Читаем без скачивания Не пожелай зла - Дмитрий Лазарев

— Мне вообще-то совет нужен.

— Я тебя слушаю.

— Что мне с Шелеховым делать?

— А почему тебе хочется с ним что-то сделать? — вместо ответа спросил я.

— Топит он меня, козлина! — с тоской и злостью проговорил Мишка, приложившись к пиву очередной раз.

— В чем? — Мне хотелось полной ясности.

— В рутине он меня топит, вот в чем! Я уже четыре года как помощник адвоката. Давно пора уже хоть одно самостоятельное дело иметь в активе. Хоть мелочь какую-нибудь! Так нет! Я у него на побегушках! Как в архиве целый день копаться нужно — кого послать? Тихонова, конечно! Он у нас для этого «специально обученный человек». Всякие документы возить клиентам — тоже Тихонов! Курьера нашел! А как встреча с противоположной стороной или суд — молчи в тряпочку! Не дай бог, чего сморозишь!

В этом последнем аспекте я понимал Шелехова: способность «сморозить» у Мишки действительно была. Да и его природная прямота прорезалась, как правило, совсем не к месту. На мой взгляд, Мишке после юридического следовало не в адвокатуру идти, а нотариусом или консультантом, а то и вовсе частным детективом. Соображения эти я решил, впрочем, пока придержать при себе. Мишку несло, и лучше было пока его не перебивать.

— Да я же кого хочешь уболтать могу! — продолжал между тем Михаил. — И к аналитической работе способен! И законы знаю — будь здоров! Энергии — хоть отбавляй! Дай мне только шанс проявить все эти качества! Щаз! Даст он! Догонит и еще даст! Что я не так делаю, а?

Так. Кажется, боевой пыл моего друга несколько угас и он созрел для выслушивания небольшой критики.

— По-моему, тебе нужно быть более гибким, — начал я, отхлебнув из кружки. — Ты часто режешь правду-матку, когда лучше этого не делать. Иногда надо говорить начальству и клиентам не то, что есть на самом деле, а то, что они хотят услышать. В суде — то же самое. Адвокат должен быть не только юристом, но и политиком, и дипломатом. Шелехов, конечно, видит твою энергию и трудолюбие, но боится твоей прямоты. Вот и не отпускает тебя в одиночное плавание.

— Да, весело, — кисло сказал Михаил. — Слушай, если ты такой умный, где твои деньги?

— У меня другая проблема. У меня нет твоей энергии и уверенности. Без этого тоже никуда.

— Ты прикинь, — с внезапным воодушевлением воскликнул он. — Если нас с тобой объединить в одного человека — получится идеальный адвокат, с которым всякие там Беловы, Шелеховы и Кошкины рядом не сидели!

— Вечерняя сказка для юристов! — усмехнулся я и отдал должное пиву, с удивлением заметив, что и вторая кружка подходит к концу.

— Так, ладно. Это все хорошо, но мне-то что делать? Вызвать Шелехова на откровенный разговор?

— Вот-вот, опять ты за свое! «Откровенный разговор»! Да ты только дашь ему еще одно подтверждение его правоты! На мой взгляд, у тебя два варианта. Первый — попытаться переделать себя и стать более дипломатичным. Тогда он сам тебя заметит и продвинет. Ведь продвинул же Белов Кошкина! А он так же, как ты, начинал!

— Мне можешь не рассказывать — все знаю! И как «продвинулся» Кошкин, тоже знаю! Лизнул где надо — и дело в шляпе! Я так не могу…

— Тогда тебе остается второй вариант — сменить сферу приложения своих способностей.

— Работу ты имеешь в виду?

— Нет, именно сферу деятельности. Смена фирмы тебе ничего толком не даст. Свои шелеховы есть везде. Попробуй переквалифицироваться в юрисконсульта или нотариуса. Это больше подходит к твоему характеру. Юрисконсультам, например, как раз и платят за правду. Ну и за знание законов, конечно.

Михаил поежился:

— Боязно как-то…

— Но что-то решать надо.

— Ты прав, — со вздохом сказал он. — Ладно, буду думать…

Его взгляд остановился на пустой кружке:

— Что, по третьей?

— Давай!

Меня охватила какая-то странная легкость и бесшабашность. А-а, гори оно все огнем! Пускай завтра будет болеть голова, зато сегодня оттянусь!

Принесли по третьей кружке.

— Ну, за нашу с тобой успешную карьеру! — провозгласил Мишка.

Мы выпили.

— Слушай, у меня же скоро день рождения! — резко сменил тему мой друг.

— Через полтора месяца, — уточнил я.

— Так это же скоро! Короче, подгоняй ко мне! О времени договоримся ближе к делу. Можно с девушкой.

— Мне пока не с кем, — глухо обронил я.

— А это, кстати, странно! — В глазах Михаила заблестело то, что я называю хмельным энтузиазмом. — Нормальный ведь мужик! Не дурак. Не урод. Ты ведь не голубой?

— Нет! — Я даже вздрогнул от такого предположения.

