Пикассо – вот на что оно было похоже. Она отвернулась, не желая его смущать.
Месье Ивон, в свою очередь, не вполне понимал, чего от него ждут. Было время обеда, и его присутствие требовалось в ресторане. В конце концов, если мадам не желает оставаться, мы не собираемся ее заставлять… У нас же не дом престарелых… Несколько комнат над рестораном сдаются в аренду помесячно. По стечению обстоятельств, наши гости довольно пожилые люди. Но они в отличной форме! Единственное, чего им не хватает, это хорошей компании. Что совсем немало, по его мнению.
Коринна, почувствовав, что терпение хозяина вот-вот лопнет, поспешила успокоить его:
– Это со мной вы говорили по телефону. Как я вам уже сказала, моя свекровь в полном здравии. Ей просто нужно немного общения… Прогулки на природе и знакомство с новыми людьми пойдут ей на пользу. Сколько у вас сейчас постояльцев?
– Что ж… дайте подумать… У нас гостит месье Жорж – очень обаятельный человек, который присоединился к нам недавно; Марселина из Пикардии; Ипполит и малышка Жюльетта, официантка, – получается, четверо. Еще Нур на кухне, и потом я. Итого шесть. Ах да! Я чуть не забыл Леона! Семь! Нас семеро!
Коринна вопросительно смотрела на него.
– Леон – кухаркин кот…
Коринна громко рассмеялась и незаметно подала Филиппу знак, что пора бы поторопиться. Алексис вышел из коттеджа, вытирая руки о штаны.
– Ма, может, останемся на обед?
Коринна бросила на него выразительный взгляд. Им еще нужно было вернуться домой, чтобы собрать чемоданы, и она совсем не хотела застрять в вечерней пробке на обратном пути. Хватит того, что они угробили половину выходных на доставку мадам.
Филипп, склонившийся над автомобилем, выглядел растерянным. Коринна подошла, решив, что настало время ей вмешаться. Она положила руку на плечо мужа.
– Давай я попробую.
Она открыла дверь машины и присела на корточки, как мать, которая пытается уговорить своего непослушного ребенка.
– Полетта, вы должны хотя бы заглянуть внутрь; блюда выглядят просто восхитительно. Месье Ивон покажет вам вашу комнату. Он зарезервировал для вас самый светлый номер с прекрасным видом на деревню.
Дело в том, что Коринна заранее согласилась на все предложения месье Ивона. За такую цену она могла позволить себе доплатить еще немного, лишь бы угодить Филиппу. Это все равно было намного дешевле, чем роскошные дома для престарелых из рекламы, которые стоили безумных денег.
Полетта внезапно прервала молчание и воскликнула:
– Ой, да ладно! Не надо так переигрывать! Одно дело – не уметь зажарить баранью ногу, и совсем другое – не отличить провинциальную забегаловку от шикарного пансиона! Филипп, немедленно отвези меня домой!
– Но, мама… – взмолился Филипп, истощив все разумные доводы.
Обиженная Коринна отрешенно махнула рукой.
– Что будем делать? – спросил Филипп. – Мы не можем оставить ее здесь в таком состоянии… Кроме того, я уже сдал ее дом… Куда же нам ее девать?
Коринна стиснула зубы, пытаясь подавить нахлынувшие на нее непристойные мысли, навеянные его вопросом.
– Не вижу иного выхода, – продолжил Филипп, – мы возьмем ее с собой в отпуск, а там будет видно…
Коринна и Полетта разом вздрогнули.
– Куда с собой, в Кению? – задохнулась Коринна.
Полетта представила себе ужасную картину: они с невесткой на три недели застряли в одной палатке посреди стада антилоп гну. У них все общее, включая туалет. Какой кошмар! При таком раскладе лучше провести лето в компании с неотесанной деревенщиной!
Полетта схватила трость и выскочила из машины так быстро, как только позволяло ее бедро. Глядя в глаза сыну, она холодно произнесла:
– Запомни этот день. День, когда ты вколотил гвоздь в гроб своей матери.
Месье Ивон предложил отнести вещи гостьи в дом; Полетта прошла мимо него без единого слова. Взяв по чемодану в каждую руку, он последовал за ней в ресторан и кивнул на лестницу.
