Читаем без скачивания Не пожелай зла - Дмитрий Лазарев

Обычная физическая пища ему, как и другим кромешникам, не требовалась. Зато энергия боли и ужаса, которая потоком изливалась из разрываемых на части жертв, являлась подлинным лакомством. Будучи созданием энергетическим, во время охоты тварь могла резко увеличивать собственную материальность до той, что была свойственна живым существам. Этого вполне хватало, чтобы убивать. Монстр владел и энергетическими способами воздействия, но почти не применял их из опасения, что его запеленгуют враги. Речь тут, конечно, не о милиции со своим ОМОНом, а о по-настоящему серьезных врагах — тех, которые способны убить даже такого, как он. Что такие существуют, ему было доподлинно известно. Монстр как-то видел издалека одного из них и сразу же почувствовал наполняющую того Силу. Кромешник поспешил тогда скрыться, чтобы ненароком не попасть в поле «зрения» столь опасного противника, так как тот вполне мог увидеть посланца Пустоты даже внутри человеческой плоти.

Между тем добыча приблизилась. Чуткий нос твари уже улавливал запах алкогольных паров, выдыхаемых девушкой. Хищник изготовился к атаке.

Екатерина Лахнева в очередной раз поскользнулась на обледеневшем асфальте и вполголоса чертыхнулась. Зря все-таки она осталась на вечеринке, когда Виталий стал ухлестывать за этой дурой Наташкой. Надо было сразу уйти или просто не обращать на них внимания. Правда, последнее было весьма затруднительно, так как Виталий тискал эту шлюху явно напоказ, чтобы показать Екатерине, как легко нашлась ей замена.

И что он, спрашивается, о себе возомнил? Сводил ее пару раз в кино и в ресторан и считает, что она теперь сама к нему в постель должна прыгать? Не дождется! В общем, когда Виталий на вечеринке стал к ней приставать, она ему прямо посоветовала не гнать коней. Вот он и решил преподать ей урок. Козел! Однако она (тоже — ума палата!) избрала наихудший вариант действий: осталась там и принялась накачиваться вином, как будто на Виталии свет клином сошелся. Да, красавец, да, сложен отлично, но разве он один такой? Екатерина отнюдь не склонна была умалять свои достоинства и потому сказала себе, что с ее данными найти другого такого ничего не стоит. Да что там — она и получше найдет! Зря только наклюкалась, а потом еще одна домой потащилась, по такой-то темнотище. И это после того, как за последние полгода уже четыре студента пропало…

Шорох, вдруг послышавшийся сзади, насторожил ее. Она обернулась. Порыв ветра пробежался по ветвям деревьев, заставив покрытые льдом голые ветки постукивать друг о друга. Екатерина успокоенно отвернулась и пошла дальше. Когда шорох послышался вновь, она уже не прореагировала, а зря: жуткая ящероподобная тень метнулась к девушке из кустов. Страшный удар в спину повалил ее ничком на лед. Молниеносным движением челюстей монстр вырвал у девушки кусок плоти из спины и опять вонзил в нее зубы. Странная магия твари полностью поглощала крики жертвы, которую она начала жевать, продлевая ее мучения и растягивая себе удовольствие. При этом энерговоздействие было минимальным и поддавалось пеленгации только с очень небольшого расстояния. Так что монстр мог безбоязненно пировать, чем он с наслаждением и занялся.

Звонок мобильного телефона вырвал Дениса Колесникова из сна, напоминавшего беспамятство. Он ошалело глянул на часы, которые показывали половину первого. С трудом дотянувшись до надрывавшегося сотового, он приложил его к уху:

— Да?

— Ты чего не отвечаешь? — Голос Карины в трубке был встревоженным. — Я уже в третий раз звоню!

— Прости, я это… — Денис мучительно пытался собраться с мыслями. — Короче… не слышал: душ принимал.

— Ага, как же! — Девушка скептически хмыкнула. — Дрых небось? А говорил: «Всю ночь к зачету буду готовиться»!

— Так я и готовился! Говорю же — душ принимал! А сейчас продолжаю.

— Ну-ну… Много ты наготовишься за ночь-то! Лекции надо было посещать. Лучше б со мной на вечеринку сходил — все одно пересдавать придется.

— Не каркай! — проворчал Денис. — Как прошло?

— Отлично! — сразу воодушевилась Карина. — Там знаешь сколько народу было? Я даже…

— Давай ты мне все завтра расскажешь, лады? Я тут «вышку» отчаянно грызу, и мне как-то не с руки про вечеринки слушать.

— Ну и грызи! — обиделась девушка. — Нечего тогда было и спрашивать!

В трубке зазвучали короткие гудки.