— Вот я и говорю: не дурак, не урод, не голубой. Ты на меня посмотри: старше тебя всего на год, а уже вторая жена… Хочешь, я тебя с кем-нибудь познакомлю?

— Пока не надо.

— Что значит «пока»? А-а-а! — Мишка еще больше оживился. — Я понял! Есть кто-то на примете?

— Ну, в общем, да…

— Так давай колись! Кто она?

Я для смелости залпом допил остатки содержимого кружки, отметив мимоходом, что пиво улетучивается как-то очень уж быстро, и словно в воду прыгнул:

— Лена Медникова.

Михаил присвистнул и с уважением посмотрел на меня:

— Ну ты, блин, даешь! Любить, так королеву, да?

— Угу. Может, еще по одной?

— Нет проблем. — Он жестом попросил официантку повторить. — Должен заметить, вкус у тебя есть!

— Знаю, — уныло ответил я. — Мне уже дважды это говорили по аналогичным поводам, а в результате ни одно мое ожидание не оправдалось. Я почему-то обычно влюбляюсь в тех, кто или не хочет меня замечать, или, в лучшем случае, воспринимает только как друга.

— А в этот раз?

— Пока не знаю. Она играет со мной: то поманит, то оттолкнет. В один день при встрече долго со мной разговаривает и шутит, в другой только сухо бросит: «Привет!»

— И что ты собираешься делать?

— Без понятия. Я словно одурманен ею — мозги отказывают!

— Это плохо: мозги отказывать не должны никогда! — назидательно сказал Михаил, отхлебнув из принесенной официанткой кружки. — А знаешь, что хорошо? На даче у Белова в следующие выходные будет корпоративная вечеринка по поводу выигрыша дела Синарского. Ты, надеюсь, идешь?

— Естественно!

— Отлично! Там и постарайся все обтяпать — благо возможностей будет куча! Только предупреждаю, — он посерьезнел, — есть сведения, что ей не впервой разбивать мужские сердца. А насколько я знаю тебя, если это с тобой случится, ты пойдешь на дно как «Титаник» после встречи с айсбергом. Еще хочешь рискнуть?

— Все так, Миха. Риск немалый. Но если я не попытаюсь, то потом всю жизнь себе этого не прощу.

— Ну, добро…

Мы чокнулись. Дальнейшее я помню смутно, а значит, надрались мы в этот вечер знатно.

Глава 4

ХИЩНИК

Новосибирск, 11 января 2008 г.

Существо наблюдало за добычей из-под полуприкрытых век, чтобы его горящие в темноте глаза не спугнули ее. Добычей была молодая темноволосая девушка, судя по всему возвращавшаяся с поздней вечеринки. Во всяком случае, ее неуверенная спотыкающаяся походка наводила на мысль, что девушка пьяна. Это значительно облегчало задачу охотника: жертва вряд ли вовремя заметит опасность.

Окружающая среда не слишком ему благоприятствовала, так что подпитка требовалась довольно часто. А студгородок университета был отличным охотничьим угодьем: по ночам здесь часто попадалась нетрезвая молодежь поодиночке или парами, что было для охоты наилучшим вариантом. Впрочем, слишком злоупотреблять этим не следовало: добыча может стать пугливой, да и милиции набежит полно. Конечно, они вряд ли смогут причинить существу серьезный вред, но за ними следом могут появиться другие, куда более опасные. Так что монстру приходилось искать добычу по всему городу и вдобавок прятать тела, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания. К себе и к тому, в чьем теле он квартировал.

Когда монстр покидал тело-носитель, то представал в собственном облике, довольно жутком и безобразном. Если искать ему аналоги среди земной фауны, то ближе всего находился крокодил, только на длинных ногах, которые позволяли ему довольно быстро перемещаться. Остальные подробности скрывала ночная тьма и странный оптический эффект: очертания твари расплывались, словно она состояла из тумана. Естественно, в таком виде не больно-то побродишь по густонаселенному городу, да и местный энергетический фон действовал на существо примерно как повышенная радиация на людей. Так что монстр покидал тело, в котором поселился, лишь по ночам, когда выходил охотиться.

Обычная физическая пища ему, как и другим кромешникам, не требовалась. Зато энергия боли и ужаса, которая потоком изливалась из разрываемых на части жертв, являлась подлинным лакомством. Будучи созданием энергетическим, во время охоты тварь могла резко увеличивать собственную материальность до той, что была свойственна живым существам. Этого вполне хватало, чтобы убивать. Монстр владел и энергетическими способами воздействия, но почти не применял их из опасения, что его запеленгуют враги. Речь тут, конечно, не о милиции со своим ОМОНом, а о по-настоящему серьезных врагах — тех, которые способны убить даже такого, как он. Что такие существуют, ему было доподлинно известно. Монстр как-то видел издалека одного из них и сразу же почувствовал наполняющую того Силу. Кромешник поспешил тогда скрыться, чтобы ненароком не попасть в поле «зрения» столь опасного противника, так как тот вполне мог увидеть посланца Пустоты даже внутри человеческой плоти.