Когда они вошли, среди постояльцев воцарилась тишина. Обитатели гостиницы, у которых за плечами было больше лет, чем во рту зубов, затаили дыхание. Полдюжины взглядов устремились на хозяина. Новые жильцы появлялись здесь нечасто. Комнаты сдавались помесячно, но большинство арендаторов жили здесь годами. Из кухни вопросительно смотрела Нур. Месье Ивон смущенно пожал плечами и повел старушку наверх.
4
Полетта толкнула концом трости дверь в свое новое жилище. В комнате были высокие потолки с широкими балками. Из двух больших окон открывался вид на поля и деревню. Месье Ивон поставил чемоданы у шкафа и попытался провести небольшую экскурсию.
– Оставьте меня, – сухо прервала его Полетта.
Месье Ивон, нисколько не обидевшись, положил на комод большой ключ с кисточкой.
– Обед подается до двух. Дайте мне знать, если захотите, чтобы я принес вам что-нибудь.
В ответ гостья отвернулась к окну. Легкий ветерок слегка колыхал занавески. Месье Ивон закрыл за собой дверь. Стиснув зубы, Полетта со стуком опустила трость на пол. Затем резким движением она смахнула со стола изящную вазочку с единственным цветком. Со звоном стекло разлетелось, и маленький полевой цветок упал на пол.
Ай да Коринна, вот это ход с ее стороны! Разыгрывает из себя идеальную жену, да? Как бы не так! Бесстыжая мать семейства, вот кто она! Готова упечь свекровь в провонявшую навозом богадельню, лишь бы сэкономить себе на липосакцию!
Полетта не выдержит здесь и трех дней. Коровы, сельская забегаловка и ни намека на хорошие манеры. Видела она их, этих мужланов в комбинезонах, прислонившихся к стойке, как скот в ожидании зерна. Притон алкоголиков, вот что это такое! Все эти скатерти в клеточку, липкие пластиковые меню, недомытые стаканы – картина маслом! Кстати, о картинах! Убогая мазня, от которой идет кровь из глаз, в то время как в нос бьет запах пережаренного масла! Ей показалось, что она теряет сознание. Ухватившись за подоконник, она медленно села на кровать.
В комнату влетел комар, пожужжал возле уха, а затем уселся на стену. Полетта схватила веер и резким ударом прихлопнула крылатую тварь. Длинный кровавый след обезобразил свежевыбеленную стену. Вот вам на память о моем пребывании здесь!
Вспышка ярости взбодрила старушку. Она расправила юбку и принялась обмахиваться веером. Ну уж нет, она этого так не оставит. Очевидно, она недооценила противника. Но Филипп, как бы то ни было, ее сын, и коль жена – женщина, то мать – божество.
Не пройдет и недели, как хозяин этой дыры потребует от Филиппа забрать отсюда свою мать. И на этот раз, пообещала себе Полетта, она точно получит заветную путевку в одну сторону, к золотой старости на юге Франции. Коринне еще аукнется ее долгожданный отпуск! К слову сказать, никогда не рано начинать готовиться. Старушка открыла сумочку и вынула из нее маленький буклет с примятыми уголками. При виде фотографии пансиона, раскинувшегося посреди оливковой рощи, она почувствовала изжогу. «Приезжайте к нам сегодня же, – завлекала листовка. Полетта стиснула зубы.
Она заметила телефонный аппарат на ночном столике, прямо под темно-красным следом, оставшимся после расправы над комаром. Ее рука слегка дрожала, когда она набирала номер. Полетта рассердилась. Треклятая старость! Лучшие годы своей жизни ты проводишь под властью вспыльчивого отца, затем непутевого мужа. И когда наконец получаешь свободу, тебя начинает подводить твое собственное тело!
Послышались гудки, потом ответил дивный молодой женский голос:
– «О-де-Гассан», слушаю вас.
Полетта попросила прислать ей бланк регистрации на адрес гостиницы месье Ивона. Она медленно, по буквам произнесла название деревни, которое Филипп вводил в навигатор два часа назад.
– Конечно, мадам. Вы хотите договориться о визите?
– Нет, благодарю, я уже была у вас, – солгала она. – Я хотела бы забронировать комнату. У вас еще остались свободные номера?
– У нас остался один люкс, «Азалия». В нем есть балкон с видом на залив и острова. А еще там имеются плазменный телевизор со спутниковыми каналами, большая
