— И как тебе вид? — его голос звучал низко и резко, словно мужчина травмирован. Никто не говорит так грубо, если только не повреждена гортань. Значит, его били еще и в горло. Стоило Джилл понять, что обращаются к ней, как у нее по спине пробежал холодок. Затем киборг свирепо посмотрел на капитана: — Я вырвусь и убью еще больше твоих людей, а когда мои друзья найдут меня, вы все умрете.
«Черт побери. Умрете?».
Шагнув вперед, капитан рявкнул:
— Из-за тебя, урод, я потерял четверых отличных парней. Ты и правда хочешь меня дразнить?
— А тебя я разорву голыми руками, — спокойно пообещал киборг.
— Заткнись, — отрезал капитан. — Ты хочешь, чтобы мои парни снова приложили тебя электрошокером? — внезапно он усмехнулся Джилл. — Хотите, покажу кое-что смешное? — обернувшись, он кивнул одному из мужчин: — Доставай. Поджарь его задницу и покажи даме, как он дергается. Это чертовски весело.
— Нет!
Джилл отшатнулась, но когда все присутствующие посмотрели на нее и нахмурились, осознала свой промах. «Дерьмо!». Она должна реагировать, как бессердечная сука, работающая на самого кровожадного, мерзкого и жестокого торговца из всех существующих.
Для той женщины, чью роль играла Джилл, наблюдение за пытками должно быть развлечением, а не ужасающим зрелищем. Она быстро искала решение.
— Я итак уже опаздываю, а если сию же секунду не расстыкуюсь, Большой Джим взбесится. Я совершенно не хочу выводить его из себя. Вы тоже этого не хотите.
— Да, — капитан судорожно сглотнул, и его кадык дернулся. — Лучше идите на борт своего шаттла, а мы посмеемся над страданиями этого уродца, как только закончим с делами.
Джилл пришлось отвести взгляд от киборга, продолжающего вырываться из цепей в попытке освободиться, хоть это и было пустой тратой сил. Она не могла его винить. Этого мужчину не только собиралась пытать всей командой, но ему, несомненно, предстояло быть избитым до смерти в клетке на Аррис. Джилл терзали жалость и раскаяние. Иногда дерьмо, виденное ею во время торговли, заставляло сожалеть, что она вообще покинула Землю. Не то чтобы там дела обстояли лучше, но, по крайней мере, люди пытались скрывать свои уродливые стороны.
В космосе же все щеголяли жестокостью, словно орденом за отвагу.
Джилл развернулась на каблуках и заставила себя двинуться с места. Ее терзали совесть и сочувствие к несчастному мужчине, от которого она сбегала. «Человек ли он?», — задумалась Джилл, но у нее не было ответа на этот вопрос. Она предположила, что так и есть, ведь если у него на коже проступали ушибы, значит, он из плоти и крови. И, очевидно, может чувствовать боль. Знания Джилл об истории киборгов были ограниченными, а тетя Мэри ничего не рассказывала, кроме того, что они стали опасны и их вывели из эксплуатации. Позже, когда Джилл стала старше, то поняла, что это означает. Правительство просто убило всех киборгов.
Большой Джим настоял, чтобы Джилл росла на Земле под присмотром его сестры и ради безопасности была изолирована ото всех остальных людей. Если бы кто-то из врагов Большого Джима — а их у него было много — узнал о его дочери, то ее бы тут же убили. Было невозможно не заметить иронию в том, что Джилл, повзрослев, использовала имя своего отца, чтобы выжить, в то время как в детстве ей запрещали его произносить.
Приблизившись к своему шаттлу, Джилл опустила голову.
— Открывайте, это я, — прошептала она в приемник у входной двери.
Состыковочная дверь скользнула вверх, и к ногам Джилл медленно опустился трап. В доке большого корабля ей пришлось приподнять шаттл в воздух, поскольку иначе с грузовым судном было не состыковаться. Нервно оглядевшись по сторонам, Джилл двинулась вперед, ботинками выстукивая дробь по металлическому полу, и как только шагнула в грузовой отсек, сразу же вздохнула с облегчением. Теперь у нее за плечами еще одна сделка, прошедшая без угрозы разоблачения.
Когда Джилл на пороге обернулась, ее взгляд моментально сосредоточился на киборге. Она знала, что этот вид будет ее преследовать. Чувство вины было ужасной штукой. Мужчина все еще рвался из цепей, а мышцы его бугрились так сильно, что это было заметно даже издалека. Джилл стиснула зубы, прикусив ими нижнюю губу, и страдала из-за вызванного сложившейся ситуацией внутреннего конфликта.
— Закройте двери, — приказала она, и трап скользнул вверх, втягиваясь в пол у нее под ногами. Дверь опустилась, закрывая обзор на грузовой отсек судна. Теперь Джилл больше не могла видеть киборга.
Она замерла на месте и медленно дышала. У нее бешено колотилось сердце от осознания того, во что превратилась ее жизнь за год, прошедший с момента, как отец прислал сообщение и сказал, что хочет видеть дочь. Тетя Мэри отправилась вместе с Джилл, и они встретили Большого Джима, который уже лежал на смертном одре. Не успело тело остыть, как его образ жизни принес свои плоды и команда восстала.
Потекли горячие слезы, и Джилл закрыла глаза.
Спасая ее, тетя Мэри отдала свою жизнь. Ни один из членов отцовской команды не выжил, чтобы рассказать о смерти Большого Джима. У его дочери остался лишь шаттл, на котором она теперь жила, отцовская репутация, да сохранившийся на бортовом компьютере график торговых встреч. Открыв счет в космическом банке, Джилл использовала груз на борту шаттла, чтобы заключить свою первую сделку и начать новую жизнь.
Внутренние двери шаттла открылись, и это отвлекло Джилл от приступа жалости к самой себе. Повернувшись на громкий шум, она посмотрела на Ройда, чья искусственная кожа была темно-зеленой — не самый любимый цвет — но нищие не имели такой роскоши, как выбор. Джилл спасла Ройда со списанного судна, с которым столкнулась за год до этого.
— Вы в безопасности, и еще одна сделка прошла успешно, — сказал андроид. Голос его был высоким, почти женским, но лучшим вариантом из всех, что Джилл сумела загрузить. Ее познания в технике были ограниченными. — Они заплатили?
— Да, я в безопасности, и все прошло гладко. На некоторое время мы обеспечены, — андроид стоял на месте и не двигался, ожидая приказов. — Пожалуйста, подготовься к взлету. Ты лучше всех разбираешься в навигации, поэтому принимай пост. Не хочу, чтобы мы, вылетая из состыковочной секции, зацепили бок грузового судна. Дождись моего приказа, и расстыковываемся, — развернувшись, Ройд вышел из отсека, и Джилл знала, что он направился к креслу пилота.
К счастью, программирование Ройда включало в себя пилотирование маленьких шаттлов. Обернувшись, Джилл уставилась на двери отсека. Хоть она и не могла видеть киборга, но все еще представляла его рвущимся из цепей в безумной попытке освободиться прежде, чем ему сделают еще больнее.