Денис сел на диване и схватился за голову. Он абсолютно не представлял, что произошло в последние три часа. Все, что отложилось в памяти, — это то, как он сидел за столом над учебником высшей математики. Было 9.30 вечера, и спать ему совершенно не хотелось — недаром выпил две больших кружки кофе. Но сейчас-то 0.30! Куда пропало это чертово время?!

Участившиеся провалы в памяти пугали парня до полусмерти. Однако он не решался никому о них рассказать, опасаясь, что его упекут в сумасшедший дом. И ладно бы пил как сапожник — так ведь нет! Надо бы что-то по этому поводу предпринять, и как можно скорее.

Глава 5

ВЕЧЕРИНКА

Окрестности Екатеринбурга, 15 января 2008 г.

Слухи не врали — дача Георгия Белова, старшего партнера нашей фирмы, действительно производила впечатление. Двухэтажный дом с подземным гаражом, балконом и башенкой флигеля являлся наглядным подтверждением небезызвестной народной мудрости, согласно которой бедных адвокатов не бывает. Правда, для владельца не такой уж крупной юридической фирмы это было все-таки слишком круто, а значит, Белов наверняка стриг купоны где-то еще. Я шепотом поделился этим соображением с Мишкой Тихоновым, с которым мы приехали в одной «газели», но тот только молча усмехнулся.

— Нехилая избушка, а? — словно прочитав мои мысли, спросил незаметно подошедший младший партнер «БШК» Олег Кошкин. — У меня тоже такая будет… со временем.

Судя по его блестящим глазам и развязной манере речи, обычно ему несвойственной, он оказался здесь несколько раньше основной группы гостей, прибывшей вместе с нами на двух «газелях», и уже успел начать праздновать.

Я недолюбливал Кошкина за некоторую беспринципность, с которой он вел дела и строил свою карьеру, хотя и понимал, что на честности, порядочности и альтруизме далеко не уедешь. Этот хотел уехать далеко. Глядя на него, я всегда испытывал легкую неприязнь, смешанную с завистью: душа компании, уверенный в себе, обаятельный и привлекательный, успешный карьерист, он был воплощением всего, что было не дано мне.

Надо сказать, большинство населения нашей планеты — в той или иной степени завистливые люди. Вот только зависть бывает разная.

Считается, что белой зависти нечего стыдиться и нечего ее скрывать, так как она не вредит ни завидующему, ни объекту зависти. Она играет роль стимула для людей самолюбивых, но леноватых от природы, которые иначе застыли бы в своем теперешнем состоянии, не стремясь подняться выше, сделать свою жизнь интереснее и лучше как в житейском, так и в профессиональном плане.

Совсем другое дело — черная зависть. Она не завистника поднимает до уровня предмета его зависти, а наоборот — именно последнего стремится сбросить с карьерной лестницы. И тем вернее, чем ярче его удачи, ибо пропорционально им растет и зависть. Это как в анекдоте о внучке декабриста, спрашивающей слугу, чего хотят большевики. «Хотят, барыня, чтобы не было богатых». «Надо же! — огорчается она. — А мой дед хотел, чтобы не было бедных!» Вместо того чтобы использовать драгоценные силы души на движение вперед и вверх, завистник бесплодно растрачивает их на злобствование по поводу чужих достижений. В результате не способная более ни на что другое душа его деградирует и сохнет. Видимо, такова уж человеческая природа. Достаточно легко посочувствовать тому, кому плохо, а вот искренне порадоваться чьим-то успехам дано очень немногим.

Простите мне это лирическое отступление. Но оно, как мне показалось, будет здесь к месту. Почему? Да потому что я вовсе не уверен, что моя зависть к Кошкину именно белого свойства.

Ладно, не будем о грустном. Как бы я ни относился к младшему партнеру нашей фирмы, но афишировать это отношение считал неразумным, а потому всегда был с ним корректен. Тем не менее на эту фразу о его будущих жилищных перспективах я не мог не отреагировать:

— Нисколько не сомневаюсь, — сказал я, стараясь не пустить в свой голос слишком много яда. — У вас, пожалуй, и побольше будет!

Кошкин покосился на меня, пытаясь определить наличие сарказма в моих словах, но бесполезно. Во-первых, когда надо, я умею напустить на себя абсолютно невинный и невозмутимый вид. А во-вторых, состояние легкого хмеля, в котором, по-видимому, пребывал Кошкин, ослабило его способность различать подобные нюансы.

— Ладно, ребята, проходите, располагайтесь, чувствуйте себя, как дома! — Указав широким жестом на фазенду Белова, Кошкин развернулся и двинулся ко второй «газели», из которой как раз появилась Лена.